Гнев подступил комом к горлу, а деревянная ложка в руке хрустнула пополам. Марисоль подняла на него испуганные глаза.
- Тебе нужно есть, Хейден. – стараясь не заострять внимания на случившемся, промолвила знахарка. – Скоро ночь полной луны, а это непростое время, особенно, в первый раз…
Парень поднял на неё глаза, медленно успокаиваясь. Она не причём, нет. Это только его боль, его проблема. Как говорится, сам дурак.
И он помнил, как это было. Как ломало кости и выворачивало суставы, ныла челюсть, и слюнями можно было захлебнуться, хотелось выть и убивать, но состояния беспомощнее придумать было сложнее.
- Я справлюсь. – тихо проговорил он, взяв другую ложку со стола и принявшись нехотя поглощать предложенную еду. – Спасибо.
Знахарка терпеливо ждала, когда он закончит трапезу, а потом робко подошла сзади, положив руки ему на плечи. Сразу почувствовала, как напрягались его упругие мышцы, Хейден замер, словно ожидая от неё следующего хода. И она его сделала.
Губы потянулись к сильной загорелой шее, но едва успели коснуться её, как Хейден мягко отстранился, слегка повернув голову.
- Не надо.
Марисоль отступила на шаг, но сдаваться не собиралась.
- Почему ты избегаешь меня? С той самой ночи между нами так ничего больше и не было…
Хейден резко поднялся на ноги, разворачиваясь к девушке всем телом. Его ладони легли на плечи Марисоль, губы зашептали:
- Прости меня. Я не должен был это делать с тобой, не должен был давать пустых надежд. Мне правда очень жаль, что это случилось…
- Но я сама хотела этого! – громко возразила она, мягко обнимая его ладони на своих плечах. – И ни о чём не жалею! Я люблю тебя…
- Но я тебя – нет. – попытался как можно более мягче донести до неё Хейден смысл своих слов, глядя прямо в глаза девушки. – И то, что мы теперь муж и жена по законам вашей стаи, ничего не меняет. Я не хочу обидеть тебя, но и врать не хочу.
- Ты и не врал. Я знала всё заранее. Я знала, что ты любишь её, свою сводную сестру, и я готова принять это как должное. – Марисоль тоже была честна и пусть из глаз её уже катились капельки слёз, парень чувствовал: она говорит искренне. – И я сама пошла на это, потому что знала, что смогу. Я хочу быть рядом с тобой, хочу посвятить тебе всю свою жизнь…
Её тонкие пальцы уже теребили воротник его заметно потасканной футболки, лаская кожу возле него. И Хейден вновь остановил её, осторожно убрав её руки со своей шеи.
- Прошу, не плачь. Я не достоин этого, поверь…
- Я справлюсь. – улыбнувшись сквозь слёзы, знахарка вернула ему его собственные слова, произнесённые минуту назад. – Не беспокойся за меня.
Хейден улыбнулся в ответ, делая вид, что всё в порядке.
А сердце… Сердце в тот момент подобно гранате взорвалось внутри, раня острыми осколками. Да что же это такое?! Ведь с Кэтрин так не было.
![]()
Глава двадцать четвёртая. Рука и сердце.![]()
Она шла, медленно переставляя ватные ноги – всё чудилось, что вот-вот, да и выскочит из-за куста диковинный зверь по её грешную душу, но пока было тихо. Только туман да верхушки плит древнего погоста, ничего больше не разобрать. Всюду горели свечи, да кто их здесь мог наставить, зажечь?
Что за странное место и как она здесь оказалась?
Длинное платье скользило по ступеням мраморной лестницы, и за туманом не сразу она заметила разрытую могилу, к которой привело её внутреннее чутьё, да едва в неё не пролетела. Чудом задержалась на краю. И страшно стало так, словно тянуло её туда, в эту яму, и противиться не могла – даже глаза отвести. Опустилась на колени, пригляделась…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И тут Лауру как током прострелило – из глубины могилы на неё смотрела девушка, точная её копия, такая же напуганная, как и она сама. Уж не зеркало ли?!
