Читаем без скачивания XX век танков - Александр Больных

В Праге тоже царил настоящий хаос. Начальник немецкого гарнизона предложил штабу восставших свою капитуляцию, но при этом оговорил возможность свободно вывести войска из города. Эти части и стали чуть ли не единственными соединениями Шернера, которым удалось-таки сдаться американцам.

8 мая танкисты Конева сломили последнее сопротивление немцев на перевалах Рудных гор и утром 9 мая ворвались в Прагу. Утверждения о боях на улицах города также являются преувеличением. Отдельные стычки, конечно же, происходили, и солдаты гибли даже в этот последний день войны, но ничего похожего на бои в Берлине здесь не было.

Кстати, вот освобождение Праги действительно превратилось в настоящую гонку между фронтами. И если удар 2-го Украинского фронта предусматривался планом, то появление подвижной группы 4-го Украинского фронта стало полной неожиданностью. От маршалов не отставали и генералы. Нежданно-негаданно к Праге подошла и конно-механизированная группа генерала Плиева. Зачистка города от остатков немецких войск не затянулась, и к вечеру 9 мая все было кончено.

Уже 10 мая последовал приказ Ставки Верховного двигаться на запад. Американцы остановились на заранее оговоренных рубежах, но установить контакт с ними все равно требовалось. Поэтому части 1-го Украинского фронта, не теряя времени, повернули на Хемниц и Рокициани. Левофланговые соединения 2-го Украинского фронта вышли на линию Пжек, Ческе-Будеевице, где также встретились с союзными войсками. Остатки гитлеровских дивизий оказались в котле в районе восточнее Праги. Лишь отдельные дивизии Группы армий «Австрия» в обстановке общего развала и хаоса, каждая самостоятельно, сумели отойти к американцам. Война в Европе завершилась.

Пражская операция показала, что наша армия научилась гибко реагировать на внезапные изменения обстановки, стремительно готовить и проводить операции стратегического масштаба, даже если это простое преследование противника. Замешательство, возникавшее во время наступлений под Москвой и Сталинградом, больше не возникало. А танковые войска в очередной раз продемонстрировали свои главные качества — мобильность и ударную мощь, вернув себе главенствующую роль, которую они утратили было во время вязких городских боев в Берлине.

Глава 13

Архитектурные излишества на фоне тропических пейзажей

«С ним я встретился впервые на солнечных и лазурных берегах Таити. Яркие звезды мерцали над бескрайним Великим, или Тихим океаном», — как писали почти всерьез классики. И вот представьте себе, что на этих солнечных берегах под яркими звездами вы вдруг наталкиваетесь на что-то такое большое, железное, в мутных зелено-коричневых пятнах камуфляжа. Это чудовище сразу покажется вам инородным включением в мирный пейзаж, неким инопланетным пришельцем. В свое время архитектуру сталинской эпохи справедливо называли периодом архитектурных излишеств. Для красивости (не красоты, ни в коем случае!) домам добавляли всяческие колонны, шпили, лепные фризы, канелюры и прочие украшения. Столь же странно смотрелись и танки на фоне ослепительной тропической природы. Сразу закрадывалось подозрение, что не слишком они здесь нужны.

Действительно, трудно вообразить театр военных действий, менее приспособленный для использования танков, чем Тихоокеанский. Густые влажные джунгли и болота абсолютно непригодны для грузных бронированных монстров. В такой обстановке танк моментально теряет все свои достоинства, приобретая взамен лишь массу разнообразных недостатков. Например, и без того неважная видимость моментально превращается в нулевую. Какой-нибудь прыткий боец, притаившись среди ветвей раскидистой пальмы, способен аккуратно положить бутылку с зажигательной смесью прямо на решетку моторного отделения «Королевского тигра», который в этом случае не спасет никакая броня. Впрочем, будем объективны. Никакой «Королевский тигр» по заболоченной тропинке (а других в джунглях просто не имеется) до противника не доедет, он застрянет уже после первых десяти метров. Американцы испытали массу проблем с 30-тонными «шерманами», что уж говорить о мастодонтах в 60 и более тонн. Ничуть не лучше обстояли дела на воспетых Джеком Лондоном райских тропических островах. Чтобы представить себе атаку танкового полка по узенькой полоске суши шириной метров этак в 600, нужна незаурядная фантазия. Поэтому и не использовались танки ни полками, ни даже батальонами. Рота, а то и вообще взвод. Вдобавок этот самый остров после многодневных обстрелов и бомбежек превращался в настоящую полосу препятствий, преодолеть которую было сложно даже танку. И все-таки, несмотря на все это, танки на Тихом океане использовались и довольно часто играли заметную роль в ходе десантных операций. Поэтому мы уделим немного внимания действиям танков на Тихоокеанском театре, вместо того чтобы просто упомянуть об этом.

