— О, отец! — вскакивая на ноги и обвивая его сухую жилистую шею, вскричала Ханджар, — не говори так, ты рвешь мне сердце, отец… Я твоя утеха, единое счастье старости твоей — могла ли я тебя покинуть в твоем изгнании?..
Она прижималась к его груди, она обнимала его, она заглядывала в его мертвые слепые глаза своими молодыми, жарким очами.
— Ханджар, сердце мое… — мог только выговорить Кучум и сжал ее в своих объятиях. Слезы градом текли по его лицу.
А она уже оправилась немного и заговорил снова:
— На заре приходили к тебе, отец, ногаи и о чем-то говорили с тобою.
Зачем приходили они к тебе, отец?
— Их присылал русский вождь, мое солнце, с новым желанием Белого хана… Я не хотел тебе говорить этого, Ханджар, не хотел травить тебе душу даром… Скрыл от тебя… Но теперь поведаю тебе все, последняя радость жизни моей. Русский воевода от царя послал сказать Кучуму: пускай предается русским Кучум и первым лицом после царя на Руси будет…
— А ты… а ты… что ответил на это, отец? — чуть ли не задыхаясь от волнения вскричала девушка.
— Разве солнце жизни моей не угадывает ответа своего слепого отца? — вопросом на вопрос отвечал Кучум.
— Знаю, отец… Ты сказал, господин мой и повелитель: «Пусть у русского хана будут другие слуги, но не царю Сибирских степей пресмыкаться у трона русского владыки»… Так ли, отец?
— Так, Ханджар.
И оба замолкли. Наступила полная тишина. Степь и ночь притаились за пологом кибитки, и одна, казалось, караулила другую в этот очарованный сказкою час.
Вдруг чьи-то шаги послышались неподалеку. Зазвучала громкая, непринужденная татарская речь.
Как подстреленная птица, заметалась Ханджар на подушках кибитки.
— Сюда идут, отец… Это те же ногаи, что были утром еще в улусе…
Сердце чует, с недобрым намерением ищут они нас среди ночи… Бежим, отец, пока не поздно, бежим… — хватая трепещущими, похолодевшими руками руки отца, шептала Ханджар.
— Поздно, свет очей моих, поздно… — в смертельной тоске прошептал Кучум и выпрямился во весь рост, прижимая дочь к своему сильно бьющемуся сердцу.
Выхватив нож Ханджар ждала. Ее огромные глаза горели как у волчицы.
Как белая летняя северная ночь было бледно ее красивое лицо.
Ждать пришлось недолго. Шаги приблизились. Голоса зазвучали определеннее, грубее. Чья-то сильная рука рванула полу кибитки, и человек десять ворвалось под ее навес. Ножи и пики засверкали в руках убийц.
Зверские лица исказились злорадным торжеством…
— Не хотел ты, гордый хан, живым предстать перед русским царем, закричали они, — так мы твое мертвое тело повезем в Москву! — прогремел чей-то злорадный голос и двое здоровых ногаев кинулись на Кучума и в одну минуту покончили с бессильным, слепым, дряхлым стариком.
— А тебя, царевна Ханджар, мы отдадим московскому царю в пленницы! — послышался вслед за тем другой голос.
Но с быстротою кошки бросилась вперед Ханджар, размахивая своим ножом направо и налево.
Стон, вопль, проклятия наполнили кибитку. Две сильные руки схватили ее. Третья — взмахнула ножом над прекрасной бледной головкой.
— Радуйся, отец, все же свободными предстанем мы на суд Аллаха!.. — успела крикнуть Ханджар и упала бездыханная к ногам уже убитого злодеями Кучума.
