Под аркой городских ворот Николас задержался, чтобы перевести дух, отдышаться и утереть мокрое лицо. Лежавший перед ним город казался пустынным, вокруг не было видно ни души. Чтобы добраться до замка, ему пришлось бы проехать через весь Шрусбери, зато городской дом Хью Берингара находился совсем неподалеку - чтобы попасть туда, надо было всего лишь подняться по извилистой улочке, ведущей на холм. Шериф с равным успехом мог быть и в замке, и дома.
"Заверну-ка к нему домой, - решил Николас, - и справлюсь, вдруг он там. А не повезет, спущусь к замку по дороге на Хай Кросс, все равно уже вымок до нитки - хуже не будет".
Он направил коня вверх по склону холма. Благоразумные горожане сквозь щели в ставнях с удивлением пялились на сумасброда, вздумавшего разъезжать по улицам, когда творится эдакое светопреставление. Небо потемнело, как будто внезапно настала ночь, раскаты грома не умолкали, словно подстегиваемые огненными кнутами молний. Бедный конь Николаса дрожал от страха, но он был обучен и выезжен на славу - и послушно следовал туда, куда направлял его всадник.
Ворота перед домом Хью были распахнуты, чтобы угодивший в грозу случайный прохожий мог найти укрытие под навесом во дворе. Едва на булыжной мостовой послышался цокот копыт, как из дома выбежал конюх, чтобы отвести коня в конюшню. В дверях появилась Элин, вгляделась во тьму и поманила путника рукой, приглашая его войти.
- Да поторопитесь, сэр, а то, неровен час, и утонуть можно,- участливо промолвила она, когда Николас взбежал на укрытое козырьком крыльцо и сбросил у входа вымокший плащ, с которого ручьями лилась вода. На пороге хозяйка и нежданный гость внимательно всмотрелись в лица друг друга - на дворе было слишком темно, чтобы сразу узнать даже знакомого. Элин прищурилась, как бы припоминая, и приветливо улыбнулась:
- А, так вот кто к нам пожаловал! Вы Николас Гарнэдж! Когда вы первый раз были в Шрусбери, то заезжали к нам вместе с моим мужем. Вы уж не обессудьте, что я сразу вас не признала, да и не мудрено в такую темень. Ну проходите, не стойте на пороге. Я сейчас распоряжусь насчет сухого платья, чтобы вы могли переодеться, правда, боюсь, что одежда моего мужа будет вам маловата.
На сердце у Николаса полегчало от искренней доброты и заботливости молодой хозяйки, однако он не рассиживаться сюда приехал и решительно не мог позволить себе отвлечься от выполнения своей невеселой миссии. Через плечо Элин он бросил взгляд в глубь помещения, но увидел лишь Констанс, пытавшуюся унять неугомонного Жиля. Малыш рвался на улицу, полагая, видимо, что весь этот потоп устроен специально для его забавы.
- Миледи, а лорд шериф дома? Я должен увидеть его как можно скорее. Увы, у меня дурные новости.
- Мой муж сейчас в замке, сэр, он будет только к вечеру. Пусть ваше дело немного подождет, по крайней мере пока не кончится гроза. Думаю, ждать осталось недолго.
Но его дело ждать не могло. Николас решил ехать в замок, чего бы это ни стоило. Он поблагодарил Элин, возможно, даже не слишком учтиво - ведь мысли его витали далеко,- вновь накинул промокший плащ, принял у конюха своего коня и зарысил по дороге к Хай Кросс. Элин вздохнула, пожала плечами и закрыла дверь, чтобы защититься от разгулявшейся стихии. Дурные новости? Что бы это значило? Может, это связано с королем Стефаном и Робертом Глостерским? Неужто затея с обменом провалилась? А может, эти дурные вести касаются личных дел молодого человека? С сочувственным интересом Элин припомнила известную ей в общих чертах связанную с ним историю. Да, так оно и было - какой-то рыцарь, вернувшийся из Палестины, решил освободить невесту от обета и послал к ней с этим известием своего доверенного оруженосца, а тот, бедняга, сразу же влюбился в девушку, но оказался слишком робок и скромен и не осмелился хотя бы намекнуть ей о своих чувствах. А сейчас - кто знает - жива ли эта девушка? А что может быть хуже неизвестности? Но он сказал "дурные новости", а это может означать только самое худшее.
Николас добрался до высокого придорожного креста, давшего название улице, который был едва различим за сплошной стеной дождя, и свернул вниз, по пологому склону, ведущему к замку. Во внешнем дворе цитадели вода доходила до лодыжек - хотя там и были устроены водостоки, они не успевали отводить потоки низвергавшейся с небес влаги. Из караульной высунулся стражник и поманил незнакомца.
- Лорд шериф? Да, он здесь, сэр. Проходите во внутренний двор, а дальше по стеночке, там есть навес - все не так хлещет. Я пригляжу, чтобы вашу лошадку отвели в стойло. Или здесь, в караулке переждите. Тут как-никак сухо, а такая гроза долго не продлится...
Но нет, ждать он не мог. Горечь отчаяния терзала душу, а кольцо Джулианы жгло его, будто раскаленное в адском пламени. Он должен сейчас же, без промедления, поведать обо всем шерифу и добраться наконец до этого Гериета. Николас готов был зубами вцепиться в горло злодея. Лишь жгучая ненависть позволяла ему справляться с болью утраты.
Николас нашел Берингара в огромном полутемном зале и, едва поздоровавшись, промокший, заляпанный грязью, с прилипшими ко лбу волосами, бросился ему навстречу, сбивчиво излагая свои печальные новости. Потоки воды ручьями стекали с его мокрой одежды на каменный пол.
- Милорд, в Винчестере я раздобыл неопровержимое доказательство того, что несчастная Джулиана, увы, мертва, а ее вещи давным-давно были проданы грабителями. Поэтому всех ваших людей до последнего необходимо немедленно бросить на поиски этого Адама Гериета. Это его рук дело - Гериета и нанятого им убийцы. Люди видели, как он платил какому-то проходимцу, платил деньгами, вырученными за драгоценности Джулианы. Как только он окажется в наших руках, ему не отпереться. У меня есть доказательство и есть свидетели, которые слышали, как он сам заявил, что она мертва.
- Тогда идем! - воскликнул Хью, и глаза его вспыхнули. - Ничего не скажешь, вы там, на юге, времени не теряли - все, что вы говорите, крайне серьезно. Правда, и мы здесь тоже даром хлеба не ели. Давайте присядем и обо всем поговорим - только сперва вам надо переодеться в сухое, а то этак и захворать недолго. Сейчас я велю подобрать подходящее платье.
Хью кликнул слуг и послал их за полотенцами и сухой одеждой.
- Милорд,- лихорадочно запротестовал Николас, схватив Берингара за руку,- обо мне не беспокойтесь. Сейчас главное - найти этого Гериета. У меня есть улика, она не оставляет сомнений относительно его виновности, а этот супостат еще гуляет на воле, скрывается Бог знает где...
- Господи, Николас, коли вам позарез нужен Адам Гериет, не стоит так горячиться. Он уже несколько дней как сидит в темнице под крепким караулом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
