— В принципе, — сказала я, — многофункциональным талисманом можно выполнить любое волшебство, причём работать им сможет и нулевик. Но тогда устройство волшебной палочки должно быть настолько сложным, что лишь управлять таким прибором надо будет учиться не меньше семи лет. А потом ещё придётся потратить минимум два с половиной года на обучение собственно волшебству.
— Всё так и есть, командор, — ответил Роберт. — Сначала дети семь лет учатся в школе, затем пять в университете. Не все, конечно, а только те, кто хорошо научился управлять палочкой. Дальше всё как обычно — ранговые экзамены, звания и должности. Затем волшебники, достигшие кудесничьего уровня мастерства, обучаются высшему волшебству — работе с первоосновами и Хаосом.
— Но ведь вампиры… — начала было я.
— Мы — другие! — яростно и грубо оборвал меня Роберт. — Наше познание волшебства начинается с прикосновения к Хаосу. Посвящения первоосновам в общинах нет, поэтому мы не могли пользоваться ими в той мере, как троедворские волшебники, но очень быстро научились всему необходимому. И даже больше того.
— Знаю, Роберт, — как могла спокойно и мягко сказала я. — Не нужно на меня кричать. В магических талантах вампиров я никогда не сомневалась. Проверьте это ментозондом. — Я сняла оберег, убрала в сумочку.
Роберт глянул на меня с испугом, виновато опустил голову.
— Нет, — быстро сказал он. — Простите меня.
Голос у него заметно дрогнул, губы побледнели.
— Многофункциональный талисман — опасная вещь, — сказала Ниола, разрядив своим замечанием ситуацию. — Можно на полсвиста без рук остаться. Я бы ни одного ребёнка и близко к такому прибору не подпустила. Да и взрослого тоже.
— Вовсе нет, Наитуманнейшая, — ответил Роберт. — Волшебная палочка совершенно безопасна. При работе с волшеопорником риск несоизмеримо выше. Если вы попробуете вытянуть на нём слишком сложное для вашего уровня волшебство, то поток магии разорвёт опорник, а это минимум серьёзная травма, если не мгновенная смерть без надежды на озомбачку. С палочкой всё окончится всего лишь маленьким фейерверком негорючих искр.
Я прикоснулась к своему нулевичному волшеопорнику. Попытка работать с колдунским дала крепкий электрошок.
— Зато у них очень маленькая скорость волшебства, — утешил меня Роберт. — Пока лагвян Грюнштайн выставит щит, любой наш колдун успеет убить его раза четыре. В Альянсе никогда не возникало необходимости в сверхскоростях и мгновенной трансформации одного заклинания или заклятия в совершенно другое, как делают у нас, чтобы обмануть или опередить противника. Боевое волшебство у них слабенькое, зато превосходно развито бытовое, которого в Троедворье вообще нет.
— И на фига оно тут спёрлось? — зло буркнула Ниола. — Только магию зря тратить. Техника и дешевле, и надёжнее.
— Да, Наитуманнейшая, — неуверенно ответил Роберт. — Наверное, вы правы. Я слишком давно не пользовался никаким из бытовых волшебств, чтобы спорить.
То, что Ниола бытовым волшебством не пользовалась вообще никогда, в расчёт не принималось.
— Если бы ни эта глупейшая разобщённость, — сказала я, — Троедворье могло бы закупать в Лиге и Альянсе бытовые талисманы с готовым магическим зарядом. Они там стоят дёшево, зато очень дорого ценятся шкуры упырей троедворской выделки. За последние месяцы эти дряни так порасплодились, что уже и к резиденциям с голодухи подходить не боятся.
Ниола хмыкнула.
— Идея, Хорса Витальевна, замечательная. Поскольку вы командор Совета Равновесия, я официально прошу вас обсудить её с послом Альянса. Заодно подумайте, где людей брать для охоты и кожевенных дел. Не знаю, как Пресветлый со Всетемнейшим, но у меня жёсткая нехватка кадров для боевых операций и служб обеспечения первого, то есть самого жизненно необходимого, уровня. Про второй и третий я вообще молчу.
— Альянс и предлагает новых людей, — ответила я.
— Пусть предстоятель засунет таких людей себе в… — Ниола еле удержала бранное слово. — У меня нет ни времени, ни желания обучать их пользоваться унитазом и холодильником. Нина, ты главное пойми — в потайницах глухое средневековье, а в нычках вообще заря Новой эры. Ты же видела посла! Видела мидовскую охрану — Д’Артаньяны недосдохшие. И там все такие — не знают каким концом штепсель в розетку засовывать. Люцин не зря твердил предстоятелю, что посол должен уметь жить на основице. А прислали такое чучело, что смотреть тягостно.
Я неуверенно пожала плечом. Машины въехали на служебный двор «Кубка».
* * *
Жить на основице Грюнштайн действительно умеет. И волшебник, не смотря на свою дурацкую палочку, толковый. Но соединить магический и технический миры в единое целое у него не получается. В Троедворье он уже неделю, но до сих пор теряется, когда видит эльфов за компьютером или волшебную противоугонку на машине.
Вот и сейчас он с некоторым испугом посматривает на домового, вразумляющего по телефону бестолковое чадо, которое никак не может освоить алгебраическую формулу, потому что лень внимательно прочитать учебник.
Одет посол в элегантный зеленовато-серый офисный костюм, классические ботинки в тон, волосы стянуты в хвостик, палочка спрятана во внутренний карман, так что вид у Грюнштайна вполне приличный, можно выводить в люди.
— Нина Витальевна, — сказал он, — вы обещали показать мне Шамбалу.
— Сейчас поедем, — я протянула послу российский паспорт с его фотографией и билет на самолёт.
Посол глянул на него с опаской.
— В каком смысле «поедем»? — не понял он.
— В транспортном. До аэропорта на машине, дальше самолётом, из ташкентского аэропорта в город опять на машине. Вы когда-нибудь на самолёте летали?
— Да.
— Вот и отлично. — Я позвонила в гараж, сказала, чтобы подавали машину. Роберт поднялся со своего кресла в углу кабинета, встал у двери.
— По преданиям, — сказал Грюнштайн, — Шамбала расположена в горной долине к северу от реки Сырдарьи.
— Если ехать из Дели, — ответила я, — или из Пекина, так и есть.
Добраться до Шамбалы нетрудно, из Камнедельска в Ташкент и обратно прямые авиарейсы четыре раза в сутки, но послу такая доступность легендарной потайницы показалась обидной. Он стал похож на маленького ребёнка, который узнал в Деде Морозе и Снегурочке актёров.
Погода паршивая, но рейсы пока не отменили, до Ташкента мы долетели без задержек. В Камнедельске злая февральская метель швыряет снег в лицо, а здесь уже весна — на деревьях появились крохотные листочки, показалась первая травка, так что я отпустила машину — послу захотелось пройтись пешком, посмотреть город. Теперь можно и в Шамбалу. Мы с Робертом показали Грюнштайну нужную улицу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
