Сначала он лишь нежно пригубил их, потом обвел языком затвердевшие бутоны. А вслед за этим внезапно обхватил открытым ртом мягкую полноту груди, утопив ее во влажной бездне.
Авриль вскрикнула от изысканного наслаждения, словно эту чувствительную, интимную часть тела накрыли горячим шелком. Хок омывал тяжелую жемчужину языком, слегка прикусывал, прижимая к зубам, смаковал, и Авриль, задыхаясь, невольно вцепилась пальцами в матрас. Хок все сильнее разжигал пламя, уже и так полыхавшее в ней. Авриль дрожала от невыразимого возбуждения.
Его мощное, упругое тело тоже вздрагивало под ней. Дыхание стало прерывистым. Но он не искал наслаждения для себя — только для нее. Губы, ласкавшие ее соски, пальцы, скользившие по ее телу, колючий подбородок, тершийся о ее щеку, исторгали из ее груди страстные стоны.
Когда она попыталась отодвинуться, он обнял ее рукой, крепко прижал к себе и продолжал свою искушающую игру до тех пор, пока ее напрягшиеся влажные соски не начали пульсировать так же трепетно-возбужденно, как и сокровенная плоть между бедер.
И тогда Хок прикоснулся к ней — просунул руку между ее и своим телом и нащупал набухшую сердцевину ее женского естества. Белые языки пламени полыхали перед глазами Авриль при каждом нежном прикосновении его пальцев, кончика его языка.
Она содрогалась и корчилась в его объятиях, вцепившись побелевшими пальцами в простыни, все ее тело сводила судорога томительно сладкой истомы. Хок прихватил губами сосок и, втянув в рот, стал быстро и мощно сосать. Ошеломляющий, пронзительный восторг охватил Авриль. Хок медленно расслабил и языком прижал сосок к зубам.
Авриль задыхалась, ее тело неистово льнуло к нему в жажде новых восхитительных ощущений. Желания. Страсти.
Хок повторял этот непередаваемо эротичный ритуал снова и снова — внезапный порыв, замедление, расслабление, а пальцы его тем временем не переставая ласкали влажную припухлость между ее бедер. В расширившихся от изумления глазах Авриль вспыхивали язычки пламени, отражавшие огонь, все ярче и ярче полыхавший внутри.
— Задержи дыхание, — хрипло скомандовал Хок.
Авриль повиновалась его повелительному голосу и, набрав полную грудь воздуха, замерла, а он продолжал эту сладкую муку, движения его становились все быстрее. Все повелительнее. Пока ощущение не стало невыносимым. Авриль не дышала, она чувствовала, как ее тело словно бы воспаряет. Растворяется. Из самой глубины живота поднималась и всю ее охватывала лихорадочная дрожь.
Хок осторожно взял ее сосок зубами.
И внутри у Авриль с ошеломляющей силой взорвалось ослепительное пламя. От этого взрыва сотрясся и разлетелся на куски весь мир. Сверкающие его осколки посыпались на нее, сквозь нее. И когда обжигающая волна экстаза накрыла ее, лишив возможности дышать, чувствовать свое тело, понимать, спалив ее дотла, из горла Авриль вырвался безумный крик.
Придя в себя, она увидела, что, безвольно обмякнув, лежит на Хоке, покрывая его своим телом словно одеялом. Ее покрытая испариной кожа блестела. А в нежных, измятых грудях и во всех потаенных уголках ее женского существа продолжали вспыхивать чувственные искорки. Еще никогда она не испытывала такого опустошающего восторга. Боже милостивый, никогда!
Хок носом прижался к ее уху.
— Доброе утро, — шаловливо прошептал он.
В ответ она могла издать лишь слабый стон, у нее было такое впечатление, что все ее кости растворились.
Хок согнул ноги в коленях и крякнул с видом довольного жизнью мужчины. Авриль судорожно вздохнула, сквозь разделявшее их одеяло угадав, как мощно восстала его мужская плоть.
— А теперь, — прошептала она, — позволь показать тебе…
Резкий стук в дверь не дал ей договорить.
Хок яростно выругался. Авриль соскользнула с него и натянула одеяло до самого подбородка. Кровь бросилась ей в лицо — в призрачный мир страсти, который Хок соткал вокруг нее, ворвался мир реальный.
— Это, наверное. Марта пришла навестить Флойела. — прошептала она.
Стук повторился, на этот раз громче. Хок сел и глубоко вздохнул:
— Если только она со вчерашнего дня не сделалась намного больше и сильней.
Он встал и подошел к двери, казалось, готовый вышибить мозги тому, кто посмел потревожить их в такой момент.
Авриль даже представить себе не могла, кто бы это мог быть, она вообще ничего не соображала от нахлынувшего смущения.
Что она наделала? Еще вчера она с презрением смотрела на женщин, позволивших своим похитителям уложить себя в постель.
А теперь сама поступила точно так же. Забыла обо всем. Вела себя, как распутница, как потерявшая голову от любви женщина — точно так же, как все они. Она сама себя не узнавала.
Авриль услышала за дверью мужской голос, бормотавший что-то по-норманнски. Потом Келдан стремительно вошел в их дом. Он был взъерошен, глаза выпучены от испуга. Хок едва поспевал за ним. Окинув быстрым взглядом комнату, Келдан встревожился еще больше.
Завернувшись в одеяло, Авриль соскочила с постели:
— Что?! Что случилось?!
Хоку удалось ненадолго утихомирить Келдана. Посмотрев на Авриль полными сочувствия глазами, он объяснил ей:
— Жозетт пропала.
Глава 15
— Cтилле! Тихо! — Хок поднял обе руки, призывая их к тишине, он не мог думать, пока Келдан и Авриль одновременно оглашали комнату паническими воплями. У него самого так сильно колотилось сердце, что биение его, казалось, заглушало мысли. — Расскажи мне, что случилось, — обратился он к Келдану по-норманнски. — Только спокойно.
— Я проснулся, а ее нет! — Молодой человек запустил пальцы в волосы и стал дергать. Взгляд казался безумным, речь бессвязной. — В городе ее нет. Я думал, она там. Я надеялся…
— Кел, я ведь говорил тебе, чтобы ты не спускал с нее глаз. Я предупреждал, что Торолф жаждет мести за то наказание, которому подвергли его старейшины…
— Йа, я и не спускал с нее глаз! — возразил Келдан. — весь вчерашний день я ни на миг не оставлял ее одну. И был уверен, что она в безопасности.
— Когда ты видел ее в последний раз? — Хок мысленно молился, чтобы она оказалась не у Торолфа.
— Когда мы ушли с праздника, вскоре после тебя. Она казалась расстроенной после разговора с тобой, а я очень устал от борцовских состязаний, поэтому повел ее домой. И я… — Он попятился и посмотрел, словно затравленный зверь. — О священный меч Тира, мне не следовало участвовать в стольких поединках! Но ты понятия не имеешь, что это такое: находиться рядом с ней целый день и не быть с ней…
— Йа, Келдан, никакого понятия не имею. — Хок метнул взгляд на Авриль, от прерванного любовного экстаза у него все еще пылало все тело.
