– Все, расслабьтесь, – сказал он негромко. – Он уже проплыл больше километра. Взрыватель не опасен для нас более.
– Вы думаете? – Стэнли Клиффорд пролепетал эти слова совсем уж расслабленно.
– Подойдите к Фреду Каплану, он специалист по взрывным устройствам, снимет вам браслет с ноги. – В голосе адмирала отчетливо слышалось презрение. – Завтра утром мы снимаемся с якоря, как и было запланировано. Я сам доложу командованию о провале операции. А теперь всем отдыхать.
Адмирал повернулся и направился прочь, в свою каюту. Бледный от пережитого волнения, Стэнли Клиффорд растерянно смотрел ему вслед. На лицах окружавших его матросов отчетливо читалось презрение к нему.
Глава 60
Караульный матрос возле здания штаба российского Черноморского флота на площади Нахимова был несказанно удивлен и даже чуточку напуган, когда посреди ночи напротив его будки остановилась большая грузовая машина. Из кабины ее вылез мужчина в гидрокостюме, но без ласт и акваланга, с каким-то странным черным мешком в руках. Крикнув водителю грузовика «спасибо», он направился прямо к будке караульного.
– Слышишь, сынок. – Выражение лица у мужчины в гидрокостюме было просящее, вид изможденный, казалось, он едва держался на ногах. – Позови дежурного офицера. Скажи ему, что прибыл старший лейтенант Северного флота России Сергей Павлов.
То ли спросонья, то ли с испугу, караульный глядел на вновь прибывшего очумело, не торопился что-либо делать, видимо, чувствуя себя в большей безопасности за пуленепробиваемым стеклом будки.
– Документы есть? – наконец спросил он.
– Да какие документы? Видишь, я только что из моря вылез. Позвони дежурному! Слышишь, сынок? Так надо.
Что-то было в голосе нежданного ночного гостя такое, что заставило караульного подчиниться. Он снял трубку внутреннего телефона, сообщил дежурному офицеру о прибывшем неизвестном, назвал имя и фамилию: Сергей Павлов. Дежурный, казалось, нисколько не удивился и не приказал «гнать его на хрен в шею», а велел подождать. Некоторое время разговаривал с кем-то по внутреннему телефону и вскоре сам вышел к караульной будке. Бегло оглядев маячащего перед пуленепробиваемым стеклом лицо Полундры, коротко приказал впустить прибывшего. После чего сам повел необычного посетителя внутрь штаба флота.
Полундра вошел в кабинет заместителя начальника штаба, где на него вопросительно уставились глаза утомленных ночным бдением и сигаретным дымом двух флотских офицеров. У одного из них, седого и представительного, было три звездочки старшего офицера на погонах, у другого, моложавого, но с залысинами, только две. Они некоторое время молча изучали лицо североморца. Полундра краем глаза заметил, что на экране стоящего на столе компьютера была его крупная фотография.
– Ну, что молчишь, старлей? – негромко проговорил старший из офицеров. – Или тебя не научили, как нужно вести себя со старшими по званию?
– Виноват, товарищ капитан первого ранга, – смущенно пробормотал Полундра. – Старший лейтенант Северного флота Сергей Павлов прибыл.
– Ладно, садись, старлей, – кивнул ему каперанг Леденев на свободный стул. – Показывай, что принес.
Полундра протянул черный мешок. Оба флотских офицера осторожно извлекли из него еще мокрые от морской воды платы, разложили их на столе. Некоторое время сосредоточенно рассматривали платы. Наконец каперанг поднял глаза на начальника контрразведки.
– Они?
– Возможно, – пожал плечами тот. – По описанию похожи.
Каперанг Леденев повернулся к Полундре.
– Уверены, что у американцев ничего нашего больше не осталось?
– Да, уверен, – ответил Полундра. – В контейнере, который я достал из галереи, были только эти платы.
Каперанг кивнул.
– А перерисовать эти платы или как-нибудь их сфотографировать они не успели?
– Не думаю. Моего визита там точно никто не ждал.
– Ну да, – согласился зам начальника штаба. – Ну, ты Рембо, одним словом. Только что ж ты, Рембо, с эдакими подонками связался? Сколько ж они тебе обещали, что ты в эти затопленные галереи полез?
– Мне они ничего не обещали. Меня шантажировали, – досадуя, что приходится оправдываться, сказал Полундра. – Сам бы я этим не занялся.
– Ну да. – Леденев кивнул. – Ты ведь отдыхать приехал. А там, в галереях, наверное, ловушки.
– Да, ловушки, – поспешно ответил Полундра, – а в них три трупа. Надо бы сообщить украинской стороне.
– Сделаем, не беспокойся, – заверил его каперанг Леденев. – Все, что мог, ты для нас сделал, огромное тебе спасибо. Теперь наше дело – заниматься всем этим. А твое дело – отдыхать, восстанавливать силы.
– Я могу возвращаться в санаторий?
Заместитель начальника штаба посмотрел на него сурово.
– В санатории тебе сейчас делать нечего, там все закрыто. Ночуй пока у нас.
– Но у меня там жена, ребенок! Она волнуется из-за меня.
– Николай! – Замначальника штаба повернулся к начальнику контрразведки. – Проводи североморца.
Кавторанг Славкин кивнул, поднялся, жестом предложил Полундре следовать за ним. Он повел старлея по коридору штаба флота, остановился перед одной из дверей, постучавшись, открыл ее. Пропустил спецназовца вперед себя.
Кабинет освещался мягким матовым светом настольной лампы. На составленных в ряд стульях спал Андрюшка, маленький сын Сереги Павлова, рядом с ним прямо и неподвижно сидела его жена Наташа и смотрела утомленными от бессонной ночи глазами. Она ничуть не удивилась неожиданному появлению своего мужа, спокойно кивнула ему. Затем приложила палец к губам и прошептала:
– Проходи, Сережка. Только тише, сына не разбуди.
Кавторанг Славкин бережно прикрыл за собой снаружи дверь кабинета.
