Будто в насмешку слабо помигивавший индикатор соединения погас окончательно, и бортовой компьютер металлическим голосом сообщил, что доступных сетей нет.
— Да она издевается! — вскинулась Мира. — Я недавно в Галаконт заходила!
— Зачем? — Ее отец мигом позабыл о проблемах корабля. — Снова за Астином наблюдала? Когда ты уже поумнеешь? Сдался тебе этот уголовник…
— Он не уголовник! — Девушка воинственно задрала подбородок. — И вообще, это не твое дело!
— Ага, как бросать все и драпать с планеты, так мое, а как…
— Папа! Мы убегаем из-за этого малолетнего кретина!
— Что? — мигом взвился Мик. — У меня все было хорошо! Я почти привык!
Сэм поморщился и указал обоим горлопанам на выход. Он ненавидел семейные ссоры, да и к громким звукам испытывал необъяснимую антипатию, а детишки Волка разошлись не на шутку. Как бы не сцепились по-настоящему и не раскурочили рубку.
— Пусть он идет!
— Сама иди!
— И пойду!
Райс подхватился на ноги и без лишних церемоний выставил за порог обоих. Постарался убрать с лица недовольный вид и повернулся к Аристэю.
— Кажется, вы сейчас обещаете себе никогда не заводить детей, — невесело усмехнулся тот.
— При нормальном воспитании дети не доставляют хлопот, — не удержался от колкости Сэм.
Собеседник не выглядел обиженным.
— Поговорим об этом лет через двадцать, когда ваша дочурка-отличница приведет домой парня-арахнида, а сынок на спор поцелует директора школы. Поверьте на слово, Райс, вас ждет масса незабываемых эмоций. В какой-то момент вы поймете, что разучились краснеть. Ладно, забудьте. Давайте проверим эфир. Может, получится если не связаться с кем-нибудь, то хотя бы подслушать их переговоры.
Сэм отвернулся к иллюминатору. Собирались облака… Ветер усилился, деревья гнулись чуть ли не до земли, и из-за этого создавалось впечатление, что «Касэлона» тоже раскачивается.
— Мне одному кажется, что на этой чертовой планете нет ни единой местной живой души?
— В смысле, разумной? — уточнил Аристэй, занимая кресло пилота и берясь за переключатели. — Насколько я знаю, живности на Ониксе-12 предостаточно. Одни лайсы чего стоят… Что ж, начнем. Не галанетом единым живет человек.
Райс подошел поближе к иллюминатору и уставился на медленно таявший след неизвестного корабля. Радиочастоты, конечно же, ничего не дадут. Тот, кто забросил «Касэлону» на необитаемую планету, явно не планировал разрешать экипажу делиться своими горестями со всем миром.
— Глухо, — подтвердил опасения Волк. — Эфир мертв.
— Ну и пусть. — Сэм не очень-то и рассчитывал на радиосвязь. — Друзей тут точно нет, а от остальных помощи не дождешься. Будем выкручиваться сами. «Зара», что там за бортом?
Бортовой компьютер бесстрастно сообщил, что метеоритное облако пройдено, обшивка не повреждена, прибытие на Оникс-10 точно по расписанию.
— Прекрасно. Как насчет изменить курс? Скажем, повернуть на Оникс-1?
«Доступ разрешен. Желаете ввести новый маршрут вручную?».
— Что?! — Райс вцепился в клавиатуру как утопающий в спасательный круг. — Что ж ты раньше… А-а-а…
Нет, ошибки не было. «Зара» охотно подчинилась, вот только особого значения это не имело. Сэм мог управлять кораблем — но корабль не управлялся Сэмом. Информация, которую выводила «Зара», не имела ничего общего с реальностью. Да, Райс запросто изменил курс, и система рассчитала новое время прибытия на Оникс-1, однако «Касэлона» даже не пошевелилась. Ее двигатели молчали, индикаторы несли откровенную чушь. Это выбивало из равновесия.
— Так даже лучше, — неожиданно выдал Аристэй. — Без связи и они, — он неопределенно кивнул в сторону линии горизонта, — не смогут нами манипулировать. Как-нибудь справимся.
— Я не нуждаюсь в ваших утешениях, — огрызнулся Райс.
— А я вам ничего и не говорю. Что, уже и с собой потолковать нельзя? Попробуйте на досуге. Здорово помогает прояснить мысли.