Но «отражение» вдруг заговорило…
- Спасайся! – умоляюще произнёс её двойник. - Ты ещё можешь!
- Но как?! Из этого леса нельзя уйти!
Внезапно земля начала проваливаться под ногами девушки, что смотрела на неё из могилы, и та стала исчезать в клубах поднятой пыли.
- Давай руку! – Лаура бросилась на колени у самого края, пытаясь помочь несчастной, но та и не собиралась спасать себя.
- Роза! Найди синюю розу! Она ключ ко всему!
Земляная воронка закружила собой эту несчастную, а Лаура, вновь поднявшись на ноги, испытала вдруг такой дикий ужас, что в ту же секунду ей захотелось бежать, спасться, куда угодно, лишь бы подальше от этого жуткого места…
***
Но ласковое прикосновение разбудило её. Гаспар сидел на самом краешке кровати, и что-то в выражении его лица заметно поменялось. Оно стало другим, не таким, как всегда, то ли горестно-мечтательным, то ли задумчиво-удивлённым.
- Прости меня, милая. Не хотел будить тебя, но не смог сдержаться.
- Ничего страшного. – Лаура потёрла заспанные глаза, отмечая, что на улице уже сияет солнце. И поднялась, чтобы сесть на кровати, рядом с месье Бертраном.
- Я был там, снаружи. – продолжил рассказывать он. – Лес почти не изменился. Ничего не изменилось. Но я боялся уйти далеко, чтобы надолго не оставлять тебя одну. И я хотел поговорить.
Девушка вся подобралась, уже зная, о чём пойдёт речь. А вернее, о ком…
- О моём сводном брате?
Гаспар кивнул.
- Я видел, как он целовал тебя. А ты отвечала ему взаимностью. Скажи, между вами что-то есть?
Он был спокоен и в то же время напряжён. Сдерживался, чтобы не дать волю эмоциям, которые, однако, то и дело вспыхивали в его синих глазах.
- Какое теперь это имеет значение? – внезапно девушка поняла, что слёзы вновь потекли из её глаз. – Ты сам видел, он женат.
- Да, на ведьме. - кивнув, подтвердил француз. – Странно, я думал, что все они вымерли…
- Той самой, что наложила проклятие на лес?! – оживилась Лаура.
- Нет. Та была многим миловиднее. Они женятся не по нашим законам, но… Сами они считают свой брак легитимным. И раз тебя уже там ничего не держит, мы могли сделать бы то же самое, Лаура…
Девушка вскинула на него испуганные и удивлённые глаза.
Француз замялся, но потом всё же продолжил.
- Я прошу твоей руки и сердца. Выходи за меня замуж! Да, я знаю, здесь нет священника, который обвенчал бы нас. Но мы можем произнести клятвы перед алтарём! Если ты согласна…
А Лаура потеряла дар речи. Согласна ли она? Да они знакомы два с половиной дня! Хоть она и думала, что по уши влюбилась в месье Бертрана, но стоило на горизонте вновь появиться её сводному брату, как все иллюзии рухнули в один миг. Она любила его, Хейдена! А он, похоже, всё это время мечтал о ней. Хотя это и не помешало ему, за тот же короткий срок, жениться на какой-то девице из леса.
- Я не знаю. – запнувшись, начала Лаура. – Гаспар, я не обещаю…
- Тсс. – остановил он её, прикоснувшись к плечам оберегающим жестом. – Не спеши. Подумай.
И легонько поцеловал обнажённую кожу плеча, закрепив невинный поцелуй улыбкой.
![]()
Глава двадцать пятая. Смерть.![]()
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Темнота была её стихией, свет слепил, уничтожал всю её суть, расплетая на тонкие нити. Но тьма возвращала всё на свои места, наполняя её энергией, силой и злостью.
Да, без неё уже ничто не представлялось возможным. Злость была её стержнем, сущностью, её всем, иначе её давно бы развоплотило на атомы, как всё сущее живое, перешедшее в разряд мёртвого.
Глава двадцать четвёртая. Рука и сердце.
