Я начал плакать и вопить одновременно. «Это из-за твоей толстой свиньи», — сказал я ему, направляясь к секретарше. «Я доверял ей, потому что ты доверял ей. Из-за этой идиотки все съемки пропали».
И вот теперь она, все еще работая на Western Visuals, поворачивается ко мне спиной. «Что ты здесь делаешь?» — спросила она меня очень холодно.
«Слушай», — ответил я, — «это не твое дело. В последний раз, когда ты привлекалась к делу, ты все испортила».
Она настаивала, чтобы я сообщил, почему я здесь. Я объяснил, что Джерри Т. все еще должен мне деньги за последние съемки.
«Он сказал, что не собирается тебе платить», — сказала она.
«Я только что разговаривал с ним по телефону и он сказал, что заплатит». Я видел, как ей не понравилось, что я действовал через ее голову.
На сцене снова появился Эллиот, бормоча что-то о том, как я не люблю его. В его голосе было что-то искреннее и я воззвал к его состраданию, на этот раза в шутливой форме.
«Я буду любить вас больше, если вы отдадите мне то, что должны».
С хитрой улыбкой Эллиот сказал: «Эй, а как же твой полет в Чикаго? Ты должен нам 81 бакс».
Я завелся: «Если бы я был одной из ваших звездных женщин, вы не стали бы так суетиться. Конечно, мне наверное надо было подлизаться. И что такое 81 бакс? Когда вы проворачиваете многомиллионные сделки. Твои дерьмовые штаны стоят дороже этого чертова билета на самолет. А как насчет всего остального, что я для вас сделал?»
«Посмотри, как много любезностей мы оказали тебе», — отпарировал Эллиот.
С этой минуты я озверел. «Любезность?!» — взревел я. «Вы оказали мне любезность, наняв меня!? Я может быть прямо сейчас умираю от СПИДа. Что твои ребята делают, чтобы защитить нас от СПИДа!?»
У меня много дерьма накопилось от Эллиота за долгие годы, но я больше не собирался сносить эти враки. Я мог видеть, что Эллиот испугался. Еще одни парень вошел в комнату и попытался меня успокоить. «Не беспокойся об авиабилете», — сказал Марк. «Я позабочусь об этом».
«Мне не надо твоих денег», — отрезал я. — «Я просто хочу, чтобы меня уважали».
Я не почувствовал себя героем, громя весь офис и вытрясая душу из бедного Эллиота. Но после всех этих лет, я просто должен был постоять за свои права. Если бы Джерри Т. отвел бы меня в сторону и обсудил бы со мной все это по человечески, эти проблемы не возникли бы.
«Я очень разочаровался в тебе», — сказал он, появившись позже.
Он во мне разочаровался! Этот парень ни о чем не думает, нанимая молоденьких девчонок, обращаясь с актерами, как с животными и снимая незащищенный анальный секс.
Я никогда не забуду то, что случилось во время съемок фильма «Нимфетка» (Nymghette). Рон Джереми трахал Карину Коллинс сзади и таранил ее действительно глубоко. Карина — очень хрупкая женщина и я видел выражение боли у нее на лице. Она потеряла сознание и согнулась пополам. Вместо того, чтобы немедленно отвезти ее в больницу, Джерри Т. только сказал: «Она в порядке. Просто дайте ей аспирин». Возможно, у Карины были месячные, но могу поклясться, что это было анальное кровотечение. Прежде чем она успела рассердиться, они заставили ее почувствовать себя героиней, получившей боевое ранение. Джерри убедил ее не только закончить сцену, но он заставил Карину сразу же, как только она закончила свою сцену, принять участие в следующей сцене со мной и еще одной женщиной. Меня ожидало занятие любовью с женщиной, которая корчилась от боли. Я постарался быть с ней как можно нежнее, но это не могло компенсировать того, что только что произошло у нее с Роном. И этот Джерри Т. еще и разочаровался во мне!
Глава двадцать четвертая. Появляются вопросы
Куда бы я ни пошел, люди меня везде узнают. Еще до того, как это высказано вслух, я могу определить это по их лицам. Сначала появляется смущенная ухмылка. Потом я представляю, как у них в голове проносится безумный разговор с самим собой: «Это он… тот парень из порно! Забыл его имя… я не собираюсь смотреть на него… но смотрю… клянусь, больше не посмотрю… я как раз видел его на видео вчера вечером… Дерьмо, я опять смотрю!»
Я создаю опосредованные острые ощущения в их жизнях. И если они не очень застенчивы, то потом обычно следует море вопросов. Они хотят знать все о бизнесе производства фильмов для взрослых — как, когда и почему. Особенно почему.
Я думаю, что бизнес проходит диетическую фазу, на самом деле, даже серьезную анорексическую. Я точно не знаю, куда он хочет идти, так как все просто хотят делать деньги. Производство видеофильмов изменило сроки съемок, так как видеопленки не надо было посылать в лабораторию для доработки. Это ускорило процесс. Конечно, видео сделало меня более популярным актером. Я работал чаще, но это не приносило мне столько же денег, как раньше.
Компании больше не могут позволить себе делать большие фильмы. Видео съемки сделали возможным для небольших компаний, вроде Video-X-Pix осуществлять производство фильмов с бюджетом 15 000 долларов. Они снижают цены на свою продукцию, и предлагают ее покупателям по очень дешевой цене. Еще несколько лет назад, пленки порнофильмов стоили от 38 до 47 долларов за пленку. Теперь, похоже, видеоистории предпочтительно будут покупаться за 20–25 долларов, независимо от качества. Эти дешевки обычно оказывается снятыми за 1–2 дня или даже меньше, и чаще всего они паршивые. Но все же в них есть секс, а это единственное, что имеет значение для некоторых съемщиков. Люди вроде Рона Джереми (который также работает режиссером в настоящее время) забывают о качестве и просто выдают небылицы. Некоторые люди чувствуют себя обманутыми подобной халтурой, но, полагаю, они в меньшинстве, потому что остальные зрители хотят горячего секса и они его получают. Большинство этих дешевок не больше, чем просто пленка со звуком: нет ни сюжета, ни характеров, ни драмы, просто два обнаженных тела хлопаются друг о друга.
Так как отснято слишком много видео роликов, то и множество дел ожидают рассмотрения в суде по обвинению видеокомпаний в так называемом «сводничестве». Что же такое сводничество? Это парадокс. Законы штатов запрещают производить откровенное порно с половым актом. Это то же самое, когда женщина танцует на помосте. Она может даже обнажить грудь (если это разрешено в данном штате, законы разных штатов имеют отличия), но если она засунет что-нибудь в любое отверстие, она совершает преступление. Согласно новым законам в Лос-Анджелесе (которые меняются почти каждый день), нельзя снимать порно, потому что порно — это то же самое, что и проституция — людям платят за демонстрацию секса. И это оригинальное обвинение в сводничестве было создано для того, чтобы арестовывать проституток, а не людей, снимающих эротические фильмы. Однако, если вас поймают с пленками (улика), на съемочной площадке (еще улика), а закон знает, что получены деньги с рук на руки, они считают, что это — проституция.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
