Да и его индикатор всё-таки окончательно погас. Мечты про тысячу выстрелов остались мечтами.
— Издеваетесь, что ли, — вслух проворчал я.
Ответа не получил, чего подсознательно слегка опасался. Впрочем, то, что мне не отвечают, вовсе не означает, будто меня точно не слышат.
Ещё раз покрутив в руках круглый щит, я с сожалением положил его на место. Удобный, лёгкий для своего размера, очень прочный. Но не мастер я боя в связке «щит и меч». Если только в подобии строя, когда так вооружены все. Но один на один я предпочту кинжал в левой руке. Да и выпускать огненные стрелы из Сигила, одновременно закрываясь щитом, в любом случае не выйдет.
Если бы «тётушка» хотела дать мне меч, хранящийся в нашем роду, то давно бы это сделала. Видимо, «маменька» зажала оружие для бастарда. Ладно, буду рассчитывать только на себя.
Я решительно взял тот самый клинок, который приметил с самого начала, и повесил себе на пояс, перевесив кинжал с драконом на рукояти на правый бок. И у меня появилась мысль, как найти прежнего владельца этого ножика, которым Бернард сдуру зарезался. У всех клинков в Арсенале имелись ножны, а вот мне кинжал достался без них.
Что ж, придётся поискать в Форте ту Золушку, чьи ножны подойдут к моему кинжалу... Тьфу, как похабно прозвучало-то... Надо будет «тётушке» эту шутку рассказать. И Эвелине потом. И, может, ещё Китти всё-таки...
Глава 25. Разлом на Арене
— Ну, ты чего так долго?! — возмутился Стьюи.
Я-то ожидал услышать подобные слова от лорда Гарольда. Но его в коридоре уже не было. Как и очереди. Остались только мой «братец» по отцу и Китти. А по ушам лупил бешеный колокольный звон.
— А куда спешишь? — пожал плечами я. — И почему колокола звонят? Обед же уже был.
Стьюи не удержался и провёл ладонью по лицу. О, они тут умеют делать «фейспалм»! Видимо, подобные реакции существуют вне зависимости от уровня развития цивилизации.
— Это сигнал тревоги, — пояснил «братец». — Разлом на Арене!
Хм, интересно. Это что, мне ещё и звуковые сигналы тут учить придётся? И для Разлома на Арене какой-то особый звон, а будь этот неведомый мне Разлом в ином месте — колокола били бы иначе? Или просто кто-то прибежал сюда и сообщил, где именно тревога?
— Китти, давай бегом, — поторопил её Стьюи. — Одна нога здесь, другая там.
Девушка кивнула и быстро заскочила в дверь Арсенала.
— А что происходит-то? — почесав в затылке, переспросил я. — Нам всем надо бежать на Арену к этому Разлому, что ли?
— Конечно! — рьяно закивал Стьюи. Но потом всё же поправился: — Ну, вообще, первогодкам велено в бой не лезть. Но мало ли...
— А раз велено не лезть, пойдём лучше в корчму? — предложил я. — Поди, без нас разберутся.
«Братец» замотал головой.
— Ну, хоть посмотрим, — уже просительным, а не требовательным тоном произнёс он. — И вдруг прорыв не сдержат? А нас потом в корчме сожрут...
Я вздохнул. И не стал объяснять, что если кураторы, наставники и старшекурсники этот неведомый мне прорыв не сдержат, то нас в любом случае сожрут. Только в корчме мы успеем сначала выпить, потому умирать будет уже не так страшно и больно. Да и вообще, до неё от Арены ещё добраться надо. Умеют ли те, кто влезет через Разлом, пользоваться кругами перемещения? Что-то я сомневаюсь. С другой стороны, мне самому тоже интересно посмотреть, что за Разлом такой и кто из него лезет...
Китти управилась с выбором оружия за полминуты, выскочив обратно к нам в коридор с копьём в руке. Клюв ворона представлял собой лезвие копья, а его голова служила своеобразной гардой-ограничителем. Как по мне, не очень практично, вдруг понадобится кого-то насадить на древко, а ограничитель не позволит. Это на пиках, например, полезно, для остановки вражеской конницы. Хотя и там спорно, древко может не выдержать и сломаться или из рук его вывернет.
— Бежим! — скомандовал Стьюи, первым подавая пример.
У нас оставался выбор — либо догонять его, либо бросить одного. Китти сразу же выбрала первое. Так что и мне пришлось. Иначе вся наша начавшая было зарождаться дружба на этом и закончится.
Площадка вокруг Арены была забита народом, так что в первые ряды нам пришлось протискиваться и проталкиваться. Хоть и с большим трудом, но нам это всё же удалось.
Вот теперь прозвание Арена действительно соответствовало площадке для инициации. Поскольку там шёл бой. А разрушена оказалась уже половина тотемов, не только тотем Технологий.
Разлом — чёрная трещина в воздухе, будто вход в пещеру, только без каменных стен вокруг. Достаточно узкая, так что твари оттуда пролезали по одной, редко по две. Пол уже был завален их телами, но новых это не отпугивало.
Основной удар приняли на себя Эвелина, Эйлин и какой-то здоровенный мужик, ростом явно за два метра и в плечах этак метра полтора. Как ни странно, девушки в боевой силе мало уступали этому лосяре. Впрочем, они же синтоиды... А кто он — лично я не имел ни малейшего понятия.
Ингрид и Гарри выступали в качестве поддержки, добивая тварей, которые сумели ломануться в сторону. По краям Арены выстроились адепты, наверное, пятикурсники. Они отлавливали монстров, которые проскакивали мимо кураторов, и наваливались на них толпой. Впрочем, монстры явно умели давать сдачи. Прямо на моих глазах одного адепта, истекающего кровью и зажимающего ладонью рану в животе, потащила по лестнице наверх пара его товарищей.
Проходящие через Разлом твари были нескольких видов. Большую часть составляли здоровенные четвероногие зверюги, похожие на псов, покрытых чешуёй. Но были и двуногие противники. Эти смахивали на трогглов, обожравшихся радиоактивных анаболиков, которые закусывали стероидами. Ростом под два с половиной метра, с длиннющими когтистыми передними лапами, на которые иногда опирались, покрытые чёрными костяными пластинами.
Иногда проскакивали из дыры в воздухе и совсем непонятные твари, вроде гигантской многоножки. Она передвигалась на половине ног в задней части туловища, подняв переднюю и размахивая остальными лапами перед собой, будто ножами.
Кураторы сразу рванули в стороны, пропуская монстра. Который обрушился на адептов, оказавшихся не столь расторопными. Лорд Гарольд всадил лезвие обоюдоострой секиры в покрытый хитином бок чудища, брызнула желтоватая кровь, больше похожая на гной. Но многоножка будто это не заметила, продолжив охоту на адептов.
Только теперь я заметил Хлою,
