— Я совершил сегодня очень опрометчивый, но смелый поступок! — заявил он смущенно, но горделиво. — Это апофеоз всей моей деятельности! Высшее достижение!
— Проколол пупок? — спросила Мэй.
— Нет.
— Татуировал пупок? — предположил Свиристель.
— Нет!
— Да расскажи ты уже про свой пупок, — надавил я, — нам всем интересно!
Мэй прыснула, а Свиристель захохотал.
— Да хватит про пупок! Вы достали! — занервничал Кистень, роясь в инвентаре. — Я проник в логово троллей! Вот! Смотрите и завидуйте!
С этими словами он водрузил на стол метровую сушеную рыбину. У нас отвисли челюсти, а Мэй даже стала похожа на персонажа из их аниме, с глазами в половину лица. Вяленый экспонат отдаленно напоминал осетра вытянутым рылом и крупной головой, но на этом сходство с благородным носителем дорогой икры заканчивалось. Корявое червеобразное туловище щетинилось разбросанными невпопад плавниками, похожими на сушеный укроп. От головы до хвоста пролегал шипастый гребень тошнотворно-зеленого оттенка, чешуя же была серой, как жизнь бомжа из теплотрассы. Четыре мутных глаза тоскливо и незряче пялились на окружающий мир. Алиска в страхе вылетела в окно, едва увидев это чудо.
— Это что? — поморщилась Мэй, ткнув уродца ножнами. — Что за гадость? Фу!
— Да лучше бы ты проколол пупок! — заорал Свиристель и прыгнул к окну. — Все наверх! Немедля! В чат отпишите — кто на выходе, пусть валят подальше!
— Что такое? — Мы с Мэй переглянулись. — Ты чего завелся?
— Это… этот… — задохнулся от ярости Свиристель, схватил за грудки Кистеня и принялся трясти. — Ты идиот!
— Я все сделал, как надо! — взвыл Кистень, стараясь не прикусить язык. — Никто меня не видел, тревоги не было! Я на цыпочках и следы запутал, клянусь!
— Поясните, что ли, а то я не понимаю истерики, — попросила Мэй. — Да, Варнак?
— Согласен.
Свиристель отпустил Кистеня и процедил:
— Это священная реликвия троллей, дурни.
— Эта вобла? — поразился я. — Почему именно…хм…это?
— А я знаю? — вызверился Свиристель. — Нам валить надо срочно! Тролли уже на подходе, я уверяю. Они свою реликвию чуют, как собаки!
Кистень поправил воротник и бросил быстрый взгляд в окно.
— Да навешаем им и все дела, — предложил он, немного подумав. — Что там? Три-четыре тролля. Вывезем, как два пальца об асфальт.
— За реликвией придет все племя, идиот, — прорычал Свиристель, лихорадочно рассылая сообщение сокланам, — сколько их там? Десятков пять? Шесть?
— Так, нам срочно нужен доктор для Кистеня, — вставила Мэй. — Очень срочно.
— Какой? — пристыженно спросил тот.
— Хороший доктор, умелый. Ветеринар, на худой конец. Вивисектор.
— Зачем?
— Починить трындец в твоей голове, оруженосец! — рявкнула Мэй. — Иначе я сама…
Что она сделает сама никто не узнал. В окно влетел громадный булыжник, разворотил ставни и врезался в стену, слегка искромсав осколками мебель и нас четверых.
— Началось, — буркнул Свиристель, — хватай мешки и телепортируемся. Задание старшаков выполнили, какого мы тут сидим?
— Куда прыгнем? — спросила Мэй, достав пачку свитков. — Варианты?
— Чешем на восток, к орчатнику, меня достали уже местные реалии. Если там все травой не заросло, на старой базе, — торопил Свиристель. — Народ, в темпе вальса!
Топот ног и возмущенные вопли были ему ответом. Дверь распахнулась и в комнате мгновенно стало битком. Муравьи похватали, что могли и летели на зов, подальше от троллей с их дубинами, магической сопротивляемостью и людоедскими наклонностями. Мэй порвала свиток и в комнату хлынул горячий воздух, принеся запах полыни и стрекот кузнечиков.
— Мураши! — рявкнул она. — Мигрируем в степи! Хватит тут морозить задницы, пора разнообразить досуг актами убийств, грабежей и насилия! Вперед!
Муравьи заорали, потрясая оружием. Снизу ответили еще более грозным ревом, а башня зашаталась под могучими ударами. Игроки спешно погрузились в портал один за одним. Последней в комнату забежала Еля, таща сложенный стационар-воскрешатель, подмигнула мне и прыгнула в портал.
