– Ну, если вам тут совсем станет невмоготу, тогда подавайтесь ко мне в крепость, – промолвил воевода. – Я помогу вам чем-нибудь!
– Этого не надо, батюшка, – улыбнулся Милорад. – Благодарю тебя за добро: Но мы не жалкие нищие! Нет у нас привычки ходить с протянутой рукой. А свои беды мы ни на кого не перекладываем! Дотянуть бы только до весны, а там уже надежно встанем на ноги!
Ефиму понравилось такое высказывание беженца. Гордость и сила воли, которые проявил незнакомый мужичок, возвышали его в глазах брянского воеводы.
– А сам ты кто? – спросил Ефим. – Уж не охотник ли?
– Нет, я – кожемяка, – кивнул головой Милорад. – Немало я выделал кож на своем веку! Так изловчился, что даже не пользуюсь особыми снадобьями, чтобы в целости сохранить кожу и меха! Вот, смотри! – Он протянул воеводе большую, натянутую на деревянные колышки, волчью шкуру. – Ни одного иссечения, ни одной язвочки! Шей хоть сейчас шубу!
– Ого-го! – воскликнул воевода. – Ну и матерого волчищу ты задрал! Да это – целый теленок! Как же тебе это удалось?
– Стрелой и рогатиной, батюшка, – улыбнулся мужичок. – Надо умело владеть оружием при нашей жизни! Я, слава Господу, не только кожемяка…Не одни волки сломали об меня свои зубы! Я показал поганым, какие бывают русские люди! Если бы тогда хватило стрел…Ни одна бы мимо не пролетела!
Ефим Добрынич с восхищением посмотрел на собеседника. Милорад ему нравился все больше и больше.
– Слушай, мужичок, – промолвил задумчиво воевода, – а может, ты на службу ко мне пойдешь? Дам тебе жилье и харчи в крепости. Сначала поживешь в моем служебном доме, где обретаются мои холостые дружинники. Я найду тебе там место. Уж в тепле да не в обиде! А там дальше решим…Я бы не хотел, чтобы такой полезный человек погиб в лютом холоде!
– Ну, не так уж тут холодно! – пробормотал Милорад, но Мирина толкнула его в спину. – Молчи, дурень! – возмутилась она. – Добрый человек протягивает тебе руку помощи, а ты еще споришь!
– Ну, тогда соберетесь? – вопросил воевода.
– Разве прямо сейчас?! – вскрикнули одновременно и муж, и жена.
– Да, именно сейчас! – подтвердил Ефим. – Поднимайте детей! Одевайтесь и быстрей выходите из своей жалкой хижины!
– В один миг, батюшка! – засуетилась обрадованная Мирина. – Эй, дети! Быстро собирайтесь!
Из глубины земляной комнаты донеслась возня.
– Я выйду наружу, – сказал воевода. – А вы тут пока собирайтесь, до крепости недалеко. Пойдете с нами!
Дружинники уже стали замерзать в ожидании своего военачальника и вынуждены были быстро ходить взад-вперед, потирая коченевшие даже в шерстяных рукавицах ладони.
– Ну, слава Господу, что ты, наконец, вышел! – весело крикнул здоровенный мужик Одинец, увидев поднимавшегося из земляной дыры воеводу. – Мы тут думали, что ты, Добрынич, встретил там смазливую бабенку и приголубил ее? Тогда бы мы тут померли от лютого холода!
– Ладно уж, неженка! – буркнул Ефим Добрыневич. – Не можешь постоять на морозе самую малость! И это воин! Чай, не нагой! Стыд и срам!
– Уж не бранись, батюшка, я просто пошутил, – улыбнулся детина. – Какой тут морозец? Ну, что ты там увидел?
– Подождите, – промолвил воевода. – Я встретил там очень хороших людей! Говорят, что из Глухова. Решил взять их с собой в крепость. Уж очень мне понравился мужичок. Он будет отменным воином! Ермилушке на смену…Царствие ему, небесное!
Воины дружно перекрестились.
– А может, тебе женушка его приглянулась? – засмеялся другой богатырь, Удал. – Ты, Ефим Добрынич, хоть и в летах, но мужик знатный: не упустишь красную девицу!
– Да будет вам, молодцы! – порозовел довольный воевода. – Я ничего там такого не заметил. Баба у него, вроде бы, обыкновенная…Правда, там в темноте было плохо видно, однако я ничего особенного по женскому голосу не приметил…
В это время послышались возбужденные голоса, и из землянки стали вылезать дети. Сначала вышла высокая, худенькая девочка с большими золотистыми косами и пронзительными голубыми глазами.
– Как Божий ангел! – пробормотал, протирая глаза, копейщик Егор. – Какая красавица!
За ней один за другим выбрались двое мальчишек лет шести-семи, тоже златокудрых и голубоглазых. Все дети были опрятно и со вкусом одеты в добротные овчинные полушубки и красивые меховые шапочки.
За своими отпрысками следовал невысокий коренастый мужичок. Поднявшись наверх, он почтительно, поясно поклонился брянским дружинникам. Те таким же образом ответили на приветствие, ибо внешний вид одетого в красивую волчью шубу беженца, сохранившего свое мужское и просто человеческое достоинство в таком нелегком положении, внушал глубокое уважение.
– А где твоя супруга, мужичок? – спросил с насмешкой Удал. – Заставляет нас ждать?
– Женки, молодцы, есть женки! – оправдывался Милорад. – Им бы только принарядиться! Боятся показать себя дурнушками!
– Не для Добрынича ли прихорашивается! – съязвил Егор. – Еще бы, такой славный воевода!
– Ладно, попридержи свой язык! – буркнул Ефим. – Нечего болтать всякий вздор!
Тут он осекся. Из землянки медленно выходила ослепительная красавица. Одетая в хорошо сшитую беличью шубку с небольшой, изящной куньей шапочкой на голове, обитательница дымной землянки, казалось, просто осветила собой и без того белоснежное пространство!
– Ну, вот, господин и славный воевода, – промолвила она мягким, приятным голосом, – перед тобой вся наша семья…Мы готовы идти за твоими воинами!
– Конечно, матушка, – пробормотал потрясенный Ефим Добрыневич. – Спустимся же…к нашим лошадкам…Да пойдем туда…в крепость!
– Как в воду глядели! – бросил Егор товарищам. – Уж не промах наш воевода!
Когда Ефим привез в крепость семью скорняка, Варвара сразу же почувствовала беду. Особенно не понравилась ей красавица Мирина. Сердцем ощутила она непонятную тревогу, а когда за столом поймала восторженный взгляд Ефима в сторону гостьи, то и совсем потеряла голову. Если бы не жена Ермилы Аграфена, ставшая ей верной и надежной подругой, Варвара натворила бы в этот день немало бед.
– Успокойся, Варварушка, – сказала она ей. – Разве позволит себе твой Ефим Добрынич какие-то вольности? Весь он любит тебя! Да и нискольно ты не хуже этой Мирины! Такая молодая и красивая! Где ему найти лучше! А если он и внимателен к этой женке, так уж это – ради гостеприимства!
– А что, Аграфенушка, не шалил твой Ермила? – спросила хозяйка. – Ну, хоть бы раз, после того как вы поженились?
– Не знаю, – смутилась Аграфена. – Он, правда, куда-то ездил по делам…В Брянск, Карачев, да во Вщиж к родственникам…Кто об этом знает? За мужиком не уследишь! Это мы, женки, всегда на виду. Потому и надо нам беречь свою честь!
