Читаем без скачивания 1937. Большая чистка. НКВД против ЧК - Александр Папчинский

Из Ростова-на-Дону и Махачкалы в мятежные районы Дагестана были переброшены части 5-го полка ВОХР ОГПУ и спешно сформированные оперативные группы, состоявшие из чекистов, милиционеров и советско-партийного актива. К началу мая 1930 года все аулы, занятые повстанцами были освобождены, но для окончательного «умиротворения» в ряде округов продолжало действовать военное положение.

Мятежами была охвачена и Карачаевская автономная область. Вначале взбунтовался аул Учкенен, слывший «меккой» для т. н. «бывших людей». Здесь селились в основном бывшие князья, кулаки и торговцы. Все началось с провокационных слухов о том, что скоро большевики начнут проводить облавы, забирать всех женщин и девушек для отправки их… в Китай. Вскоре мятеж охватил уже два района автономной области — Батапташинский и Учкульский. Дело дошло до создания крупных вооруженных отрядов по типу войсковых соединений (так был организован Кумско-Лоовский шариатский полк). Под зеленые знамена ислама встали до двух тысяч вооруженных огнестрельным и холодным оружием повстанцев[440].

К 19 марта 1930 года в районах, охваченных мятежом, были разгромлены военный лагерь, большинство аулсоветов, школа и изба-читальня. Мятежники действовали тремя основными группами, главной своей целью они ставили захват городов Микоян-Шахара (ныне Карачаевск) и Кисловодска. Осада Микоян-Шахара продолжалась три дня (с 18 по 21 марта 1930 года). Все попытки штурма были отбиты. Повстанцы неоднократно предлагали сдать город, заявляя, что, несмотря на большие жертвы, они будут продолжать осаду: «Если вы не отдадите город, мы будем продолжать борьбу, даже если мы погибнем все до одного. Нам нечего терять, наши прежние хозяйства разорены, религия поругана, мечеть закрыта, нам нечего терять»[441].

Пока шел штурм Микоян-Шахара, часть мятежников (более 400 сабель) выдвинулась в район Кисловодска. Но здесь повстанцы наткнулись на мощный заслон из войск ОГПУ и РККА, и, понеся большие потери, были вынуждены отступить к своим аулам. Туда уже были направлены из Владикавказа, Пятигорска, Грозного и Махачкалы воинские части и отряды ОГПУ. К концу дня 22 марта 1930 года в Ростов-на-Дону было доложено, что вооруженный мятеж в Карачае подавлен[442].

События, разворачивающиеся на Северном Кавказе, показали, что новый полпред ОГПУ, один из близких людей Ягоды и двоюродный племянник Ф.Э. Дзержинского Р.А. Пилляр был явно не готов к столь бурному развитию событий. В этой сложной обстановке, после более благополучной (по уровню бандитско-повстанческого движения) Белоруссии, Пилляру приходилось все больше и больше опираться на тех «северокавказцев», кто остался в регионе после отъезда Евдокимова. Об этом можно судить и по приказам ОГПУ того периода, отражающим процесс награждения отличившихся чекистов. По Северному Кавказу это в основном выходцы из «гнезда» Ефима Георгиевича.

Так, в сентябре 1930 года за успешно проведенные в округах и областях Северного Кавказа массовые операции «по ликвидации контрреволюционных бандитско-повстанческих выступлений» золотыми часами от Коллегии ОГПУ были награждены старший уполномоченный СО ПП С.В. Камфорин, помощник начальника Майкопского окротдела ОГПУ П.С. Панов, старший уполномоченный КРО Майкопского окротдела ОГПУ И.И. Сташевский, начальник СО Чеченского облотдела ОГПУ М.Г. Сербинов, уполномоченный КРО Шахтинско-Донецкого окротдела ОГПУ П.П. Даношайтис. В январе 1931 года Коллегией ОГПУ «…за успешное окончание операций по ликвидации банд Гасиева и Штульского, а также контрреволюционных выступлений в Чеченской автономной области» были награждены золотыми часами с надписью «За беспощадную борьбу с контрреволюцией» начальник КРО Владикавказского окротдела ОГПУ В.Ф. Дементьев и его помощник А.Я. Спаринский[443].

1931 год, как и предыдущий 1930-й, мало что изменил в положении дел на Северном Кавказе. Вообще этот год начался для Евдокимова крайне скверно: в ночь с 29 на 30 марта покончила с собой при невыясненных обстоятельствах Э.Я. Грундман, в лице которой он потерял верного товарища и друга[444]. Спустя три месяца из Ростова-на-Дону поступила еще одна трагическая для Евдокимова весть: в стычке с бандитами погиб его верный соратник по совместной работе на Украине и Северном Кавказе Виктор Оскарович Гофицкий.

16 июня 1931 года на территорию Ставрополя прорвалась банда Ключника. Пополняясь недовольными крестьянами и казаками, банда грабила на своем пути колхозы и убивала партийных и советских работников. Оперативная группа под руководством начальника Ставропольского оперсектора ОГПУ B.C. Гофицкого настигла банду и после ожесточенного полуторачасового боя разбила ее, уничтожив главарей и основной состав. В этом бою и погиб Гофицкий — еще один старый товарищ Евдокимова[445].

