– На набережной свободно, – пробормотал водитель, увеличив изображение во встроенном экране навигатора.
– Давай под кирпич.
– Нет, – прошептал Страхов и на миг испытал ужас от того, что остановить этот летящий под сигнализацией корвет уже невозможно. Вспомнил лицо Василисы, безжизненное, бледное, холодное, ее сухие бесчувственные губы, горячую кровь под своими ладонями. Серега сказал, что она уехала куда-то. Так лучше для нее.
Они вырулили на набережную, и водитель разогнал машину за несколько секунд до сотни. После невыносимой стоячей пробки было приятно рассекать дорогу и чувствовать биение ветра о ладони. Дмитрий Рудольфович повернулся к Ярославу.
– Как тебя хоть зовут? – спросил он. – Чтобы знать, кого хоронить.
– Черт, что за урод, – фыркнул водитель, кивнул на жутко старый и грязный «КамАЗ», тихо «вытошнившийся» откуда-то из-за поворота на пустую набережную.
– Что смотришь? Страшно, да? – заметил с ухмылкой бизнесмен. Водитель в это время сдал сильно вправо, чтобы обойти «КамАЗ». Ярослав ответил на взгляд без улыбки, совершенно серьезно. Он смотрел и это мгновение показалось вечностью для Ярослава. Так всегда бывает, когда ты – единственный, кто знает, что сейчас случится.
За секунду до того, как паркетник Баренцева обогнал грузовик, из кузова «КамАЗа» на дорогу посыпались кирпичи. Маленькая неполадка в кузове. Винтик разболтался или что. Эти машины гоняют, ни черта не проверяя технику безопасности и состояние. Не в первый раз, между прочим. Сложилось же все – одно к одному. Надо же было им выпасть именно в этот момент! Такое захочешь – не сделаешь.
Водитель паркетника, никак не ожидавший этих кирпичей под своими колесами, невольно крутанул руль, уходя от столкновения. Да только скорость большая. Нет времени для маневра. Это только кажется, что все в наших руках, в то время как на самом деле мы – песчинки, летящие навстречу своей судьбе в бесконечное небытие, к звездам и непознанным вселенным, к черным дырам и параллельным пространствам.
Когда вчера Серега, Женька, Ярослав и Владимир, старый каскадер с опытом, которого хватило бы на целую киностудию, обсуждали этот сценарий, они тоже думали, что учли все.
– Вас покрутит. Я прослежу, чтобы рядом никого не было. В принципе, у него в машине девять подушек безопасности. Корпус такой, что смяться должен весь снаружи. Если уж и бить по машине, то именно по такой. Никаких проблем не будет.
– Пристегнуться надо? Если буду пристегиваться, это может вызвать подозрения, – уточнял Ярослав.
– Я бы не советовал тебе это. Мало ли, как машину перевернет. Легче будет выбраться.
– А если тачка загорится? – волновался Серега, которому это все вообще не нравилось.
– Может загореться. Тут гарантий нет, но я тут же подскочу с «тушаком», – пояснил Владимир. – А вообще, надо же понимать, что все это – безумие.
– Безумие, – согласился Ярослав. – Но иначе к нему не подобраться.
– Может, и не надо?
– Возможно, – задумчиво кивнул Страхов, но все знали, что он все равно это сделает и нет такой силы, которая могла бы его удержать. Эта сила, в любом случае, уехала в Санкт-Петербург. Вряд ли вернется в Москву. Ее здесь больше ничего не держит.
Машину закрутило. Ярослав был к этому готов. Первый удар пришелся на сторону водителя и охранника. Он скрестил руки и прикрыл голову, сконцентрировался и постарался расслабиться. Вот оно. Сейчас будет удар. Что будет, если подушки не сработают? Что, если в этой комплектации их не девять, а меньше. Не думать!
Удар сбоку, скрежет и тугое прикосновение подушки. Кто-то кричит. Они ехали очень быстро, Владимир должен был это понять. Но это сложно определить на глаз. Слишком идеальная позиция. Он вел их по датчику в амулете, слышал разговоры и мог отлично подготовить свой «коронный выход» на набережную. Другого случая могло и не подвернуться.
Но кое-чего не ожидал никто.
Сила инерции подхватила тяжелую машину и протащила дальше, чем предполагалось, ее тряхнуло о бордюр и потом, еще до того, как Ярослав успел чего-либо понять, машина выбила секцию в ограждении и рухнула в темную воду подтаявшей Москвы-реки.
Падение длилось недолго, но дух все равно захватило. Она плюхнулась на тонкие стеклоподобные куски разлетающегося в стороны льда. Секунда-другая – и машина пошла ко дну. Почему-то память воспроизвела в сознании Страхова такой же момент в фильме «Титаник». Вода очень холодная. Господи.
– Больно! – послышался чей-то крик. Ярослав дернулся и попытался определиться в пространстве. Автомобиль тонет левой, водительской стороной вниз.
– Кто жив?! – крикнул он. – Водитель?
– А-а! – простонал охранник на соседнем сиденье.
– Мы что, под водой? – Бизнесмен Баренцев едва владел голосом.
– Вы ранены?
– Я не знаю! – истерически вскрикнул тот. – Мы умираем!
– Нет. Нет. Нет. – Водитель бормотал одно и то же и не мигая смотрел на то, как толща воды закрывает от них свет.
– У нас две минуты. Что-то тяжелое есть? – Вопрос охраннику рядом. Тот посмотрел на босса. Баренцев кивнул ему.
– Дай ему «Стечкина», – бросил он, и охранник протянул Ярославу массивный черный пистолет.
– Хорошо, – пробормотал Ярослав, стаскивая с себя рубище и силясь вспомнить, что им рассказывали про подобные ситуации в институте. Ничего. Где же он это читал? Надо разбить окно. – Снимайте куртки, ботинки, все, что успеете. Возьмитесь крепко за ремни безопасности.
– Что? Зачем? – запаниковал Баренцев.
– За несколько секунд машина наполнится водой. Наберите воздух в последние доли секунды. Сколько сможете. Затем открывайте дверь. Давление выровняется. Должна открыться.
– Я не смогу! – крикнул Баренцев, и Страхов снова посмотрел ему в глаза.
– Времени нет! – твердо проговорил он. – Ты откроешь дверь, вылезешь, затем подашь руку водителю. С той стороны ему не выйти. Не паникуй. Все получится. Будешь снаружи – оттолкнись от машины и плыви что есть мочи на свет.
– Ты знаешь? Знаешь это, да? Ты видел это в своем этом видении?
– Да! – крикнул Ярослав, только чтобы придать паникующему бизнесмену сил. Он ничего не знал. Ни в чем не был уверен. Затем обмотал своей рубашкой тяжелый пистолет и со всех сил ударил в центр стекла. Дальнейшее ни в коей мере не напоминало голливудских фильмов. Осколки стекла вместе с грязной и невыразимо холодной водой влетели в салон машины под огромным давлением. Пистолет упал на пол и тут же исчез где-то там, залитый водой. Все происходило так быстро, что сознание отказывалось фиксировать события в единую цепь. Паника накрывала с головой, лишая способности соображать.
