нужно убедиться, иначе у нас обоих будут проблемы, — попросил он вежливо.
На что получил от меня заготовленный в комме документ.
— Если хочешь, иди, — кивнул он. — Осталось недолго. В конце мы раздаем сувениры.
Сувениры были огромным соблазном, но я распрощалась и поспешила на выход, пока шло видео и все были отвлечены ярким голографическим сюжетом.
Фух! Это был конфуз! Хорошо то, что хорошо кончается.
*
Вылетев из главного холла на улицу, я поспешила спрятаться за большой кадкой с криптомерией. Чуть не споткнулась по пути.
Данный интуитивный маневр был совершен крайне вовремя, так как спустя несколько секунд вышла небольшая компания. Родители с тетей Тори весело что-то обсуждали. Выглядели они вполне счастливыми и радостными. Из-за чего почему-то стало очень грустно.
Опять мой эгоизм вылез наружу.
Я могла подойти к ним и сказать "привет". Вместо этого как можно незаметней увязалась следом.
Если бы они вызвали такси, все бы на этом и закончилось, но троица решила прогуляться, а я продолжила свое преследование.
Как оказалось, они встречали на остановке дядю Данила с Рори и Ави.
Аск сказал, что Август якобы был наказан, когда он вполне себе довольный жрал шоколадную мороженку рядом с сестрой.
Пусть такого события, как драка, я не помнила, но было очень обидно. Если бы за проступок наказали меня, то на ближайшую луну лишили бы не только вкусняшек, но и спокойной жизни. Уж хорошо помню любимые методы родителей, когда отец воспитывал делом, а мать в это время непрерывно пилила мозг через уши.
Как же замечательно получается: кому-то достается любовь и забота, а кому-то критика и вечное недовольство. И все равно, насколько один ребенок ближе другого по родству. Вот племяшки и группы обнаглевших экскурсантов, которым подтирают носы и жопки. А вот неугодная дочь-неумеха, у которой все не так, как хочется.
Кажется, теперь родители нашли себе детей по душе. Было явно заметно, как они рады встретиться с племяшками. Встречали, обнимали их с широкими улыбками. А меня, похоже, видеть больше не желали.
*
Продолжать наблюдения я не стала. И даже не из-за приличий. Банально потому что ничего не могла разглядеть сквозь слезы.
Мне оставалось лишь развернуться и поспешить в ближайший переулок, продолжая рыдать на ходу.
Главное, не останавливаться. Улица была длинной, а быть замеченной мне очень не хотелось.
Остановилась я лишь спустя несколько кварталов.
Легкие и лицо жгло огнем, воздуха не хватало, а перед глазами вовсю плавали темные круги. Ноги дрожали и идти я была неспособна. Особенно в такую жару.
Безумно хотелось пить.
Обессиленно доковыляла до ближайшей тени и опустилась на бортик каменной ограды с газоном.
Через несколько минут стало легче. Появились силы, чтобы найти общественный санузел и умыться.
*
Выглядела я не очень хорошо. Сочетание растрепанного парика и бледной кожи с ярко красными пятнами на лице и шее, мягко говоря, пугало.
Не, себя-то я видела после истерик, и не раз — дело привычное. Но окружающие невольно на меня пялились.
Не обращая на них внимания, я вызвала такси к месту и уехала домой.
Пусть я изначально хотела вернуться к набережной. Пусть мне действительно было интересно поучаствовать в крупном рейде в честь летнего фестиваля. Но уж точно не в таком состоянии.
Теперь хотелось только напиться холодной воды и нырнуть в бассейн. А еще лучше закрыться в комнате и лечь спать.
Аска я предупредила, придумав вполне очевидную отмазку с жарой. Вскоре он должен был закончить с делами. Было бы нехорошо, если бы я не сообщила об изменении планов. Братик-то меня любил. Как и я его. И теперь я понимала насколько.
*
Освободился Аск куда позже, чем ожидалось, лишь ближе к вечеру. Весь из себя счастливый привез плюшевую овечку, очень похожую на ту, что подарил мне несколько лет назад.
Мое состояние он заметил еще на пороге комнаты. Я же всего лишь лежала с коммом в постели, даже выглядела, как обычно. Но брат сразу как-то сник, побледнел и стал мрачным словно туча.
Неужели действительно почувствовал?
— Что произошло? — он присел рядом со мной, внимательно заглядывая в глаза. — Тебя кто-то обидел? Поэтому ты раньше вернулась?
— Нет, просто родителей видела, — решила не скрывать. — Поехала в офис, так как хотела встретиться. Мы не пересеклись — они были чем-то заняты. Потом освободились, и я случайно заметила их издалека. Ты был прав. Теперь моя персона их точно их не заботит.
Аск молча выслушал, а потом так же молча обнял, терпеливо и не спеша поглаживая по спине.
Все, что могла, я уже выплакала. Остались лишь равнодушие и апатия. За молчаливую поддержку я была благодарна, что выразила словами.
В ответ он вручил мне барашку и предложил вкусняшки. Настаивать не стал, разрешив лечь спать прямо сейчас. Чем я сразу же и воспользовалась, укрывшись легким одеялом от окружающего мира.
***
Несколько минут парень наблюдал за спящей подопечной.
О том, что та направилась не на фестиваль, он понял без отслеживающего приложения, но ожидал не столь мрачной развязки. Все же Леля с Улимом учились обращаться с собственным ребенком, и, несмотря на ошибки, показывали прогресс.
Подробностей Шура не рассказала, но увиденное ей явно очень не понравилось. Фоном ощущались обида и ревность.
Звонить к приемным родителям Аск тоже не стал. Спрашивать "что у вас случилось?" было бессмысленно, ведь с ребенком они не пересекались. Оставалось лишь дать мелкой отоспаться и предоставить возможность рассказать подробности, когда эмоции выпадут в осадок.
Было еще кое-что, почему он так легко дал ей уснуть, — духовное пространство. Утром до парня дошло, что вечерние попытки были столь же бессмысленны и глупы, как биение головой о стену.
Переволновался — не страшно.
Зато сейчас он мог сделать все как положено: сначала войти в собственное духовное пространство, как в стартовую точку, и оттуда проникнуть во внутренний мир Шуры. Именно такой путь Аск должен был совершить изначально.
*
Будучи внутри родного духовного пространства, Аск понял, что все так же не научился путешествовать наружу. Множество раз он пытался выйти за пределы, но, как бы далеко не отлетал от Ядра, постоянно возвращался обратно. Снова и снова. То самое ощущение перехода все не возникало.
Через бесчисленное количество попыток он психанул и вернулся в реальный мир.
На улице успело стемнеть, а желудок непрозрачно намекал, что с минуты на минуту начнет жрать самого себя.
После позднего перекуса и освежающего душа попытки прорыва продолжились.
Парню постоянно казалось, что он что-то упускал. Каждый раз переходы
