"Все равно ведь подумать надо. Дело непривычное – думать, вот в чем беда. Что такое "думать"? Думать – это значит извернуться, сфинтить, сблефовать, обвести вокруг пальца, но ведь здесь все это не годится… ‹-..›
Господи, да где же слова-то, мысли мои где? Он с размаху ударил себя полураскрытым кулаком по лицу. Ведь за всю жизнь ни одной мысли у меня не было! ‹…›
Подлость, подлость… И здесь они меня обвели, без языка оставили, гады… Шпана. Как был шпаной, так шпаной и состарился… Вот этого не должно быть! Ты слышишь? Чтобы на будущее это раз и навсегда было запрещено! Человек рожден, чтобы мыслить!"
И это не единичный случай и не случайность вообще. Научить человека думать так сложно, что общество предпочитает просто "программировать" своих членов на "правильное", то есть безопасное для себя, поведение. Любое общество на нашей исторической памяти. Вспомнить хоть Диогена, ищущего Человека среди членов общества.
Диоген не член общества и он очень недемократичен. Он не может повести за собой толпу, он не может на основании каких-то формальных признаков впустить другого в свой мир, он даже не может позволить просто подражать себе, чтобы не создать новый образец поведения – он прогоняет Александра, когда тот говорит, что хотел бы провести остаток жизни, как Диоген.
"Отойди и не загораживай мне солнца!" Отойди и не загораживай мне света! Можно было бы сказать и так, потому что любой образец, который пытается претворить в жизнь подражатель, как тень, загораживает свет Разума.
Даже если на Тропе будет много людей и они будут ощущать себя единым народом, Разум никогда не позволит нам превратиться ни в толпу, ни в секту, ни в партию. А это значит, что биологические законы, позволяющие приводить в движение большие массы людей, к Тропе не применимы. Нас никогда не будет слишком много, и все пришедшие к нам, – "товар штучный", читай – особо ценный.
Само ученичество, назовем его ростом и вызреванием, очень болезненная вещь. А ученичество будет длиться всю жизнь, даже когда мы превратимся в хороших исследователей. Это суть психологического метода Тропы. Ученик, снимающий с себя защитные оболочки Мышления, но еще не создавший инструменты Разума, чрезвычайно уязвим. Его надо оберегать, поэтому старики были очень заботливы. И нам на Тропе придется быть очень бережными, хотя и беспощадными друг к другу. Если мы не сбережем себя, не сбережем и Тропу, и Россию. Россия – это не шестая часть земли, это люди на ней живущие. Русские люди, если мы говорим о России. Жили здесь до нас и другие. Жизнь постарается смыть с лица земли этот наш с вами песчаный замок, как делала она неоднократно раньше. И тогда вы – как делалось это неоднократно раньше – восстановите его снова и снова. Но для этого вы должны почувствовать вкус Разума, хотя бы затем, чтобы было воспоминание, к которому стремиться. Это свойственно только родовитым людям – помнить свою историю, свою прародину и самого себя, даже стирая собственную память во время очищения сознания.
В этом смысле Тропа совсем не демократична, она скорее аристократична по внутреннему самоощущению. Но и это неверно, если задуматься о Мечте, правящей твоей жизнью, и о дороге, которая туда ведет. Мы так разобщены по своим желаниям и мечтам, что просто не можем быть вместе иначе как оболваненной, беснующейся и крушащей толпой. В покое мы предпочитаем забиваться в свои личные норки, в свои убежища. Человека, не работающего над собой, не очищающего своего сознания старики называли сумасшедшим покойником. Он либо крушит все вокруг в яростной ненависти, либо ищет покоя, то есть хочет упокоиться еще при жизни. Только пребывая в Разуме, мы можем сделать жизнь полноценной и определиться со своими, с собственными желаниями, а не с теми, что внесены в нас извне.
Это начальный этап чистки или психологической работы над самим собой – создать из себя, условно говоря, инструмент психологического исследования. На мой взгляд, в принципе не допустимо вести психологическое исследование, пока ты не владеешь собой, своими органами восприятия, мышлением и Разумом. Пока ты, по сути, не в себе, то есть ''ушедший с ума" в каком-то смысле. А ведь наука делается в основном как раз людьми, ощущающими охоту ее делать, значит, ощущающими, что им именно этого и не достает. Психология как наука делалась подвигами именно тех и только тех, кто осознал себя ушедшим с ума и хотел вернуть собственную цельность. Остальные только паразитировали на их открытиях.