Заветная мечта Кучума сбылась: независимым сыном вольных степей умер могучий, гордый, влюбленный в свою свободу и родину, последний хан Сибирский…
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
По трупам удалой, грозной Ермаковой дружины проложен был путь к окончательному покорению вольного сибирского юрта. Правда, отошел после смерти молодца-атамана обратно в руки татар покоренный Искер, и долго еще велась война с Сибирью, пока, наконец, улус за улусом, городок за городком, не отошел весь юрт Сибирский в руки его покорителей — русских. И много-много русской крови было пролито в сибирских тайгах, лесах и степях, много храбрецов легло в боях с татарами и другими народами прежнего Кучумова царства, разделяя печальную участь первых завоевателей далекой окраины… Целые века прошли, пока, наконец, Сибирь стала частью русского государства и мощный двуглавый орел принял под свои крылья все народы Сибири, все земли и богатства этого края…
Но велика была заслуга Ермака перед всею Русью. Он первый, с незначительной горстью удальцов-товарищей, таких же отчаянно смелых и храбрых орлов Дона и Поволжья, проложил победный путь пулями, саблями и бердышами в далекую, чуждую и дикую Сибирь. Он первый рушил могучую ханскую власть властелина вольных Сибирских степей Кучума, первый проник в мраморную грудь каменного Урала и зажег в нем пламень первой русской власти, первое признание владычества удалой русской силы молодецкой.
Русское имя славой покрыл Ермак. Развеял, разбил с 840 молодцами многие тысячи татар-инородцев этот былой разбойник…
И не мудрено, что легендарной богатырской фигурой вырос Ермак в сказаниях и былинах русского народа.
Он народный герой. Мощью русских лесов, гладью рек серебряных, молодецкими звуками поволжских песен веет от могучей фигуры этого народного колосса, этого чисто русского богатыря.
В г. Тобольске воздвигнут памятник Ермаку, покорителю Сибири, бессмертному герою давней русской старины, вождю грозной дружины. Но крепче тяжелых плит этого памятника, тверже глыбы камня и металла, вылитого на нем, сделан другой. Этот второй памятник не рухнет с веками.
Он останется вечно в сердцах русского народа. Этот памятник — любовь народная к храбрецу-атаману, к удалому Ермаку Тимофеевичу, пожалованному князю Сибирскому… Этот памятник — священная память о нем и его сподвижниках…
Редкий житель Сибири не имеет в своем доме портрета Ермака, редкий житель Сибири не сумеет рассказать славную историю подвига могучего атамана и его грозной дружины. Сами темные урманы Сибирские да дремучие тайги ее поверяют ту быль неустанным рокотом своих могучих дерев… И несет ветер буйный ту сказку-быль, ту правду-сказку по голубым и серебристым рекам за каменный пояс, мимо второго великана Урала, по всей Руси могучей, вширь, вдаль, далеко, далеко…
Примечания
1
Колымага.
2
Леший.
3
Члены удалой казацкой вольницы, жившие грабежами.
4
Воры.
5
Персидским.
6
Род кафтана.
7
Верхняя одежда.
8
Род шапки.
9
Ружья.
10
Род топорика.
11
Условный оклик или сигнал, который выкрикивали воры и разбойники, нападавшие на проезжих дорогах на богатых купцов и знатных бояр.
12
Широкий топор на длинной рукоятке.
13
Увесистый набалдашник на короткой палке, просто насаженный, прикованный звеньями или привязанный ремнями.
14
Купцы.
15
Сходка, во время которой решались все дела вольной казацкой дружины.
16
Не надо смешивать первого, умершего в младенчестве, сына Иоанова Дмитрия с царевичем-отроком Дмитрием, убитым в Угличе.
17
Слово «опричник» происходит от «опричь», т. е. опричь царя (кроме царя) они никого не знали.
18
Знаменитый в свое время атаман Донского и Азовского казачества.
19
Верстах.
20
Карман.
21
Плоская склянка, посудина.
22
Шнурок, тесьма.
23
Мальчиков-подростков в те времена учили священники или дьяки из ближайших церквей. Начало учения обставлялось всевозможными церемониями.
24
В бане.
25
Настоящее имя Ермака — Василий; Ермаком его прозвали в первые годы его молодости, во время того, когда он был кашеваром в артели; Ермак — значит артельный таган, на котором варится каша.
26
Охотников-добровольцев из вольных людей.
27
Начальника.
28
Крепостях.
29
Стража.
30
Купец.
31
Головной убор.
32
