— донесся до меня мечтательный голос сестры. — Так уютно.
Я влетела на кухню. Агата уже налила себе сок и сейчас резала сыр и ветчину для бутербродов.
— Есть будешь? — Вопрос прозвучал так, словно это я у нее в гостях.
— Ты, кажется, воды хотела? — Подхожу ближе к сестре. — Чемоданы вернуть? Они не мои.
— Они мои. — Агата положила два бутерброда на тарелку и продолжила нарезать сыр. — Но можешь оставить себе, мне не жалко.
— Верну сейчас же. Только вещи все выложу.
— Можешь не торопиться. — Агата отвлеклась от бутербродов и стала набирать воду в чайник.
— В смысле? — Я на всякий случай обернулась. Марк пока к нам не вернулся.
— В том самом смысле. — В отличие от меня Агата была само спокойствие. — Я собираюсь пить чай.
— Тебя сюда никто не звал. За вещи спасибо, конечно, но тебе пора.
— Не тебе решать! Ты сама здесь на птичьих правах.
— Мне решать! Я живу здесь с моим молодым человеком! Ясно?!
Лицо Агаты потемнело, она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла так себе. Скорее, гримаса.
— Врешь!
За спиной, наконец, послышались шаги. Марк!
— Я тут бутерброды сделала… — Вот сейчас с улыбкой у сестры все было в порядке. — Подумала, вы, наверное, проголодались...
— Да, спасибо. Отлично. — Марк, если и был удивлен, вида не подал. — Только руки надо бы вымыть.
Чувствую, если не уйду сейчас с кухни, просто взорвусь! Да, Агата лучше подготовилась к этой встрече, чем я. Настроение резко улучшилось, когда я обнаружила вещи в спальне Марка. Он сам их туда отнес, я даже не просила. Честно говоря, с опаской открываю первый чемодан: он явно переполнен, бегунок молнии движется с трудом.
— Давай помогу! — Сильные руки отобрали у меня чемодан. — Твое?
— Ага. — Держу в руках свои светлые брюки, их словно жевали, настолько они мятые. — Даже не представляла, что так скучала по своей одежде. Но, знаешь, при этом вроде мое и не мое.
— Освобожу тебе еще две полки, хочешь?
Я не смогла ответить, просто судорожно кивнула головой и спрятала глаза, сделав вид, что рассматриваю свое шерстяное платье. Он даже не представляет, как для меня важны его слова! А я не решусь ему об этом сказать. Да к тому же пока мы не одни в доме.
— Да, тут и правда мои вещи, не все, конечно. — Я поспешно убрала в сторону пакет с бельем и колготки. — Мне нужно еще все пересмотреть, кое-чего не вижу, зато есть кроссовки и одни мои туфли.
Я сидела на полу в ворохе одежды, не очень понимая, рада ли я на самом деле этим вещам, которые мне все купил Вадим. Абсолютно все.
Марк отвлекся на телефонный звонок, а я даже была рада, что он ушел. Так, нужно сейчас все сложить в шкаф, а завтра разобрать и постирать. Сегодня у меня заниматься всем этим желания не было.
— Надо же, и правда к нему переехала, — послышался насмешливый голос Агаты. — Я тебя недооценила.
Я тебя тоже!
— Воду с соком попила? Бутерброды съела? Тебе пора домой, Агата. Я еще пересмотрю все, что ты привезла, больше, надеюсь, никаких семейных альбомов не подложила? Моего альбома с мамиными фотографиями тут нет, я смотрю.
— Марк должен был узнать, кого приютил у себя под крышей. — Она не испытывала ни капли смущения по поводу того, что так бесцеремонно влезла в мои отношения с великаном. — Великодушный какой, надо же. И ведь не выгнал!
— И обещал помочь мне с разводом, — ровным тоном отвечаю тварюге. Хотя сейчас в голове вертится и другое, куда более смачное определение. — Можешь это передать Вадику, если его увидишь.
— С чего это?
Я хотела ей напомнить, как она приперлась сюда вместе с Денисом и пыталась всучить мне мой старый мобильный, как свекровь днем оговорилась, что Агата приходила и искала моего мужа.
Вообще, у меня много чего найдется сказать сестренке, но точно не при великане.
— Ну что, пойдем перекусим? — Он появился в дверях неожиданно, тут же забрав себе все наше внимание. — Я заодно отнесу чемоданы на веранду.
— Ой, спасибо тебе, Марк! У меня руки до сих пор подрагивают от их тяжести. Но сначала давайте чай попьем.
Агата довольно упорхнула на кухню, а Марк, поймав мой несчастный взгляд, заметил:
— Если хочешь, отправлю ее домой на такси прямо сейчас.
— Не нужно, это уж совсем не по-человечески. И потом наверняка ты хочешь ее порасспрашивать об отце. Сейчас хорошая возможность.
Он молча кивнул, а я потопала на кухню, где уже гудел вскипающий чайник. Как бы мне не задымиться после этого чаепития!
— Никогда не видела своего папу. — Агата быстро мешает чай в кружке, да так, что жидкость вот-вот выльется на скатерть. — А это важно? Вера вон тоже не знает своего. Мать развелась с ним, когда я мелкой была. Знаю только, что его Андрей зовут. Я же Андреевна. Помощи никакой от него не было, он и не интересовался мной никогда.
Агата говорит все ожесточеннее, похоже, сама и не замечает этого. Ого, какие эмоции внутри.
— Тихо, тихо. — Марк осторожно забирает из ее рук кружку. — Извини, что спросил, не думал, что так…
— А почему спрашиваешь? Но мне приятно, что ты мной интересуешься, Марк. Я у мамы спрошу, хочешь? Она не очень любит об этом говорить. Ей больно: он вроде как ее предал. Она все выбросила, даже фоток не оставила.
Агата сверкнула злым взглядом, на секунду задержала его на мне, а затем снова посмотрела на Марка.
— Да я сам пока толком не знаю. — Великан обезоруживающе улыбнулся, заставив Агату покраснеть. Она сейчас походила на влюбленную девочку-подростка. Это же надо быть таким хамелеоном! — Вот ищу одного человека. Ну да ладно, это не так важно.
— Что-то мне нехорошо, — неожиданно произнесла Агата сдавленным голосом. Прерывисто задышала и, ухватившись пальцами за край стола, негромко простонала.
Марк вскочил со стула.
— Что… — Он не успел ничего добавить. Агата с грохотом упала на пол. Она была без сознания.
Глава 47 Марк
— Что… — Она падает прямо передо
