«Жителям Морганвилля и окрестностей: штормовое предупреждение сохраняется до семи часов сегодняшнего утра. Существует серьезная угроза сильного, порывистого ветра и наводнения. Спасательные отряды направляются к ратуше, частично разрушенной штормом наряду с некоторыми складами, заброшенными строениями и одним зданием на площади Основателя. Поступают многочисленные рапорты о пострадавших. Просим сохранять спокойствие. Спасательные отряды работают по всему городу, разыскивая всех, кому требуется помощь. Оставайтесь там, где вы сейчас, не пытайтесь самостоятельно выходить на улицы».
Дальше шло повторение. Хмурая Ева посмотрела на Мирнина.
— О чем они умалчивают?
— Могу лишь предположить, что настойчивый призыв к людям оставаться в своих домах означает наличие других, гораздо более безотлагательных проблем, — На мгновение его взгляд устремился куда-то вдаль, — Там же ничего.
Ева подумала, что ослышалась.
— Что?
— Там же ничего, Карло.
Мирнин снова начал бормотать всякую бессмыслицу. Это всегда было предвестником того, что лекарство перестает действовать, правда, сейчас это происходило быстрее, чем ожидала Клер, и ей это совсем не понравилось.
Ева бросила на Клер встревоженный взгляд.
— Что-то я ни черта не понимаю...
Клер положила руку на плечо Евы, давая понять, что выспрашивать больше не стоит.
— Может, посмотришь, как там миссис Моррелл? И ты тоже иди с ней, Шейн.
Он нахмурился, но не стал спорить и на ходу бросил многозначительный взгляд на Майкла, сидящего рядом с Ричардом. Тот тоже поднялся и последовал за ними.
— Мирнин, выслушайте меня, ладно? — заговорила Клер. — Думаю, действие препарата заканчивается.
— Я в полном порядке! — Его возбуждение нарастало — лицо слегка покраснело, глаза блестели, — Ты беспокоишься о ноутбуке.
Не имело смысла указывать ему на признаки спутанности сознания; он никогда не мог распознать их.
— Нужно проверить тюрьму, — сказала она. — Посмотреть, все ли там в порядке.
Мирнин улыбнулся.
— Хочешь обмануть меня, — В его глазах клубился бездонный мрак, в улыбке проглядывало безумие. — Ох, девочка, ты понятия не имеешь, каково это — толпы гостей здесь, и вся эта...— он сделал глубокий вдох, — вся эта кровь. — Его взгляд сосредоточился на ее горле с наложенной Тео повязкой, под которой скрывался след от укуса Франко, — Я знаю, она там, эта отметина. Скажи, Франко...
— Прекратите! — Клер сжала пальцы с такой силой, что ногти вонзились в ладонь. Мирнин сделал шаг к ней, но она заставила себя не дрогнуть. Она знала его, знала, чем притягивает, — Вы не причините мне вреда. Я нужна вам.
— Правда? Ну да, нужна. Яркая, такая яркая. Я ощущаю твою энергию. Знаю, что почувствую, когда...— Он несколько раз мигнул, лицо его исказилось от ужаса, — Что я сказал, Клер? Что я секунду назад сказал?
Она была не в силах повторить его слова.
— Ничего. Не волнуйтесь. Но, думаю, вам лучше отправиться в камеру. Пожалуйста.
Сейчас он выглядел опустошенным. Наверно, это была худшая составляющая болезни — быстрая смена настроения. Он старался держаться, очень старался, и у него получалось, до какого-то момента — однако вряд ли это продлится долго. Прямо у нее на глазах он разваливался на части.
Опять.
Майкл подтолкнул его к порталу.
— Пошли. Клер, ты сможешь открыть портал?
— Если он не будет мешать мне, — нервно ответила она. Припомнилось, как однажды его паранойя взяла верх, и каждый раз, когда она пыталась открыть портал, он захлопывал его, уверенный, что по ту сторону ожидает кто-то, жаждущий его уничтожить. — Жаль, что у нас нет транквилизаторов.
— Да, их нет, — сказал Мирнин, — И ты знаешь, я терпеть не могу твои уколы. Я буду вести себя хорошо и без них. — Он засмеялся. — В основном.
Клер открыла портал, однако за ним не было ясно обозначенного выхода в тюрьму; и Клер почувствовала, что он смещается.
— Мирнин, прекратите!
Он театральным жестом развел руками.
— Я тут ни при чем.
Она попыталась еще раз. Соединение снова начало смещаться, и не успела Клер выправить его, чтобы попасть туда, куда собиралась, возникли очертания совершенно другого места.
Из портала практически вывалился Тео Голдмен.
— Тео! — Мирнин подхватил его, забыв о своем раздражении, по крайней мере на данный момент, и усадил, прислонив к стене, — Ты ранен?
— Нет, нет, нет...— Тео тяжело дышал, хотя и не нуждался в воздухе; ну, в том смысле, как обычные люди. Это была чисто эмоциональная реакция, — Пожалуйста, ты должен помочь! Умоляю! Спаси мою семью, пожалуйста...
Мирнин присел на корточки и заглянул ему в глаза.
— Что произошло?
Слезы хлынули по доброму, морщинистому лицу Тео.
— Бишоп. Бишоп захватил мою семью. Говорит, если не получит Амелию и книгу, убьет их всех.
14
Тео, конечно, пришел не прямо из кафе «Встреча»; Бишоп привел его к одному из открытых порталов — Тео не знал к которому — и заставил пройти через него.
— Нет! — Он вскинул руку, останавливая Майкла, сделавшего шаг к нему. — Нет, не ты. Ему нужны только Амелия и книга, а я не хочу, чтобы и дальше проливалась невинная кровь, ни твоя, ни моя. Пожалуйста, Мирнин. Знаю, ты можешь найти и привести ее. Это не наша схватка. Это семейное дело: отец и дочь. Поставить точку могут только они сами, встретившись лицом к лицу.
Мирнин вперил в него долгий взгляд.
— Ты хочешь, чтобы я предал Амелию, привел ее к отцу?
— Нет-нет, я прошу не об этом. Просто... Просто расскажи ей, какова будет цена. Амелия сама придет. Знаю — она придет.
— Она не придет, — сказал Мирнин. — Я этого не допущу.
Тео разрыдался, и Клер прикусила губу.
— Неужели вы не можете помочь ему? — спросила она. — Должен быть способ!
— О, конечно, — ответил Мирнин. — Конечно, он есть. Но тебе он придется не по душе, малышка Клер. Он грязный и нелегкий. И он снова потребует от тебя огромного мужества.
— Я готова!
— Нет! — практически одновременно воскликнули Шейн и Майкл. — Ты едва на ногах стоишь, Клер, — продолжил Шейн. — И никуда не пойдешь. По крайней мере, без меня.
— И без меня, — добавил Майкл.
— Черт! Видимо, это означает, что я тоже иду, — сказала Ева. — Чего никогда тебе не прощу, даже если не умру ужасной смертью.
Мирнин скользнул взглядом по их лицам.
— Да, вы все пойдете. — Он растянул губы в безумной — как у резиновой куклы — улыбке, — Вы лучшие игрушки, которые мне когда-либо попадались. Поиграть с вами... это будет такая забава!
Последовала пауза. Потом заговорила Ева.
