– Элианской империи?!! – так и подпрыгнул Санти. – Дорхотово копыто!!!
– Твоя родина? – сразу вспомнил его рассказ Зак.
– Да. Теперь я понимаю, почему не смог телепортироваться домой… Система вышла из кокона, вот ее координаты и изменились. И все привязки тоже. Габтово семя…
– Давай все же дослушаем, – поднял руку полковник. – Потом обсудим.
– Передаем запись выступления посланца Элианской империи. Прошу не удивляться его внешнему виду, согласно полученной нами из достоверных источников информации, рыцари Престола, как еще называют эльдаров, никогда не открывают своего лица. Однако населяют Элиан люди – посланца сопровождают флотские офицеры империи, генерал Ффан-Тир и полковник Ггор-Верт.
– Это когда же гардианский флот стал нашим?!! – ошалело выдохнул скоморох, совершенно забыв, что в чужой стране такого говорить не стоило. – Да что это там творится, дорхотовым копытом мне по лбу?! Ну я им всем покажу, когда вернусь! Совсем одурели?! Ну-у-у…
Зак переглянулся с Кентерри, затем полковник хмыкнул и о чем-то задумался. Санти этого не заметил, он продолжал смотреть на экран, где появился эльдар. Самый обычный эльдар в серо-серебристом плаще со скрытым туманом лицом. Вот только руки его были трехпалыми, и скоморох непроизвольно улыбнулся. Кара! Его любимая Кара! Жива, слава Единому. Но дома, судя по услышанному, творятся очень нехорошие вещи. Война какая-то, союз с гардианцами и прочее. Нужно срочно добираться до Элиана. Любым образом. Вот только как? Придется искать способ.
– От имени императора Сантиара I приветствую всех, кто меня видит и слышит, – заговорила Кара, впрочем, о том, что это Кара, знал только скоморох. Голос был безличным.
Она говорила на привычном лаарском, кто-то переводил сказанное ею на торлайдский. Санти перевод, конечно, не требовался, уж родной-то язык он понимал, но было плохо слышно – перевод забивал голос рыцаря Престола.
– Мы рады жить в мире со всеми, кто желает того же, – продолжила Беспалая. – А тем, кто решит воевать с нами, дадим отпор, как дали алливийцам. Через посредничество посольств Конфедерации и Мервана мы передаем правительству Алливии ноту протеста и ждем объяснений причины их нападения. Если в течение трех суток мы не получим ответа, то будем считать Алливию находящейся в состоянии войны с Элианской империей.
– Нашли с кем связываться, с Мерваном… – скривился полковник.
Санти промолчал, только покосился на него. Что ж, Кентерри можно понять – его страна не так давно воевала с этим самым Мерваном. Однако выводов скоморох делать не спешил. И тем более не собирался становиться ни на чью сторону в не интересующем его конфликте. Сейчас важно одно. Домой. Скорее домой!
* * *
Кара стояла в свете прожекторов и ничем не выдавала своего раздражения. Дорхотов свет слепил глаза до рези, но проявлять слабость при чужаках она не считала себя вправе, поэтому терпела. Вертящиеся вокруг люди, сующие ей под нос какие-то странные штуки и задающие идиотские вопросы, до смерти бесили, но высказывать им свое возмущение официальный посланник Элианской империи себе не позволяла. Не для того ее послали. Необходимо любой ценой уберечься от нового нападения. Тинувиэль с адмиралом Ттин-Штаром и лердом Ххин-Лонгом посредством доступного только императору заклинания сродства постоянно наблюдали за Карой и посланной вместе с ней Шен, давая, в случае необходимости, советы. Для поддержки посольству придали двух высокопоставленных офицеров гардианского флота – генерала Ффан-Тира, командующего истребительной авиацией, и полковника Ггор-Верта, старпома. Связь держали через амулеты – они отлично работали даже на таком расстоянии от родного мира.
Формировать посольство пришлось почти сразу после заседания в Нартагале – согласно сообщению с крейсера, к границам системы подошли еще четыре эскадры. И похоже, принадлежащих разным странам. Обнаружив корабли Конфедерации, прибывшие провели с ними короткий сеанс связи, после чего командир фангойцев вызвал «Ддин-Рат II» и передал заранее оговоренную фразу, означающую приглашение элианской делегации на переговоры.
Он был предупрежден, что гости прибудут телепортом – Шен, находясь на крейсере, взяла привязки и сообщила об этом. Но, естественно, не поверил. Однако на всякий случай приказал окружить возможное место прибытия послов – посадочную площадку, на которую прежде садился гардианский челнок – двойным кордоном десантников в полной боевой выкладке. Поэтому, когда старший лейтенант, командующий ими, прерывающимся голосом сообщил о неожиданном возникновении на посадочной площадке облачка серого тумана и выходе оттуда девяти человек, только вздрогнул. Вывод из случившегося командир крейсера мог сделать только один: элианцы владеют недоступными Конфедерации технологиями, а значит, относиться к ним следует с величайшей осторожностью, избегая любых конфликтов. Ничего нет хуже, чем схватиться с противником, о возможностях которого не имеешь никакого понятия.
Посольство состояло из двух эльдаров и двух гардианских офицеров. Их сопровождала охрана – четверо мастеров-невидимок, каждый из которых имел при себе арват[2] перемещения, способный мгновенно перенести своего владельца в Замок Призраков, и арват исцеления. А девятым был никто иной, как Дай ар Инват, дядя Энета, устроивший в свое время заговор, в результате которого погиб Маран. Посоветовавшись с Ланигом и Керталом, Тинувиэль решил выпустить его из тюрьмы и попросить держать на контроле все происходящее. Более талантливого и опытного политического манипулятора и мастера плетения заговоров их мир еще не знал. Глупо было бы не воспользоваться его способностями во время кризиса. Выслушав просьбу императора и узнав о событиях последних недель, высокий лорд по некоторому раздумью согласился – когда творится такое, старые разногласия становятся неважны. И предложил свою кандидатуру на должность советника посольства – такая должность не привлечет к нему особого внимания. А он начнет сплетать свою паутину.
Элианцам пришлось дожидаться в окружении десантников пока прибудет полковник Д'Оррилан. Затем их отвели в выделенные делегации каюты. Через несколько часов на крейсере «Фангой» собрались представители остальных четырех стран – как сообщил полковник, Торлайда, Кархоина, Мервана, и Ансалона. Эльдарам эти названия ничего не сказали, однако их запомнили на будущее. Только два государства пока еще остались неизвестны. Два из восьми, у границ которых вышел из кокона Элиан – после недолгого обсуждения было принято решение назвать планету именно так, по имени самой крупной страны на ней. Впрочем, не считая территории бывшего Карвена и Великой Степи, единственной – Тинувиэль после долгих сомнений и консультаций с Ланигом все же решился принять прошения Даркасадара, Нартагаля и Эльварана о коронном договоре. В империи стало на три провинции больше. Торжественную церемонию отложили на потом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
