Со мной четыре орка, Ситар и разведчик Райл. Раздумывать некогда и я не медлю.
— Райл, отдай арбалет и болты Ситару и быстро скачи к капитану, доложи, что впереди идет рубка. Выполнять! — цыкнул я на бойца вздумавшего качать права и тот захлопнув пасть, рванул к основным нашим силам.
— Приготовить луки, двигаемся вперед на рысях, никому не отрываться. Поехали, — негромко скомандовал я и достав лук перевесил колчан так чтобы удобно было тянуть стрелы. Черныш послушно рысил повинуясь управлению ногами и я в который уже раз помянул добрым словом про себя тордийца Акрисия. Что и говорить, лошадник тогда говорил правду, не просто коня я у него покупал, а друга, способного спасти в бою жизнь. Обманул я тогда этого Эйтерийского цыгана, недаром он так горевал бедолага.
Заклятия на изменение силы и реакции сложились в голове за несколько десятков секунд и повисли в подвешенном состоянии, ожидая активации. Впереди прибавилось света и вот мы выехав из леса на обширную поляну, наконец увидели причину шума и диких криков.
Полтора десятка телег в центре поляны, тут же неподалеку стреноженные лошади пасутся, точнее паслись, а теперь отпрянув от шума битвы испуганно рванули к опушке. На телегах груз, видимо товар и пара телег под обоз для обеспечения людей и лошадей провиантом. Человек сорок размахивают смертоубийственным железом в попытках друг друга убить. Около десятка тел валяющихся вокруг телег указывают на то, что попытки эти не напрасны и кто-то все равно должен победить в этой свалке. Людей торговца было видно издалека, они сбившись в единую толпу, потому как назвать строем это образование язык не поворачивался, защищали проем шириной метров восемь между двух телег. Осталось их человек пятнадцать и многие ранены. Те же кого застали вдалеке от основной группы, уже почти все погибли, за исключением здоровенного амбала ростом около двух метров и с огромной оглоблей в руках. Бугай ревел как медведь и размахивал своим импровизированным оружием отгоняя двоих вертких парней с копьями. Торгаш и трое охранников были при кольчугах и мечах и являлись той силой, что еще не дала распасться толпе защитников.
Бандиты, а это были несомненно бандиты, вооружены самым разным оружием и если судить по тому как они им пользовались, половина из них являлись вчерашними крестьянами или же городским ворьем никогда не орудующими ничем серьезнее ножа. Вторая половина знала с какого конца браться за меч и среди них был явный предводитель. Отлично экипированный и вооруженный мечом и ножом воин.
Осмотревшись, я отдал приказ:
— Выбиваем тех у кого есть копья и тех, у кого хорошее вооружение и доспехи. В ближний бой не ввязываемся, пока они не побегут. Вперед!
До заметивших нас бандитов, не ожидающих нашего появления и чьего-то вмешательства было метров пятьдесят. Применяю ускорение и силу и два с половиной десятка стрел улетают к целям. Полтора десятка бандитов либо отбыли в мир иной, либо получили ранения той или иной степени. Орки еще не отстрелялись, но оставшиеся разбойники уже заколебались и припустили к лесу. Колчан и лук отправляются в траву и достав копье направляю коня вслед за показавшими спины грабителями. Первая жертва, курчавый парень в великоватой для его телосложения кольчуге и сбившимся набок круглом шлеме, в руках сабля. Парень оглядываясь, улепетывал и наскочив на пенек, незамеченный им из-за травы его скрывшей, зарылся носом в траву. Он поднялся на ноги и я проскакивая рядом с ним, взмахнул копьем и наконечник разрубил его шею до самых позвонков. Скачу дальше и следующего беглеца насаживаю на копье, пробив его насквозь словно бабочку иглой. Кольчуга не смогла остановить смертоносное железо ни на спине, ни на животе. Удар ногой в спину и тело сползает с окровавленного древка. Желание убить заполнило меня полностью и повинуясь моей воле, конь понес меня в погоню за убегающими горе-разбойниками. Бледные лица убегающих грабителей лихорадочно оглядывающихся назад и их трясущиеся губы. В тот момент я не обращал на это внимания, но потом еще долго вспоминал эту бойню. Главарь оказался шустрее своего подчиненного и вырвался вперед, резво взбираясь по осыпающемуся под ним склону, но это не спасло его.
Взмах рогатиной, и голова предпоследнего грабителя подскакивает в воздух. Кровь бьет из перебитых вен и тело еще не осознав своей смерти, пытается бежать вперед. Бросок и копье пригвоздило последнего разбойника к стволу дерева растущего на гребне холма, на который успел взобраться беглец. Как только копье вылетело из моих рук и последний из разбойников обвис на глубоко засевшем в стволе копье неопрятной кучей железа и мертвечины, я почувствовал как состояние безудержной злобы и желания крушить и убивать начало проходить.
— Нет, все-таки правду бают вечерами твои соплеменники возле костров. Не успел я тебя догнать, но тебя легко найти, трупы указывают дорогу. Видел бы ты себя со стороны, Артем, когда убиваешь. Радость и жажда крови были на твоем лице, когда ты проткнул того несчастного разбойника, на поляне. Словно сама смерть прошлась рядом с тобой и ухватила костлявой рукой, всех, до кого смогла дотянуться, — остановившись рядом со мной и спрыгнув с коня, сказал Бъерниссон, вытирая окровавленный меч об одежду безголового мертвеца.
Знал бы ты, насколько близки к истине твои слова, — подумал я, прокручивая в голове бой и произошедшие во время него со мной изменения. Скорей всего, нечто подобное произошло с последним владельцем зловещей рогатины. Демон дал ему сверхвозможности и пожрав кровь и мучения убитых северян, напоследок закусил своим владельцем, чтобы так сказать, замести следы. Со мной он так поступить не может, но подправить боевой настрой и влить силушки в мышцы и так усилинные магией, ему вполне по силам. Такое самоуправство надо пресекать на корню, а то не замечу, как этот рогатый землячок меня подомнет под себя. Так что, кто из нас главный и будет в дальнейшем рулить, надо определяться сейчас и не откладывая в долгий ящик. Как говорит народная мудрость: — «Дай палец и руку откусят».
— Не знал, что ты любишь красиво говорить, да еще в окружении свежих трупов, — откликнулся я, взбираясь на склон и раскачав рогатину вытащил ее из трупа.
— Ты еще, многого обо мне не знаешь, но если я надумаю остаться в твоей дружине, то обещаю рассказать.
Сдернув кошель с пояса и оберег с груди мертвеца, я толкнул его ногой и отправил кувырком вниз. Парралельно со всеми этими действиями, я мысленно позвал демона: — Ярук-Зонданг!
— Да, смертный, я тебя слушаю. Чего ты хотел? — пророкотал в моей голове голос довольного демона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