Так события позднего вечера 16 июня были изложены в приказе ОГПУ № 332 от 21 июня 1931 года, подписанном Г.Г. Ягодой. Лишь знакомство с архивными документами позволяет обрисовать истинную картину произошедшего в июне 1931 года в Ставропольском округе. Банда местного крестьянина Ивана Ключника в течение последних двух лет оперировала в Петровском и Советском районах Ставрополья. Банда была малочисленной (всего 20–25 сабель), но довольно активной и боеспособной — налеты на села и станицы, стычки с милицией следовали одни за другими. Бандиты не пытались покинуть родные места, здесь они имели массу пособников и при реальной угрозе разгрома всегда могли найти укрытие. Иван Ключник, опасаясь чекистских агентов, не принимал в банду новых бойцов, опору делал лишь на своих старых и проверенных сторонников. Все это способствовало тому, что банда Ключника слыла неуловимой.

15 июня 1931 года бандиты совершили налет на село Петровское (ныне г. Светлоград Ставропольского края). Были разгромлены почта, кооперативная лавка и сельсовет. Информация о бандитском погроме вскоре поступила в Ставропольский оперсектор ОГПУ. B.C. Гофицкий решил, используя лишь чекистов-оперативников, догнать банду по горячим следам и уничтожить ее. В район Петровского спешно выдвинулась чекистская опергруппа, которую лично возглавили Гофицкий и начальник СПО ПП ОГПУ И.Я. Ельшин. Уже на марше поступили новые данные: банда Ключника совершила налет на село Медведка и уходит на северо-восток в сторону Калмыкии. Моментально принимается решение — наиболее боеспособную часть группы направить на перехват, а Гофицкий с оставшимися сотрудниками продолжил преследование уходящих бандитов[446].

Далее произошло невероятное: двигавшийся вслед за бандой Гофицкий (а он был на автомобиле) вырвался вперед и сумел нагнать Ключника и его сторонников. Врезавшись в конную массу ключниковцев, он скомандовал: «Руки вверх, бросайте оружие, вы окружены». В ответ прозвучали выстрелы. Во вспыхнувшей перестрелке Гофицкий был смертельно ранен, ранили и шофера Б. Водяницкого. Сидевший рядом с Гофицким Ельшин успел выскочить из автомобиля и укрыться в ближайших зарослях. Тем временем к месту перестрелки подошла основные силы чекистов. Стрельба лишь усилилась. Но бандиты, пользуясь темнотой (все случилось в девять часов вечера), сумели скрыться в степи. Несколько бандитов было убито, еще несколько сдалось в плен. Отряд ОГПУ, обескураженный смертью своего командира, даже не стал преследовать отступающую банду. Позднее ее разгром довершил прибывший из Ставрополя усиленный отряд ОГПУ[447].

Все эти события (а бунты и восстания прокатились не только по Северному Кавказу, но и по Сибири, Дальнему Востоку, регионам Центральной России) происходили на фоне углубляющейся «войны за портфели» в руководстве ОГПУ. В условиях разворачивающегося кризиса в стране, ставившего под вопрос всю прочность власти, Кремлю было уже не до мелких драчек и интриг Евдокимова, Ягоды, Мессинга и Ольского. Теперь во главу угла ставился вопрос сплочения вокруг руководства страны и ужесточения репрессивной политики.

Сталин, внимательно следивший за борьбой и балансом сил в руководстве ОГПУ, не поддержал Евдокимова и других в атаке на Ягоду. Все было сделано в лучших традициях «тайн мадридского двора»: 15 июля 1931 года Евдокимова отправили в отпуск, а через десять дней грянуло постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О кадрах ОГПУ». Этим документом руководство страны провело кадровые перестановки в ведомстве Менжинского: первым заместителем председателя ОГПУ (вместо Ягоды) стал бывший заместитель наркома РКИ СССР И.А. Акулов, вторым заместителем председателя ОГПУ — Ягода, а третьим заместителем — председатель ГПУ Украины В.А. Балицкий.

Освобождались от работы в ОГПУ С.А. Мессинг и Я.К. Ольский. Евдокимова сняли с поста начальника СОУ ОГПУ и с подачи Менжинского выдвинули на должность полпреда ОГПУ по Ленинградскому ВО. На этом чистка не закончились, вскоре органы госбезопасности покинули И.А. Воронцов и Л.Н. Бельский. Этими кадровыми чистками Сталин стремился прекратить любые попытки «межклановой войны», ведущие в той или иной мере к критике руководства ОГПУ и, как результат, к его ослаблению. Комиссия Политбюро ЦК ВКП(б) (куда вошли Сталин, Каганович, Орджоникидзе, Андреев и Менжинский) подготовила обширный комментарий к решению о кадровых перестановках. В данном документе говорилось: