Читаем без скачивания Телохранитель ее величества: Точка невозврата - Сергей Кусков

Из моей груди вырвался вздох, а вместе с ним все отчаяние, которое навалилось вслед за последовавшими за тем днем событиями.

— …Но на следующий день тебя чуть не повязали бандиты сеньора Кампоса, — продолжила вновь все понявшая по моему виду Паула.

Я кивнул.

— Бандиты Кампоса. Продажные подонки гвардии. Обмен. Предательство. Кровь. Я понял, что я — никто. И моя самооценка, девчонки, на какой-то момент поднятая до невероятной отметки, упала еще ниже, чем была до этого. И загнанная на время в угол интуиция вновь запретила мне ее искать.

Я ее недостоин. Я ничего не смогу сделать, найдя ее. Стану игрушкой.

— …Я бедный родственник, теряющийся в дорогом магазине, который не знает, как вести себя за пределами своего маленького мирка! — с отчаянием закричал я, теряя контроль. — Я слабый! И такая, как она, привыкшая повелевать, не сможет не задавить такого, как я!

Я опал. Девчонки молчали.

— Во всяком случае, пока, — закончил я на оптимистической ноте. — И я очень надеюсь, что с вашей помощью это будет твердое устойчивое «пока», которое пройдет через время. Для этого я и пошел в корпус — стать сильным. — Я вымученно улыбнулся.

Они поняли, все, даже Сестренки, которые не присутствовали во время нашего вчерашнего разговора. Сама Паула, кстати, подала голос, но вяло, неуверенно, озвучивая совсем не то, что я хотел бы услышать от такой, как она:

— А я хотела сегодня извиниться. Сказать, что вчера была на нервах, лишнего наговорила. Тут эта церемония, гибель девчонок, там… мои разногласия с некоторыми представителями аристократии… Помощь хотела предложить, во искупление… А ты вон как…

Я кивнул. Да, а я «вон как».

— Ты не прав. Мне кажется, что не прав. Но я не смогу переубедить тебя.

Правильно, девочка. Такого, как я, переубедить очень сложно. Я покачал головой.

— Это мое право. Я просто прошу вас об одолжении. Как будущих сестер и напарниц.

— А если она тебя разлюбит? — подала голос Мия, смотря в пол. На мое замечание про сестер и напарниц они отреагировали бурно, в основном покраснели и поспешили отвернуть глаза в стороны. — Если полюбит другого? Или ее насильно выдадут замуж?

Я отрицательно покачал головой.

— Судьба. Если разлюбит — так тому и быть. А замуж… — Я скривился, вспомнив свою взбалмошную аристократку. — Не думаю, что она мечтает об этом в ближайшее время. И вообще она не похоже на девушку, которую кто-то сможет заставить выйти замуж насильно. Не спрашивайте, личное впечатление.

Если же этого не случится… — Я сделал эффектную паузу. — …Я буду бороться за нее. Но бороться будет не мальчик-Хуанито, а сеньор Хуан, вассал королевы, ангел, сильный мужчина, могущий одолеть врагов и смотрящий знати в глаза на равных. И до марсианского Олимпа ему будет, выйдет она к тому моменту замуж, или не выйдет. Всё получает только победитель. И прошу, не надо искать ее за моей спиной: если узнаю, что вы владеете информацией и можете с ней связаться… Я не выдержу и сорвусь. И всё испорчу.

— Ничего себе! — покачала головой Кассандра.

— Только так, — ответил я. — Пожалуйста, девчонки, дайте время. Хотя бы несколько месяцев.

— Не много?

Я не ответил, лишь отвалился назад, на спинку дивана. Вместо меня, неслышимый для них, съязвил внутренний голос, точно охарактеризовав ситуацию:

«А там, Шимановский, глядишь, или калиф умрет, или ишак сдохнет!»

Что-то шло не так. Вокруг меня образовалась пустота, вакуум, имеющий искусственное происхождение.

Меня вели по коридору, очищенному ото всех обитателей здешних пенатов, под конвоем из двух «морпехов». «Чертова дюжина» плелась следом на расстоянии, и тоже в сопровождении. Я догадывался, куда мы идем, но не имел понятия, почему. Зачем им это, если вроде бы всё, решение принято, королева дала добро?

Минут через пять мы подошли к большому гермозатвору, охраняемому еще парой «морпехов». Створка поднялась вверх, горизонтальные внутренние двери разъехались, и меня ввели внутрь. Сопровождение тут же сделало шаг назад, створки закрылись, и я остался наедине с теми, кто сидел в этом помещении. Ну, вот и они, эти таинственные личности, выстроившие вокруг себя не одно дно дезинформации. Я поймал себя на мысли, что никакого пиетета, дрожи и трепета не испытываю.

Это был большой зал, размерами напоминающий помещение для конференций или небольших собраний. В центре его полукругом располагался длинный стол, за которым сидели разномастные сеньоры. Очень много сеньор, почти полтора десятка, и все очень разномастные. Белокожая златоволосая Мишель, смоляно-черная Гарсия, огненно-рыжая принцесса Алисия, сестра королевы. Кстати, это именно она «навещала» меня, когда я проходил тестирования в корпусе в первый раз. Девчонки подсказали, кто она и как легко ее опознать по волосам. И другие, самых разных расцветок и цветов кожи. Но было среди них и нечто общее. Что, я понял, когда скользнув по сидящим более внимательно, увидел сеньору министра образования. Это общее — власть. Она исходила от них в невидимом глазу диапазоне, и ощущалась даже рецепторами кожи.

Была здесь и Катарина. Но сидела далеко, с краю, и производила впечатление бедной родственницы, случайно попавшей на бал. «Я одна из них, но я там ничего не решаю» — вспомнились мне ее слова. Да уж, в точку!

Кстати, майоров я насчитал всего троих, в основном присутствовали подполковники и полковники. Быть может, если бы потолком для их подразделения являлись генеральские звездочки, было бы иначе, но как мне объяснили вчера девчонки, полковник для корпуса — предел. Кроме принцессы Алисии, возглавляющей совсем иное ведомство, имеющей четыре генерал- лейтенантские звезды. Однако, последняя сидела в гражданском, в строгом, но стильном деловом костюме, не бросаясь званием в глаза.

Во главе стола восседала сеньора с темно-каштановыми волосами, явная полукровка, в черной форме дворцовой стражи. Тоже полковник. От нее отдавало хищником, подсознательно я чувствовал, что переходить ей дорогу опасно. Справа от нее сидела незнакомая мне женщина, после же одно и из кресел пустовало. Единственное за всем этим немаленьким столом. Догадаться, кому оно принадлежало, было не сложно, если достроить логическую цепочку. Однако, я был удивлен, что ее место третье от центра, а не во главе стола. Хотя, с другой стороны логика в этом есть — не может сеньор сидеть во главе стола совета своих вассалов. Еще из знакомых персонажей я мог назвать Норму-Августу, и одну из виденных ранее, в мое первое сюда пришествие, тренеров — «Первую». Кто остальные — понятия не имел.

Перед самим столом, как бы в центре окружности, по которой он располагался, находилось подсвеченное место, не оставляющее места фантазии относительно предназначения. «Точка». Как у командора Ривейро, нашего преподавателя военной теории. Место отчетности, на котором стоящий человек должен потеть и нервничать.

Но нервничать я не собирался. Сеньоры офицеры задумали очередную пакость, очередной тест, а я с недавних пор в любой момент времени был готов к любым тестам — прошел хорошую школу. В конце концов, я понимал их — они не имеют право на ошибку, и не злился. Вокруг меня, незримо, коршунами вьются как минимум две группировки офицеров, навешавшие лапши остальным, «бедным родственницам». А вдруг задуманное ими не выгорит? Им же нужно отыгрывать вложенное, нужно ломать комедию перед остальными, а как начинать это делать, не проверив, действительно ли я подхожу им, как они планируют?

С чего я взял, что офицерам навешали лапши? Это элементарно! Но к сожалению, два и два я сложил лишь после общения с ее величеством. Какой монарх позволит создать у себя под боком структуру, могущую в перспективе диктовать свои условия и влиять на ее собственную политику? Только очень, очень-очень глупый монарх! А королева Лея при всех недостатках клинической идиоткой не кажется. Да и в конце концов, если бы дело стояло только за аргументом «красота есть, нужна сила», они давно бы, в качестве эксперимента, взяли бы к себе кого-нибудь и проверили на практике. Эти сеньоры не остановятся перед кровью, им плевать, сколько кого будет утилизировано, если в результате достигнут своей цели, вопреки голословным пацифистским высказываниям. Однако, таких попыток не предпринималось, никогда.

Тогда сразу же всплывает вопрос: почему же Совет офицеров, зная все это, проголосовал за мое принятие? Неужели здесь сидят дуры?

Хм… Ответ на него еще проще, чем на предыдущий. Если коротко, то официально в Совет входит… Пятнадцать человек, включая королеву — посчитал я сидящих за столом. — Однако «бедных родственниц» здесь гораздо больше, чем можно было предположить изначально. Всё решают не тринадцать, и не двенадцать, и даже не десять человек. А максимум пять. Да, ровно пять, включая отсутствующую королеву — сделал я дополнительный вывод, еще раз осмотрев лица присутствующих. Все же остальные — «кивалы», принимающие то решение, которое необходимо верхушке клана. Недооценивать их не стоит, наверняка это достаточно информированные люди, понимающие, что к чему и знающие много скелетов, запрятанных по шкафам Большой и Малой политики. Но решения по ключевым вопросам все же не за ними, и в этом они так же отдают себе отчет. Тех же, кто решает, можно выделить из массы глазеющих на меня по заинтересованным лицам, в отличие от остальных, явно пришедших просто посмотреть шоу.