– Давай, Пчелка, мои пальцы уже там бывали. Расслабься для меня. Расслабься…
По телу пронеслась волна огненной дрожи. Я чудом усмирила порыв и осталась лежать, позволила неге вновь заполнить каждую клеточку тела.
– Моя девочка. Моя жаркая Пчелка…
Его палец начал двигаться интенсивнее, на миг выскользнул полностью. Я не успела ахнуть, как к нему присоединился второй и движение вышло острее. Я получила неожиданно острый разряд удовольствия от этого и заскулила, ерзая.
– Хорошо?
– Очень…
– Продолжать? – спросил он, не переставая двигаться ни на секунду.
– Не останавливайся, – сдалась я, вновь принимая его поцелуй, ставший более жарким.
Одновременно с этим толчки его пальцев начали зажигать интенсивнее, задевать стенки сокровенного места, разносить острые искры.
– Теперь подними ноги.
– Что?
– Сожми их в коленях и пристрой по обе стороны от груди…
– Якуб! – покраснела. – Это так…
– Откровенно. Открыто. Целовать тебя смогу! – усмехнулся, послав мне жгучий, полный желания взгляд. – Давай, Пчелка… Хочешь же, чтобы я тебя целовал. Полный доступ будет… Я так хочу. Доверься… Ну же… Без этого все слова теряют вес. Все намерения в пыль…
И я сдалась. Якуб приподнял мои ноги.
– Обхвати колени и держи! – попросил он, снова занявшись моей попкой.
Ощущения усилились, стали острее.
Стоны участились, с моей стороны полился поток бессвязных и жарких:
– Ох… Ах… Аммм… Уууу… Яку-у-у-уб!
– Горячая девочка, очень горячая… Ты готова, Пчелка. Не бойся. Но ты для меня готова, а я больше не могу ждать.
Якуб дотянулся до тюбика и щедро мазнул еще немного смазки на мою попку и щедро полил свой член, размазав пальцами от конца до основания, полностью измазался, испачкался и наклонился надо мной.
На висках обозначились крупные вены, капельки пота сорвались вниз, на мою кожу.
– Мне стоит больших трудов сдерживаться, – признался он. – Перед глазами стоит, какая ты открытая… Доверяешь? – уточнил еще раз.
– Да, – кивнула, ответив едва слышно.
Он замер, прикусив губу.
Я потрясенно разглядывала его лицо с крупными линиями, теряясь в глазах, выныривая из этих омутов лишь для того, чтобы полюбоваться на полные, красноватые губы.
Якуб тяжело, но скупо выдохнул, приблизившись. Возникло ощущение тугого давления на узкий вход. Возникло жжение. Захотелось убежать. Я заставила себя придержать панику.
– Расслабься.
– Ты большой, – выдала с испугом.
– Как раз для тебя, – на миг прикрыл глаза. – Поверь.
Я заставила себя дышать спокойнее, потому что казалось, что от частых вдохов теснота и жжение острыми всполохами проникали всюду.
Вдох-выдох…
Якуб продолжал давить, усиливая ощущение тесноты.
– Ты…
– Я уже вхожу, Пчел… Потерпи немного, привыкнешь? – то ли спросил, то ли попросил Якуб.
– Да?
– Да.
Еще несколько затяжных, томительных мгновений, пока наши тела совсем не спаялись. Я даже боялась дышать: такой тугой, большой, плотный. Ощущение близости ошарашило.
– На максимум, Пчелка. Ты мой максимум, выше не прыгнешь. Больше ничего не надо, – сорвалось с губ Якуба.
Это признание сокрушило меня, окончательно уничтожило последние зашоренные барьеры в моей голове, где-то внутри подорвали склад предубеждений. Ничего не осталось.
Ничего, кроме сокрушающего желания дойти до грани и понять, где находится мой максимум. Понять и пройти этот пусть вместе с ним, только с ним – и никак иначе!
– Якуб…
– Да.
Его бедра совершили первый толчок, создав ощущение огненного виража в глубине.
Я невольно сжалась, Якуб выдохнул и застонал, впился взглядом в мое лицо.
– Ты охеренно тугая и вкусная…
Взгляд Якуба пронесся по всему телу: от моих губ, выпускающих шумное дыхание, до нижних распахнутых губок. Я точно была мокрой, и Якубу это нравилось.
Он начал плавно двигаться: выходить и входить, пробуя, ликуя от доступности: и взглядом, и каждым размеренным толчком. Его совершенное тело лоснилось от пота, мышцы сокращались, гипнотизируя зрелищем.
