— Ну и?
— Что? — с легким раздражением в голосе спросил дроу. — Александра, вы понимаете, что требуете от меня отказаться от кровной мести? Это же не… просто так.
— А я думаю, что вы прекрасно понимаете истинную подоплеку произошедшего, — ровно отозвалась я, скосив глаза на темного лорда.
Он теперь пристально изучал носки моих туфель и подол платья: видимо, на тропинке интересности закончились.
— Вы про то, что ребенок мог быть и не от Серебряного? — хмыкнул Тринвир и с легким снисхождением закончил: — Леди, дело не в этом. Дело в том, кого мы держим на крючке, и в том, что сейчас он вам нужен.
— Тогда советую вспомнить о потребностях вашего народа, — мило улыбнулась. — Не спорю, вы найдете выход, и наверняка уже сейчас ваши механизмы почти все переведены на другие ресурсы… но в данный момент прерывать поставку нельзя, верно?
— Вы прискорбно умны, — сделал мне весьма сомнительный комплимент дель Мередит.
— Вы прискорбно упрямы, — не осталась я в долгу и уже более мягко продолжила, одновременно касаясь рукава его камзола. Такой не особенно личный, но отвлекающий жест. — Ну подумайте сами… я же прошу не так много. И вообще, я дама, а значит, мне по идее надо потакать… и тогда в дальнейшем я вас не забуду.
— В смысле? — неподдельно заинтересовался темный.
— В государственном смысле, — отозвалась, крайне неодобрительно глядя на нахала.
— А жаль.
— Жених! — решила еще раз напомнить я и снова показала колечко, а потом сменила тему: — По нему и узнали, да?
— Верно, — улыбнулся темный. — Еще вчера удивился «Огню глубин», сиявшему на вашем пальчике.
М-да? А я как-то и не разбираюсь… рубин и рубин. Не особенно дорогой драгоценный камень, как считается… а оказывается, совершенно особенный.
— Ну так что? — напрямую спросила, решив, что раз у нас такие неформальные отношения, то можно, как выразился Дараган, бросить крючки и нити.
— Будет вам его жизнь, — кивнул Тринвир.
— Было бы лучше, если бы вы переписали ее на меня, — мило улыбнулась и едва удержалась, чтобы не хихикнуть от ошеломленного вида своего спутника.
— Как вы себе это представляете? — спросил темный. — Такое… просто не делается.
— Это у вас, — любезно напомнила я. — А у нас… мы идем в любую нотариальную контору и там составляем документ, в котором вы, Тринвир дель Мередит, передаете мне все права (перечисляем, почему вы там его объявили кровником) и притязания на жизнь Люциана Туманного.
— Сработает?
— Смотря кто заверит, — пожала я плечами.
— И за это вы мне обеспечиваете пустые болота.
— Хоть охрану выставлю, чтобы вас там не беспокоили!
— Это мы сами…
— Вот и замечательно. — Я поднялась с лавки. — Было очень приятно иметь с вами дело, а потому приглашаю вас в мой кабинет. Сейчас все и оформим.
— Времени не теряете, — усмехнулся дроу.
Я скромно потупилась, одновременно вызывая Кейрана через перстень Голоса.
«Кейран, ты мне нужен».
Ответ пришел почти сразу: «Срочность и место?»
«Кабинет, чем скорее, тем лучше. Дроу согласился».
«Лечу!» — с энтузиазмом донеслось в ответ, и Коршун отключился.
Тринвир снова предложил мне руку, и мы таким же прогулочным шагом и все за той же непринужденной беседой двинулись обратно к замку подписывать договорник «купли-продажи» одного из моих лордов.
Как все ми-и-ило!
Через часик я опять осталась одна, полностью эмоционально выжатая и, невзирая на то что еще не было и семи вечера, мечтающая только об отдыхе.
Создатель, вроде так мало сделала… а так вымоталась.
Зато Кейран смотрел на меня безмерно удивленным взглядом, в котором теперь были и искры уважения. А это дорогого стоит.
А надо еще столько сделать… Тронула договор, лежащий на столе. Нужно встретиться с Туманным, связаться с Асгардом и спросить, что там по украшениям, нужно не забыть про учебу, магию и тренировки.
Уронила лицо в ладони и устало выдохнула. Ничего… все будет хорошо. Будет день, будут силы, будут мысли.
Наверное, потому, что была сосредоточена только на себе, и не почувствовала сразу дрожь силовых нитей, свидетельствующих о том, что в кабинете открылся портал.
— Устала? — Тихий голос Лира ворвался в сонные, очень тяжелые какие-то мысли.
— Здравствуй, — откинулась на спинку кресла и честно призналась: — Да.
— Иди сюда, — улыбнулся Хранитель и легко подхватил меня на руки.
Я только удивленно вскинулась, но все же обняла его за плечи и приникла головой к груди. Я и правда очень устала. А апатия накрывала все сильнее и сильнее.
Да и вообще, с чего это я должна вырываться и устраивать скандал? Это неразумно.
— Это было лишнее, — все же сказала я, имея в виду то, что он держит меня на руках.
— Не скажи, — улыбнулся блондин и, открыв портал, шагнул в него. Спустя миг я поняла, что мы очутились в моей спальне в резиденции Хранителей.
— А как же все во дворце?
— Сейчас из кабинета выходит очень качественный морок, говорит, что будет ужинать в своих покоях, — спокойно сказал Лирвейн и опустил меня на край кровати. — Ужин сейчас будет, ты покушаешь и ляжешь спать, хорошо, маленькая?
— Неа. Учеба, работа, подумать о многом надо…
— Усыпить? — вскинул бровь Водник.
Я печально на него взглянула и покачала головой.
— Я согласна.
— Вот и отлично, — кивнул Хранитель и вышел из спальни.
Я проводила его задумчивым взглядом и с ногами забралась на постель.
Странно это, странно это. Все это странно.
Устала… как же я устала.
Как-то незаметно туфли были сброшены на ковер, а я — улеглась, свернулась калачиком, уткнулась носом в колени и блаженно вздохнула. Как же хорошо. Никуда не надо бежать, ничего не надо учить и даже думать не надо. Можно поесть, когда принесут ужин, и заснуть. И никто не выносит мозг, а если бы и пытались, то мне все равно. Странно, кстати. У меня очень странные реакции, а вернее — их отсутствие, на того же Лира. Это при том, что раньше со мной творилось, стоило ему появиться рядом. А сейчас… как отключили. Но удобно, да!
Тихо скрипнула дверь, раздались легкие шаги, и я, как всегда, мимолетно удивилась, что он при весьма внушительном росте умудряется так мягко двигаться.
Негромкий стук металла о стекло сказал о том, что поднос поставили на столик, и через несколько секунд рядом с кроватью на корточки присел Лир.
— Аль, — позвал он и, протянув руку, откинул с лица непослушную прядку, — сделай последнее усилие и потом можешь ложиться.
— Я и так уже лежу, — не открывая глаз, сообщила. — И кушать не хочется… Встану утром и позавтракаю.
