едете убивать и грабить людей. — широко улыбаясь объяснил брат. От услышанного Георгий замер, внимательно смотря на моего брата. По всей видимости, такой задачи он не ожидал.
— Серьёзно?
— Да. Там продовольственный склад и ваша задача любым способом изжить местных, после чего вывезти всякие ништяки, обеспечив это садоводство провизией. Ну, или найти иной способ прокормить нас.
— Ты же хотел бартер развернуть. Чего заднюю то дал? В бандиты потянуло?
— Вот его спроси. — брат указал на меня и Георгий перевёл взгляд, смотря с вопросом в глазах.
— Они выдвинули конские условия, что уже воняет подозрительно, а при личной встречи, подозреваю, задохнёмся в смраде. — пояснил я, вызвав у него ухмылку.
— А ты, я погляжу, ещё тот нюхач? И как тебе запахи здесь?
— … — мне хотелось ему врезать, единственное что останавливало, так это его аномальное спокойствие. Ну не может существовать человека со столь узким эмоциональным диапазоном. Или он его контролирует как прокаченный в потолок шулер. Хотя, не бывает профессиональных игроков в карты со столь внушительной фигурой.
— Вот и познакомились! — заявил брат, вмешиваясь в разговор и отвлекая на себя Георгия. — Значит теперь, слушаем сюда. Ты, теперь его швабра. — брат указал на меня пальцем. — И не нужно тут раздувать грудь. Эти двое в городе качались, среди смрада и толп биомусора, как нашего рода, так и иного. Да и вооружены они лучше… Вопросы?
— Я невинных убивать не стану. — заявил этот шкаф, стукнув краем своего щита по асфальту.
— И не понадобится, твоя задача сдержать удар, этих самых, невинных. Справишься? — я уже знал, как его можно использовать. Живой щит в команде, крайне полезный кадр. Такое подспорье всегда есть где разыграть.
— Буду решать по ситуации…
— Меня это не устраивает. — заявил я, заранее подготовив дальнейшую фразу, где этот высокоморальный хрен идёт на хер.
— Разделим задачу. — снова вмешался брат. — Вы двое, разберётесь со складскими, а после двинете к рыбакам. Сейчас наш торгаш ведёт с ними переговоры.
— Рыбаки? Эт кто?
— Не забивайте голову. Задачу поняли? В машину уже погрузили шкуру и специальные боезапасы. Никифоров в теме, сам презентацию устроит. Вы там нужны в качестве усиления, как боевики. Действуете по обстоятельствам. Собственно, все нужные инструкции у Никифорова, он штурман и вообще мозг вашей тупой шайки. — брат закончил говорить, громко втянул воздух, показывая нам палец, мол, погодите, ща продолжу, и замер, погрузившись в себя. — Сука… — произнес он, повернув голову в направлении линии зданий. — Так, выезжайте, дальше сами разберётесь, не маленькие. — с этими словами он быстрым шагом покинул нас.
— Чего это с ним? — спросила Мара, провожая его взглядом.
— Вы не в курсе его способностей? — спросил Георгий, тоже смотря моему брату в спину. — Я расскажу, но потом, в пути.
Разговор с Никифором и поверхностное ознакомление с составленным им планом прошло на ходу. Две машины, легковушка и открытый грузовик с нами в кузове. Среди товара, были только мы трое. Мара расположилась с винтовкой и смотрела вперед, а я с Георгием рядом, где он и начал рассказывать нам о моём брате.
Он, по его словам, пришлый. Его тут никто не знал и не ждал, но только его появление позволило местным поверить в себя и вступить в бой против монстров. Тогда люди боялись выйти, насмотревшись как их соседей живьём пожирают. Но пришёл он и начал убивать одного монстра за другим.
И вот вроде бы хорошее такое начало, брат стал местным героем, однако позже он превратился в тирана. Стоило местным оказаться в безопасности, они захотели свалить из садоводства. Само собой под защитой своего героя. Но он не стал им помогать, напротив, убеждал их остаться и укрепиться.
Многие были против. Люди мало что понимали и не верили, что монстры повсюду. Никто кроме брата из внешнего мира к ним не приходил в те дни, а те, кто уехал, не вернулись. Это и стало началом тирании брата. Он начал угрожать смертью всем, кто решит уехать. Его дар, крайне мощная штука. Он видит всё в огромном радиусе вокруг себя, слышит все разговоры, его не застать врасплох. А те, кто пытался его убить, умирали на месте словно их выключили.
Именно его дар и жестокость, держит всех в страхе. Они просто вынуждены слушаться его приказов, ведь по большей части тут одни семейные. Пойдёшь против, поставишь под угрозу родных.
Следующий переломный момент настал после первой же вылазки, где отряд своими глазами убедился в глобальности катастрофы. И пусть многие до сих пор не верят в это, у брата появились единомышленники, которые понимают, что лучше укрепится, чем искать помощи со стороны. Так думал и Георгий.
— А как вы про кости сообразили? — спросила Мара, хотя как по мне, это и так ясно.
— Когда стреляешь по твари, а ей похер, догадка сама посещает голову. А дальше этот чокнутый развел суету, и мы в безумном темпе пришли вот к этому. — он показал на свой щит.
Если рассматривать его костяное снаряжение вблизи, становится ясно насколько это колхозная работа. Всё сделано в буквальном смысле, на коленке. Грубая и поспешная обработка деталей, закреплено всё на проволоке и стяжках, где-то даже на обычную бечёвку. Словом, работа рукожопа.
— А отродий как давили? Где-то же вы их потрошили? — Мара задала правильный вопрос. Опять же, слишком быстро они там всё провернули.
— Я не знаю, что в башке у нашего лидера, но он будто заранее знал, что нужно делать. Крутил нами как хотел, заставляя работать под угрозой смерти сквозь пот и слезы, но результат всегда стоил усилий. Это, конечно, не оправдывает его жестокость, но думаю, действуй мы своим умом, о теплой постели можно было бы и не мечтать. Все бы разбежались и сгинули один за другим.
— К слову об этом. Что у нас со связью? — я как-то не подумал о проблемах коммуникации.
— Только Морзе. Но я его не знаю, так что забыли пока. Что важно, как вы вдвоём, собираетесь разобраться со складскими? Или думаете у них там огнестрела нет?
— Кого там действительно нет, так это снайпера. — заявил я, полностью уверенный что так оно и будет.
— Запрутся у себя, что делать будете, штурмовать?
—