Как-то неожиданно выясняется, что эти операции представляют собой клубок настоящих парадоксов, причем именно эта парадоксальность помогала танкам сыграть заметную, а иногда даже решающую роль в десантных операциях, хотя часто их вклад в победу оказывался замаскированным.

Итак, парадокс первый. На Тихом океане колоссальную роль сыграли инженерные машины, созданные на базе танков. В Европе с ними все было понятно. Да, они приносят пользу, но их вполне справедливо называют вспомогательными. Зато один из американских адмиралов, перечисляя системы оружия, которые внесли наибольший вклад в разгром Японии, назвал авианосец, подводную лодку и бульдозер. Первый уничтожил японский военный флот, вторая истребила флот торговый, а вот третий сделал возможными действия первых двух, а заодно и любые действия сухопутных частей. После войны японцы с мрачным изумлением писали, что не могли даже предположить, что такой фактор, казавшийся им второстепенным, может сыграть столь значительную роль. А при чем здесь танки, вполне можете спросить вы. Дело в том, что на большинстве тропических островов понятия фронта и тыла носили более чем условный характер. Если весь островок имеет размеры два километра на пять, вы сумеете отыскать на нем спокойное, непростреливаемое место? Волей-неволей придется пользоваться танковыми бульдозерами, а не гражданскими, потому что обустраиваться надо с первой же минуты, а не после окончательного захвата.

Парадокс второй. Как то ни странно покажется, но при захвате островов вроде бы нормальные средние танки «шерман» в их различных модификациях оказались далеко не самыми хорошими. Да, японские противотанковые пушки, которым так и не суждено было вырасти более чем до 37-мм, оказались совершенно беспомощны против них Даже австралийцы, пользовавшиеся добрыми старыми «матильдами», остались ими вполне довольны, за броней в 65 миллиметров они чувствовали себя вполне комфортно. Зато сами танкисты союзников имели более чем достаточно оснований жаловаться на свою технику. И 40-мм пушки «матильд», и 75-мм пушки «шерманов» оказались не слишком пригодны для борьбы с японцами. Дело в том, что японских танков на этом театре практически не наблюдалось, поэтому танковые дуэли оказались крайне редким исключением, зато с различными долговременными огневыми точками танкистам приходилось сталкиваться в каждой операции. Причем подчеркну: именно долговременными. Японцы обустраивались на островах очень обстоятельно, поэтому подавляющее большинство укреплений было бетонными. И для их разрушения требовались либо более крупные пушки, либо огнеметы, которые для европейского театра были не слишком характерны. Может, это прозвучит странно, но идеальным танком для войны на островах оказался бы немецкий штурмовой танк «бруммбэр». Да-да, эта самоходка Sd. Kfz. 166 официально именовалась именно Sturmpanzer IV. Конечно, подошли бы и наши Су-152, но все-таки они были чуточку тяжеловаты для десантных операций, а вот «бруммбэр» — в самый раз. Для борьбы с японскими дотами 150-мм гаубица была идеальным оружием. И тем не менее надо было нашим генералам в порядке обратного ленд-лиза предложить американцам пару сотен «зверобоев».

Парадокс третий. Самым эффективным тактическим приемом стало именно то, за что мы ругали европейские армии, — дробление танковых частей и соединений на роты и вообще взводы и привязка этих маленьких подразделений к пехотным частям. На Тихоокеанском театре танки потеряли свое главенствующее значение. Не пехота должна была обеспечивать их действия, а наоборот — они должны были помогать пехоте. Однако далеко не всегда на деле получалось так же гладко, как это планировалось на бумаге.

Как это происходило? Расскажем об одном маленьком эпизоде большой войны, который, однако, стоил жизни тысячам людей — о штурме атолла Тарава в группе Гилбертовых островов в ноябре 1943 года. Американские морские пехотинцы до сих пор без удовольствия говорят об этой операции, которая стала для них символом кровопролития.