Так туго и тесно, плотно!..
Я начала стонать его имя, продолжая держать колени под мышками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Моя… Как же в тебе хорошо! – признался Якуб, наклонился и начал целовать, лизать, сосать, покусывать мои губы, мой рот, даже щеки и подбородок. – Я бы тебя съел. Просто съел без остатка!
Тело пронзило дрожью и частыми сжатиями. Я начала содрогаться там, внизу, где он ходил во мне, набирая скорость.
– Я буду чаще двигаться. Отрывистее… Терпения не хватает. Опустишь ручку? – предложил Якуб, сам придерживая мою левую ногу.
Ни на миг не прекратил своих порочных движений, острых толчков.
Я уже распалась на частички от острых ощущений, от жаркой тесноты и пошляцких звуков, с которыми его член ходил во мне.
Тугие шлепки.
Влажные.
Мои громкие стоны с криками и его стоны.
– Якуб! Я хочу… – захныкала, чувствуя, как он быстро толкает меня к грани.
– Уже?
– Очень хочу.
– Я тоже. Тоже хочу подвигаться в отрыв! – простонал, на миг прижавшись к моему лбу. – Ты как? Готова? Готова дать свою попку на максимум.
– Да.
Он жарко поцеловал меня, глубоко и властно вонзаясь языком.
По телу сдетонировали снаряды, полные чего-то запрещенного, но взрывающегося оглушительно громко и ярко. Так я ощутила, когда Якуб начал двигаться жестко, быстро, выходя и врываясь в меня почти на всю длину.
Остро. Так остро. Так… Непередаваемо, на грани разрывного удовольствия.
Я облизала пальцы и опустила их на клитор, хотя могла бы просто собрать собственную влагу, обильно вытекающую из моего тела.
Пальцы быстро нащупали узелок плоти, отозвавшуюся мгновенно. Я начала тереть его, активно, подстраиваясь под безумный ритм, заданный Якубом. На миг возникло ощущение, что я не выдержу эту безумную гонку, устроенную из желания прийти к финишу, но потом ощутила, как внутри нарастают девятым валом ощущения.
– Якуб!
– Моя… Трахаю тебя всюду! Моя… – рыкнул перед тем, как ускориться на максимум, и у меня не хватило сил даже стонать.
Я просто лежала с распахнутым ртом и вбирала в себя его жесткие, быстрые толчки. Боже… Боже… Я…
Тело мгновенно разрядилось, словно разорвалось на миллионы частиц, каждая из которых была заряжен ослепительным оргазмом. Сердце, даже душа начали гореть, сиять, расширяться, снова гореть и фонтанировать удовольствием.
Он кончил в меня, плеснув обжигающе. Я продолжала дрожать, а он все перекачивал в меня свое семя, потом рухнул сверху, опустил дрожащие ноги и обнял, замерев.
Якуб прижался к моему лбу, дыша. Я обняла его за шею, с трудом, превозмогая ленцу поднять руки. Но когда обняла, ощутила, как мы сплетались, проникая друг в друга целиком, смешиваясь, размывая все-все границы. Больше не было различий, где мое тело, а где его, мы даже дышали синхронно.
Наконец, Якуб приподнялся, посмотрел на меня.
– В душ?
Я не успела ответить.
Он считал мои мысли и желания, прежде, чем я их оформила до конца внутри своей головы.
– Нет, лучше в ванну. Теплую, большую ванну.
– Ты со мной?
– Другого и не предвидится!
* * *
Якуб вынул из меня член, я ощутила, как следом вытекало его семя, покраснела: наверное, зрелище просто побило все рекорды, но Якуб разглядывал меня и любовался обжигающе, яро любовался мной.
– Мы напарили. Запущу свежего воздуха немного!
Якуб он набросил на меня тонкую простыню и открыл окно, ушел в ванную, чтобы набрать воды.
Я просто лежала, меня словно кружило на карусели. Тело продолжало гореть, в особенности там, где еще не было секса ни разу до сегодняшнего дня.
Только сейчас я поняла, какой порочный беспредел мы устроили днем, при ярком свете, совершенно забыв о стыде, о границах, бесчинствуя, наслаждаясь.
– Готово, ванна набирается.
Якуб вернулся обнаженным, ничуть не стесняясь своего тела, а я принялась разглядывать его словно впервые, наслаждаясь открыто этим мужчиной.
