вздохнула – Валинья, в отличие от неё, быстро осваивала чужой язык. Анита так та вообще его знала, вон как оживлённо беседует со скачущими рядом. А тут – мало того, что трясёт, так ещё и поговорить не с кем. Если бы только трясло, так ещё и ощутимо натирало и отбивало это самое место, на котором сидят! Только гордость не позволяла Гулане перебраться в карету, благо, там места ещё бы на четверых хватило. Переживая, девушка не заметила озабоченных взглядов, которые бросала на неё Анита, от неё, как и от других дружинников ло Вадикано, не укрылись страдания охотницы.
– Гулана, давай пересядем к барону и Валинье, послушаем, что он ей рассказывает, – предложила Анита и, заметив, что охотница упрямо сжала губы, жалобно попросила: – Ну давай, может, он что-то интересное рассказывает!
Гулана кивнула, неловко слезла с коня и поковыляла к карете, Анита покачала головой и тоже перебралась в карету. Сделала это она легко и быстро, барон, с улыбкой наблюдавший за девушками, дал команду кучеру продолжить движение и стал рассказывать дальше:
– Большая река берёт начало в горах на северо-востоке, она как бы является естественной границей между джунглями и вольными баронствами. Но там где расположены Малые Выселки она поворачивает в джунгли и, делая там широкую петлю, возвращается обратно. Вершина этой петли подходит очень близко к западным степям, бушу, как говорите вы. Обратно река выходит в наши земли у Больших Выселок, вы это уже знаете. Немного ниже по течению стоит мой замок, точно также, там, где река уходит в джунгли, стоит замок Валиссэн, а сухопутные пути перекрывают замки баронов Глассо и Тарборо.
– Это те четыре баронства, что контролируют торговый путь? – спросила Анита, вспомнив рассказа Умара Харасина. Барон согласно кивнул, он говорил медленно, по нескольку раз повторяя сказанное, так чтоб всё время переспрашивающая его Валинья смогла понять. Конечно, он мог всё это рассказывать на языке народа степей, но ученица знахарки попросила его говорить на языке Гардарьи, желая попрактиковаться. А для Гуланы рассказ барона переводила Анита. Кивнув, барон продолжил:
– Да, но баронства Правено и Валирано самые богатые, потому что контролируют водные пути. Плыть по реке удобнее, чем ехать сухопутным путём, особенно если много груза. Хотя по дороге двигаться быстрее.
– Ты потому и решила двигаться на этих… – Гулана с отвращением посмотрела на своего коня, идущего рысью за каретой и спросила, обращаясь к Аните: – Что, так действительно будет быстрее?
– Да, и те дни, что мы потеряем, участвуя в этом турнире или, как про него говорит дед, баронском совещании, наверстаем, двигаясь сухопутным путём. То, что у нас есть на продажу, перегрузим на повозки, думаю, двух хватит с головой, – ответила Анита и, усмехнувшись, добавила: – Трёх, если ты с Валиньей и Тавином поедете в повозке, то мы будем двигаться гораздо быстрее.
Барон чуть заметно улыбнулся – может, его позабавило то, что жители степей в повозках ехать будут быстрее, чем верхом, а может, ему понравилось, что Анита назвала его дедом. Но сразу же став серьёзным, продолжил рассказывать:
– Барон ло Валирано по силе равен мне, я имею в виду силу дружины, а так он гораздо моложе меня. Он хотел бы захватить моё баронство…
Анита изобразила удивление, а ло Вадикано пояснил:
– После моей смерти, наследников у меня нет, а воины не будут оборонять замок без владетеля. Другие два барона, скорее всего, согласились бы с таким положением дел, ло Валирано, наверное, пообещал им часть моих земель, а возможно – процент от пошлины. Но теперь у меня есть ты, наследница, и дружинники принесли тебе клятву верности, так что ситуация изменилась.
– Какая неприятная неожиданность для того барона, – усмехнулась Анита, Реджин ло Вадикано озабоченно покачал головой:
– Вот поэтому я и хочу предупредить тебя – будь осторожной, как только я объявлю о своем решении, ло Валирано может попытаться тебя убить. Неважно как: подошлёт убийц, попытается отравить, вызовет на дуэль. Наследника, как и барона, можно вызвать независимо от его пола.
– Потому наследники – это мужчины? – спросила прислушивающаяся к разговору Валинья, медленно выговаривая слова.
– Но почему же, владетелями, вернее, владетельницами баронств были и женщины, но это были смелые и решительные… – начал барон, Анита с усмешкой добавила:
– И драчливые!
– И это тоже, – не стал возражать барон и, тоже улыбнувшись, добавил: – Почему? Вы в этом сами убедитесь, познакомившись с местными владетелями.
Беседа и дальше продолжалась в том же духе, замолчали, только когда выехали на холм и увидели открывшуюся картину: широкая река выходила из леса, хоть и густого, но всё-таки джунглями его здесь уже назвать нельзя было. Река огибала холм, на котором стояло нечто среднее между поселением-фортом, как девушки уже знали – это были Большие Выселки, в этом селении они уже побывали, сразу как прибыли в приграничье. Между ними и лесом было километра три чистого, ничем не заросшего пространства. А если посмотреть в сторону, то там километрах в пяти, почти на границе видимости, стоял ещё один форт-посёлок, как зеркальное отражение Больших Выселок, только река огибающая холм, на котором стояло то селение, была поуже и уходила в лес. Между этими посёлками была хорошо укатанная дорога, причём не просто накатанная, а имевшая покрытие из плотно подогнанных друг к другу брёвен.
– Малые Выселки, – указал на дальнее селение барон, – размерами Большим не уступает, а между ними, видите? По этой дороге перевозят лодки, если бы не брёвна, то в дождь там не проехать!
Но не дорога привлекла внимание девушек, перед ней, подальше от леса, был раскинут большой лагерь из множества разноцветных шатров. В центре этого лагеря была большая, огороженная арена, с чем-то вроде трибун для зрителей. Около одной из трибун стоял самый большой шатёр.
– Шатёр совета, – пояснил ло Вадикано, – основные поединки будут там, а не на арене.
Как впоследствии оказалось – он ошибся, главный поединок этого большого турнира, или баронского совета, в этот раз произошёл на арене. Гулана, хотя ей слова барона переводила Анита, в отличие от Валиньи, не слушала, она поудобнее развалилась на мягком сиденье и задремала, положив голову на плечо Аниты. Ло Вадикано тихонько заметил:
– Я видел и знаю, что охотницы искусные наездницы, но неужели передвижение на их неровно скачущих верховых зверях так уж отличается от езды на лошадях?
– Неровность движения гурха только кажущаяся, он идёт очень плавно и быстрее чем лошадь, – тоже тихонько, чтоб не разбудить подругу, ответила Анита. – Кроме того, гурх разумен, и он старается не доставлять своей хозяйке неудобств.
