Фернан не верил в совпадения и склонен был ожидать худшего. Эти люди вполне могли мчаться по его душу. Встречать их здесь… двое против шестерых – не очень хороший расклад.
– Будь начеку, – бросил он слуге.
Бежать бесполезно. Рано или поздно их все равно нагонят. Дорога прямая, а лошади кирасир – мощные зверюги – всегда славились своей выносливостью. Да и не очень-то привык Фернан убегать. Он проверил, как выходит шпага из ножен, и принялся поджидать всадников. Правда, сеньор де Суоза сразу же отвлекся от дороги, ибо Абоми его удивил. Слуга сидел на корточках и запихивал в рот песок, собранный с дороги. Зрелище было столь неожиданным и нелепым…
– Что ты делаешь, забери меня Искуситель?!
Абоми лишь покачал головой. С набитым ртом много не наговоришь. Спустя минуту он выплюнул мокрый и потемневший песок на землю и сложил из него нечто напоминающее пирамидку. Фернан молча внимал, уже не зная, смеяться ему над подобным чудачеством или плакать. Слуга прополоскал рот водой из фляги и сплюнул на мокрый песок. Затем настал черед кружений вокруг этой маленькой кучки. Это действие сопровождалось песнопением. Сеньор де Суоза закатил очи горе. Блаженных ему как раз и не хватало. Абоми, кажется, вошел в некое подобие транса. Он слышал ритм и кружился, кружился, кружился. Бросив обращать внимание на, казалось, ничего не видевшего и не слышавшего слугу, «василиск» опять стал смотреть на дорогу.
Всадники за это время успели преодолеть значительное расстояние, и уже можно было различить их лица. Фернан выругался. Парочка де Доресов и еще четверо обычных солдат в кирасах. В два счета они преодолели расстояние, разделяющее их и Фернана, и осадили лошадей. «Василиск» в сердцах помянул виконта Лосского. То ли недавние события его так ничему и не научили, то ли он действительно ничего не знал. В последнее маркиз не очень-то верил. Де Доресы никогда и ничего не делали без ведома своего сюзерена. Проклятые восемнадцатилетние щенки! Да еще эти вояки! Четверо солдат, прибывших вместе с двойняшками, маркизу не понравились. Суровые лица опытных рубак. С такими мило не потолкуешь.
– Господа, – он вопросительно склонил голову, – вы путешествуете?
– Мы искали вас!
– Неужели и вам потребовалась плата кровью?
– Нет! – рявкнул один из де Доресов. – С бешеных собак не просят кровью! Их убивают!
– Точно!
– Господа, потрудитесь говорить по отдельности, вы двоитесь у меня в глазах, – с издевкой произнес Фернан.
Близнец, который находился справа, спрыгнул с лошади и обнажил палаш. Тот, что слева, все еще находился в седле и пролаял приказ. Один из кирасиров потянулся к арбалету, притороченному к седлу. Фернан выхватил шпагу и дагу.
Абоми опередил их всех. Он поднял ногу и что есть силы опустил ее на песчаную пирамидку. Солдат, который уже поднял арбалет, с воплем вылетел из седла и, пролетев добрых тридцать ярдов, рухнул на дорогу. Фернан не поставил бы и самой мелкой монеты на то, что этот парень остался жив.
– Магия! – испуганно закричал кто-то из солдат. Лошади словно взбесились. Один из кавалеристов, несмотря на всю свою сноровку, не удержался в седле и упал. Удивляться не было времени. Первый де Дорес уже бросился на «василиска», второй как раз спешился. Абоми кинулся к хозяину на поддержку, но тот только рявкнул:
– Займись солдатами! С детьми я справлюсь сам!
– Детьми?! – неожиданно тоненько вскричал один из братьев-двойняшек и начал атаку.
Вся схватка – росчерки палашей, визг и звон металла – Фернану запомнилась плохо. Он только и делал, что крутился волчком и постоянно уклонялся, уходя от сыпавшихся на него с двух сторон ударов палашей. Де Доресы применили банальные клещи, и, если бы не опыт маркиза, ему пришлось бы туго. Ловкий мангуст против двух кабанов. Приходилось все время беречь спину и держать обоих противников у себя на виду. Один из де Доресов (Фернан так и не смог отличить их друг от друга) пошел напролом, отчаянно размахивая палашом. Пришлось отпрыгнуть в сторону, походя «подрезав» правое плечо противника. Волнистый клинок сделал свое дело. Нападавший вскрикнул и, выронив палаш, схватился здоровой рукой за рану.
Второй братец, зарычав, бросился вперед, но, оставшись один на один, Фернан без труда отогнал противника. Развернувшись, «василиск» совершил выпад и нанес прямой сильный укол в живот и так уже раненного противника. Резко дернул шпагу на себя и вверх.
Время благородных игр кончилось. Эти дети знали, на что шли. Они напали первыми. Фернан не собирался оставлять живых свидетелей. Нет свидетелей – нет и кровавой платы. Во всяком случае, у рода убитых не будет никаких доказательств. А догадки… На догадках далеко не уедешь. Маркиз знал, что нападение де Доресов и де Муора на его семью было организовано со скрытого одобрения рода де Фонсека, но доказать ничего не мог. Так же и здесь. Пусть докажут.
Де Дорес еще несколько секунд простоял на ногах, а затем упал на колени и согнулся в три погибели, пытаясь удержать потроха. Уцелевший брат зарычал, взмахнул палашом, пытаясь нанести рубящий удар в голову. Фернан отшагнул влево и круговым движением шпаги ударил противника в шею. Отскочить не успел, и кровь, которая сейчас показалась ему раскаленной, ударила в лицо. Сеньор де Суоза отвернулся от мертвеца, проверяя, как дела у Абоми. Тут тоже все было кончено. Упавший с лошади кирасир распрощался с головой, так и не успев подняться с земли. Других ждала не лучшая участь. Тяжелый баргел в руках слуги оказался страшным оружием.
– Плохие воины, – невозмутимо произнес слуга, вытирая кривой клинок куском ткани.
– Проверь того, что вылетел из седла. Если он вдруг выжил, добей. Потом постарайся замести все следы.
Фернан не хотел рисковать. Пока Абоми проверял мертвеца, «василиск» подошел к де Доресам. Тот, что был с распоротой шеей, уже умер. Раненный в живот вот-вот должен был испустить дух. В который раз за этот день сеньор де Суоза выругался. Видит Спаситель, он не хотел убивать этих детей. Они его вынудили.
Де Дорес застонал. Фернан подошел к нему, осторожно перевернул. Крови был целый океан. И даже больше. На то, что осталось от живота умирающего, капитан старался не смотреть.
– Молитву… за упокой… пож…ста, – прошептал де Дорес.
Сеньор де Суоза кивнул и начал читать молитву. Мальчишка умер через минуту, но Фернан все же закончил обращение к Спасителю. Подчиняясь какому-то наитию, расстегнул мундир мертвого, затем пуговицы рубашки, дабы достать нательное распятие и вложить его в руку мертвого кровника. Он задолжал де Доресам за похороны родственников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
