Космический корабль “Лунник” разделился на две части. Металлическими “брызгами” полетели в стороны части элементов крепления, удерживавших взлетную ступень. Каркас лунного посадочного устройства на четырех “ногах” - опорах остался на Луне, а кабина с космонавтом приподнялась вверх, зависла на мгновение и затем стала стремительно уходить в зенит.
- Десантные модули один, два, три, четыре, поднимайтесь следом за “Лунником”, - распорядился я. -Делайте охранную “коробочку” вокруг корабля и ведите его до самой орбиты.
Наш модуль, пятый, я решил повести следом за стартующим кораблем, прикрывая его снизу. Учитывая способности шара атаковать молниеносно и с любой стороны, во всех наших маневрах особого смысла не было: мы все равно не успели бы парировать любой электромагнитный импульс со стороны агрессора. Но нужно же было хоть что-то делать! Хотя бы для самоуспокоения.
Факелов маршевых двигателей “Лунника” на экранах десантного модуля видно не было, но зато хорошо были заметны кинжальные вспышки двигателей маневрирования в верхней части кабины. Они включились почти сразу же после старта и стали “валить” космический корабль вбок, чтобы вывести его на оптимальную траекторию полета.
- Основной и резервный двигатель космического корабля работают без замечаний, - сообщил на Землю Леонтьев.
При старте с Луны для надежности включались одновременно и основной, и резервный двигатели “Лунника”. Через тридцать секунд полета один из них отключался, и на окололунную орбиту кабина с космонавтом выходила уже на одном ракетном моторе.
В нашем поле зрения взлетающая лунная кабина пребывала всего несколько секунд. Потом она стала постепенно превращаться в светло-желтое пятно, которое стремительно уходило вверх и влево от поверхности Луны.
- Начинай подъем, - приказал я Лосеву. - Идем следом за “Лунником”.
...Белый агрессор атаковал корабль Леонтьева на высоте примерно четырнадцати километров от поверхности Луны. Он снова появился “из ниоткуда” прямо по курсу взлетающего “Лунника”. Но теперь атакующий не был шаром -в пространстве над Луной висел белоснежный куб, высотой примерно около метра.
И сразу же дернулся “Сервейор-8”, включив маршевые двигатели. На тот момент от “Лунника” американский корабль отделяло всего три десятка километров - сущая мелочь по космическим меркам. Орбита “Сервейора” теперь проходила через область пространства, в которой должны были оказаться “Знамя” и “Лунник” во время стыковки.
- Ты оказался прав, - Лосев кивнул в сторону увеличенного изображения американского корабля на экране. -Он действительно готовится к тарану!
- Ничего у него не выйдет, - я улыбнулся в ответ и, тщательно прицелившись, всадил в “Сервейор” два лучевых залпа. Один за другим. Яркая вспышка и расплавленные куски металла быстрыми искрами рванулись во все стороны.
Мгновение спустя лучевые пушки десантных модулей, окружавших “Лунник” со всех сторон, в четыре ствола ударили по белому кубу. Впрочем, без всякого результата. Агрессор по-прежнему висел в пространстве над Луной, и, казалось, совершенно не замечал нашей судорожной контратаки. Лучевой залп не причинил ему никакого видимого вреда.
- Прекратить стрельбу, - распорядился я. Не было ни малейшего смысла в пальбе по неуязвимой цели.
Наверное, это была моя ошибка. Ad poenitendum pro ре rat, cito qui judicat - быстрое решение всегда приводит к быстрому раскаянию.
Пока лучевые пушки лупили по кубу, он просто висел в пространстве.
Но едва обстрел прекратился, куб нанес ответный удар. Как будто просто ждал своей очереди пострелять.
Он мог смести хлипкое металлическое тельце “Лунника” одним выстрелом из своих энергопушек. Но вновь, как и при посадке на Луну, белый агрессор ограничился только коротким модулированным радиоимпульсом. И тут же исчез.
А на взлетающем с Луны корабле Леонтьева тотчас же выключился двигатель.
Корабль по инерции продолжал подъем, но его энергии было уже недостаточно, чтобы выйти на орбиту вокруг Луны.