«Хватит и того, что я болтаю с призраком», — Сэм бросил быстрый взгляд на планшет, но признаков новых сообщений не наблюдалось.
— Предлагаю разбираться с проблемами по мере их поступления, — спорить совсем не хотелось. — Текущее задание: покинуть «Касэлону» прежде, чем она затонет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не факт, что мы тонем, — не согласился Аристэй.
— Зато факт, что вместе с кораблем из этого водоема выбраться вряд ли получится. «Зара», подготовь шлюз к открытию.
В глубине души Райс опасался, что бортовой компьютер гаркнет: «Доступ запрещен», и из динамиков раздастся зловещий хохот. Но «Зара» лишь напомнила: без скафандров она никого в открытый космос не выпустит.
— Слишком тихо… Вас ничего не настораживает?
Мысленно Сэм уже покорял Оникс-12, поэтому не сразу понял, о чем спрашивал Волк.
— Двигатели умолкли. И вентиляция вроде не шумит, но уровень кислорода в норме. — Сэм указал на один из автономных датчиков, которым еще верил. — Возможно, собьется температурный режим? Проверять это времени нет. Собирайте своих, Аристэй. Попробуем выбраться из этой консервной банки.
— Думаете, Оникс безопаснее?
— Думаю, хуже точно не будет.
* * *
По экрану у шлюза бежали предупреждающие надписи. Райс знал их наизусть, поэтому и не смотрел в ту сторону, а вот Мик чуть ли не долбился шлемом скафандра в четкие белые буквы на черном фоне.
— Это правда? — микрофон делал его голос тоньше и писклявее. — В самом деле нельзя… О, обратный отсчет. Девять, восемь… А что, если мы под водой?
— Ничего особенного, штаны ты уже намочил от страха. — Мира, наоборот, относилась к происходящему с поразительным спокойствием. — Шесть, пять… Я слышала, в вакууме человека может… Кхе-кхе-кхе…
Сэм легким тычком отправил ее братца подальше и пригрозил, что если он повредит скафандр, то останется сторожить «Касэлону».
— Ну и ладно, — казалось, Мика только обрадовала такая угроза. — Сана тоже остается.
— Сана за больными присматривает, а ты трусишь, — не унималась Мира. — Три, два… Признай: ты боишься, как и Леви.
«Шлюз открыт», — сообщил динамик, прервав назревающий конфликт. Но створки шлюза не шевельнулись…
Райс ощутил, что вот-вот потеряет над собой контроль. И здесь подстава, хотя блок «выхода» относился к внутреннему управлению и должен быть работать нормально.
— Дядь, это твоя тормознутая система тупит или мы реально в полной лаже? — Мира безуспешно пыталась убрать с глаз зеленую челку. — У-у-у… Только зря эту рухлядь натягивала и барахло собирала!
«Она права. Мы в полной лаже», — но Сэм сверкнул зубами и сообщил, что на план А он не слишком рассчитывал.
— А план Б — прозябать тут, пока еда не кончится, а потом сожрать друг друга? — Девушка содрала с головы шлем и яростно отбросила волосы со лба.
— Тебе лишь бы пожрать, — упрекнул ее Мик. — Что, никак не можешь решить, кто из нас будет на завтрак, а кто — на обед?
— Не бойся, лично тебя сожрет утилизатор!
«Кое-что в этом мире никогда не меняется», — Райс привычным жестом отправил их обоих в хранилище скафандров и самым серьезным тоном предупредил: повредят оборудование — будут вкалывать на «Касэлоне» до конца своих дней.
— Полтора месяца? — фыркнула Мира. — Переживу!
— С твоим рационом еды и на неделю не хватит. — Мик откровенно напрашивался на стычку.
Переругиваясь, они исчезли за дверью. Сэм решил, что устойчивые к метеоритам скафандры не падут жертвой братской «любви».
— Есть идеи? — Никак не реагировавший на шалости детишек Аристэй смотрел на экран с ложной информацией и задумчиво морщил лоб. — Будь у нас взрывчатка…
— Мы бы повредили компьютерную систему и остались бы без воздуха и воды, — резко ответил Сэм, который ненавидел планы, начинавшиеся с «если бы». — Проверим грузовой отсек. В крайнем случае отключим функцию переработки мусора в утилизаторе и сбросим себя за борт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вы бы еще через сопла предложили пролезть.
— Посмотрим. — Сэм был готов обсудить все, даже самые безумные варианты. — А пока… «Зара», приближается корабль. Готовься к стыковке.