— Варнак, прыгай с нами, — крикнула Мэй, пинком отправив в портал печь и лихорадочно забрасывая следом мешки. — Тролли разнесут тут все по камешку. Базы, считай, уже нет. Мы из степей к старшим двинем, по дуге.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне надо на север, — я скрипнул зубами, проклиная предприимчивого Кистеня и его апофеоз идиотизма. — Может свидимся еще, земля круглая.
— Тогда до встречи!
Мэй врезалась в меня, неожиданно поцеловала в щеку и рыбкой прыгнула в портал. Светящийся овал замерцал и потух. Алиска мелькнула в развороченном окне, а я остался в трясущейся башне.
— Да к черту! — выругался я и вскочил на развороченный подоконник. — И телепорт не догадался взять у Мэй!
Я вскарабкался по битой черепице к шпилю, глянул по сторонам. Массивные серые монстры методично разносили стены, плотной цепью окружив замок, топтали развалины караулки, а трое особо крупных особей с ревом били дубинами по башне.
— Долбаные мураши! — хмыкнул я, цепляясь за шпиль. — И тут все обгадили!
Башня тряслась все сильнее, камни в стенах шевелились и выдвигались из пазов. Во двор крепости влетел совсем уже громадных размеров тролль, на пару голов выше собратьев, а дубина в лапах была, похоже, из цельного дуба. С яростным ревом он тремя ударами обрушил половину стены, башня накренилась, я с воплем полетел вниз, сопровождаемый кучей камней и истошным криком Алиски с небес.
— Хватит на сегодня, — сказал я темноте и таймеру. — Пусть разносят все к черту.
Капсула открылась и я выбрался из нее, потягиваясь и зевая. На часах было два ночи, завтра я планировал свалить в тайгу с ночевкой, развеяться и пострелять. А то уже ощущал себя полноценным задротом, торча в капсуле по двенадцать часов в сутки, а то и больше.
В игру я вернулся только через два дня. Развеялся, отдохнул и хорошо провел время. В отличие от моей крепости. Уже бывшей.
— Ну здравствуй, новый день, будь ты неладен.
Я очутился в развалинах башни, вокруг которой были живописно разбросаны каменные глыбы. Тролли порезвились основательно, не оставив ничего крупнее валуна с мою голову. Разломали даже крепостную стену с караулкой. И нагадили посередине двора.
— Вот уроды, — чертыхнулся я, вызвал Алиску и покинул побоище. — Тролли, что тут скажешь?
Алиска куснула мое ухо, сердясь за позавчерашнее приключение, но быстро порхнула ввысь и нарезала широкие круги, изредка бросаясь на ворон. Я же решительно не знал, куда двигаться. Свитков не было, камень воскрешения в инвентаре, цель не локализована.
Поразмыслив, я выбрал направление опять на север и поплелся по унылой тундре. Изучив форум, я понял, что впереди меня не ждут никакие поселения, лагеря или что-то интересное. Только кочевые стойбища и подземелья. Местоположение Трех Курганов по-прежнему было неизвестно, что приводило меня в раздражение. С мурашами я этой информацией не делился, справедливо опасаясь расспросов.
Тундра основательно утомила однообразием и весь день я потратил на унылые скачки на носорогах. Заметив издали толстокожего гиганта, я скрывался в невидимости, подкрадывался, запрыгивал на шею, стараясь удержаться, и лупил топором. В первый раз такой зверь, почуяв непрошеного наездника, дернул головой и длинным рогом угодил мне прямо в лицо. Воскреснув и пересмотрев тактику, я повторил маневр, на этот раз плотно прижимаясь к зверю. Победа далась с немалым трудом, носороги щеголяли большой массой тела, толстой кожей и могучим здоровьем.
Капал понемногу опыт, в инвентарь периодически падали рога, куски кожи и склянки с кровью. Алиска пухла от опыта, я ревниво косился на полоску у своего персонажа, не так активно пополняющуюся. Таким образом я и путешествовал, в сумерках продолжая избиение носорогов, ползая рядом в невидимости, пока восстанавливалось здоровье, и ища отбившегося от стада слабого или больного. Возникали и пропадали за спиной каменные лабиринты, одинокие горы, испещренные пещерами. Несколько раз я зарывался в мох, прячась от групп нежити странного вида, под руководством совсем уж аморфных демонов, покрытых шерстью с головы до ног.