Описав в пространстве огромную дугу, “Лунник” теперь должен был неминуемо упасть обратно на лунную поверхность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Алексей Леонтьев и все, все, все - 8
ИСПЫТАНИЕ НА ПРОЧНОСТЬ
...На высоте примерно четырнадцать километров над лунной поверхностью основной двигатель внезапно сдох. Операторы из ЦУПа попытались запустить резервный двигатель, но он в ответ на команды с Земли даже не чихнул.
Аварийная отсечка двигателей произошла примерно за сорок секунд до расчетного момента времени их выключения. Это означало, что мой кораблик при взлете с Луны очень основательно не добрал и скорости, и высоты. И если в результате аварийного выключения двигателей сформировалась незамкнутая орбита, то есть большая вероятность того, что через несколько десятков минут я могу с весьма приличной скоростью вернуться обратно к лунной поверхности и собственным телом образовать новый кратер -имени космонавта Алексея Леонтьева.
...Мурашки пробежались по спине. Черное дуло “вальтера” смотрит в лицо. Хохочет “белокурая бестия” в эсэсовской форме.
- Спокойствие, Леша, - на связи со мной был космонавт Андриан Николин. - Главное - спокойствие. Сейчас баллистики уточнят параметры твоей орбиты. При любом раскладе у нас есть еще хороший запас времени, чтобы успеть тебя вытащить.
- А я особенно и не беспокоюсь, Андрюша, - соврал я.
Страх уже ушел. Но кошки скребли на душе. Вот ведь какую подлянку подсунула судьба! Прилететь к Луне, совершить удачную посадку, стартовать - и на тебе! “Поломаться” на взлете!
Что-то не везет мне в нынешнем полете с движками. На старте капризничали двигатели ракеты-носителя. А теперь вот и двигатели взлетной ступени вырубились. Тенденция, однако...
Пока баллистики уточняли орбиту, на которую вышел “Лунник” после старта с Луны, я попытался вручную повторно запустить двигатели - сначала основной, а потом резервный. С нулевым результатом. Команды проходили, зажигались надписи “Основной двигатель включен” и “Резервный двигатель включен” на пульте световой индикации. Но реального включения ракетных моторов не было. Через две-три секунды система управления блокировала режим запуска и гасила оба световых панно на пульте. Молчаливо и без объяснения причин. Понимай, как хочешь, товарищ Леонтьев. Это твои проблемы, дорогой Алексей Архипович!
- Тупица безмозглая! - ругнулся в адрес бортовой вычислительной машины. Хотя винить компьютер было абсолютно бессмысленно. Машина на “Луннике” была простенькой и могла сориентироваться только в тех ситуациях, которые она понимала. Сейчас же случилось что-то, что явно выходило за рамки понимания бортового компьютера.
Я выглянул в иллюминатор. Поверхность Луны медленно проплывала перед взором, сменялась чернотой космической бездны и снова появлялась россыпью лунных кратеров. Посмотрел на часы и мысленно подсчитал: “Лунник” вращался со скоростью примерно один оборот за восемь -девять секунд. Радости в этом было мало. Для стыковки со “Знаменем” корабль должен быть достаточно жестко стабилизирован. А бортовая цифровая вычислительная машина очень некстати закапризничала. И обеспечивавшая надежную ориентацию “Лунника” трехосная гиростабилизированная платформа, похоже, тоже впала в состояние легкого ступора. Н-да, ситуевинка...
- Алексей, - в эфире снова зазвучал голос Николина. Ободряюще зазвучал. - Хочу тебя порадовать: орбита у “Лунника” эллиптическая.
- Замечательно! Значит, мне не грозит шлепнуться обратно на Луну?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Такой угрозы нет. Во всяком случае, в ближайшие двое или трое суток. Параметры орбиты уже выданы на “Знамя”. Олег начал сближение.
- Что значит “начал”? - в наш разговор вклинился возмущенный голос Макарина. - Сближение идет полным ходом, Лешка. С самого момента твоего старта с Луны. Я уже вижу твою вертящуюся колымагу! Кстати, ты не собираешься разобраться с ориентацией “Лунника”? Знаешь ли, сложновато стыковаться с вертящейся юлой...