Второй этап – попытаться понять, что же является твоей настоящей мечтой и создать образ ее достижения. Он возможен только после того, как ты освободишься от всех детских нереализованных желаний, которые считаешь своими мечтами. Скажем, наесться мороженого, не ходить в школу, купить платье, как у Таньки из старшей группы, отомстить всем, кто тебя недооценил и так далее, и тому подобное…
А как только ты поймешь, что твоя настоящая и давно задавленная как недостижимая Мечта очень и очень велика, ты поймешь и то, что для ее достижения тебе нужны соратники, знания, возможности и место, где этим заниматься, пока не наберешь силы, чтобы сделать последние шаги в одиночестве. Вот это и есть Тропа для тех, кому она подходит. Да, последние три шага за свой предел ты сделаешь один. Даже если рядом с тобой будет дружина, эти шаги ты все-таки сделаешь один. Это твой подвиг. Но до предела еще нужно добраться, дойти.
Говорят, что раньше, в век золотой, это было просто… Но мы живем в том мире, в котором живем!
Ты удаленькой дородний добрый молодец,Ай ты славныя богатырь святорусьскии!Прямоезжая дорожка заколодела,Заколодела дорожка, замуравела,А и по той ли по дорожке прямоезжоюДа и пехотою никто да не прохаживал,На добром коне да не проезживал:Как у той ли-то у грязи-то у Черноей,Да у той ли у березы у покляпыя,Да у той ли речки у Смородины.У того креста у Леванидова,Сиди Соловей разбойник во сыром дубу,Сиди Соловей разбойникОдихмантьев сын,А то свищет Соловей да по соловьему,Ён крычит злодей разбойник по звериномуИ от него ли-то от посвисту соловьяго,И от него ли-то от покрыку зверинаго,То все травушки муравы уплетаются,Все лазуревы цветочки отсыпаются,Темны лесушки к земли вси приклоняются,А что есть людей, то вси мертвы лежат.Прямоезжею дороженькой пятьсот есть верст,А и окольноёй дорожкой цела тысяща.
Литература
1. Апресян Ю. Д. Избранные труды. – Т. II. Интегральное описание языка и системная лексикография. – М.: Школа "Языки русской культуры", 1995.
2. Зеленин Д. К. Великорусские народные присловья как материал для этнографии // Избранные труды. Статьи по духовной культуре 1901-1913. – М.: Индрик, 1994.
3. Слово о полку Игореве: Древнерусский текст и переводы / Сост., вступ. статья, подготовка древнерусского текста и коммент. В. И. Стеллецкого. – М.: Сов. Россия, 1981.
4. Грачев М. А. Язык из мрака: блатная музыка и феня. Словарь. – Нижний Новгород; Издательство "Флокс", 1992. – С. 9.
5. Налепин А. Л. Н. Е. Ончуков и русская школа фольклорных экспедиций // Русский фольклор. Т. XXVIII. Эпические традиции. Материалы и исследования. – СПб.: Наука 1995. – С. 82.
6. Быт великорусских крестьян-землепашцев. Описание материалов этнографического бюро князя В. Н. Тенишева / Авторы составители: Б. М. Фирсов, И. Г. Киселева. – СПб.: Издательство Европейского дома, 1993. – С. 115.
7. Повесть временных лет. – СПб.: Наука, 1996. – С. 8.
8. Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах и т.п. Материалы собранные и приведенные в порядок П. В. Шейном. – Т. I. – Вып. 1. – СПб.: Издание императорской академии наук, 1898.
9. Голубиная книга: русские народные духовные стихи XI-XIX вв. / Сост., вступ. статья, примеч. Л. Ф. Солощенко, Ю.С. Прокошина. – М.: Моск. рабочий, 1991. – С. 19.
10. Федотов Г. Стихи духовные. (Русская народная вера по духовным стихам). – М.: Прогресс, Гнозис, 1991. – С. 125.
11. Клибанов А. И. Народная социальная утопия в России: Период феодализма. – М.: 1977. – С. 10-11. – Цит. по №4.
12. Мудрость народная. Жизнь человека в русском фольклоре. Вып. I. Младенчество; Детство/Сост. В. Аникин. – М.: Худож. лит., 1991.
13. Цивьян Т. В. Отгадка в загадке: разгадка загадки? // Исследования в области балто-славянской духовной культуры. Загадка как текст. 1. – М.: Индрик. 1994. – С. 187.
14. Догиновский К. Д. О быте казаков Восточного Забайкалья // Живая сирина. – СПб.: 1902. – Вып. II. – С. 190.
15. Собрание разных песен М. Д. Чулкова. Части I, II и III с прибавлением. – СПб.: 1913.
16. Маковский М. М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках: Образ мира и миры образов. -• М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1996. – С. 15.
