Когда Франсуа д`Антраг, отец Генриетты, узнал о заговоре, подстроенном м-м де Виллар, его затрясло при одной только мысли, что его дочь может оказаться навсегда отвергнутой Генрихом IV. Ему тогда показалось, что пришло самое подходящее время восстановить всю Европу против короля, «который не сдержал своего обещания жениться», и добиться признания своего внука Генриха законным наследником французского престола…
На семейном совете, состоявшемся в Мальзербе, граф Овернский, сводный брат Генриетты, взял на себя руководство намеченной операцией. Через маршала де Бирона, осуществлявшего тайные сношения с заграницей, граф смог связаться с испанским королем Филиппом III.
— Моя сестра обманута, — сообщил он испанскому королю. — Не согласитесь ли вы помочь ей отстоять свои права?
Понимая, что ему представился неожиданный случаи расчленить Францию, испанец пообещал свою поддержку. Было решено, что после смерти Генриха IV, дату которой без всякой аффектации предполагалось обсудить, корона, снятая с головы дофина, будет надета на голову сына Генриетты.
Однако заговор был раскрыт 15 июня 1602 года, и Бирона арестовали в Фонтенбло. Эта новость вызвала сильные волнения по всей Франции, так как маршал, герой битв при Арке, Арси, Фонтен-Франсез, был объектом национального поклонения.
Граф Овернский также был задержан, и теперь оба заговорщика встретились в Бастилии.
Кроме того, фамилию д`Антраг стали произносить шепотом. Тогда же допрошенная Генриетта поклялась, разумеется, всеми богами, что ей ничего не было известно, после чего она, равно как и ее отец, была признанна непричастной к делу.
Дальше судебный процесс проходил без их участия. На исходе долгих дебатов король не пожелал подвергнуть свою любовницу ни малейшему наказанию, более того, он проявил слабость и помиловал графа Овернского. Что касается маршала Бирона, которым фаворитка не интересовалась, ему через несколько дней отрубили голову [79]…
Заговор провалился, и все-таки для Генриетты не все еще было потеряно, поскольку ее главные прелести и умение, столь ценимые знатоками, сохранились в неприкосновенности.
Так что ей оставалось лишь начать все сначала, и граф Овернский не мешкая приступил к делу.
К этому времени и королева, и фаворитка вновь оказались беременными.
22 ноября 1602 года Мария Медичи родила дочь, которую назвали Елизаветой, а 21 января 1603 года маркиза де Верней также родила дочь, получившую имя Габриэль-Анжелика.
Весь двор веселился по случаю этого двойного события, а добрейший народ Франции, который так легко было взволновать, радовался от души тому, какой у него прыткий и галантный король.
Всеобщее веселье неожиданно было прервано новым событием: выяснилось, что один из секретарей короля, некто по имени Ост, в обязанности которого входила расшифровка получаемых депеш, обвиняется в выдаче военных и политических секретов послу Испании. Полиция попыталась его арестовать, но он ускользнул от ареста и утопился в Марне.
Поступил приказ провести расследование.
Граф Овернский спешно покинул Париж и укрылся и своих владениях. Такое странное поведение вызвало подозрение при дворе, и все судачили об этом без тени» снисхождения. Один только король, проявлявший неоправданное снисхождение к сводному брату своей любовницы, не давал никаких объяснений. Впрочем, очень скоро все узнали, что этот печальный рыцарь оказался душой нового заговора.
При поддержке Испании и при заинтересованном содействии значительной части высшей французской знати он рассчитывал добиться признания Генриетты законной женой короля. План графа был очень прост: маркиза с детьми скрывается в Испании, где Филипп III обещает ей выделить денежное содержание в пятьдесят тысяч ливров, а также несколько укрепленных городов. В обмен на это маркиза женит своего сына на испанской инфанте, и все ждут смерти Генриха IV. Как только он погибает, остается убрать дофина и возвести на престол Генриха Вернейского…
Узнав детали этого плана, король впал в ужасное состояние: теперь он обязан был дать свершиться правосудие в отношении семейства д`Антраг, чья вина была очевидна. После очень долгих колебаний он вдруг решил, что ему подвернулся удобный случай забрать назад злосчастное письменное обещание жениться. И тогда он приказал арестовать Франсуа д`Антрага.
Во время обыска в Мальзербском замке полиция обнаружила письма испанского короля, которые подтверждали измену отца Генриетты. Понимая, что он пропал, арестованный подумал, как того и ждал король, что сможет выкрутиться, если вернет королевскую расписку, и указал место, где она спрятана. Г-н де Ломеня, посланный Генрихом IV, немедленно отправился в Мальзерб, где и нашел документ «в маленькой стеклянной бутылке, закупоренной глиной и помещенной в другую бутылку побольше, которая в свою очередь была завернута в ткань, обмазана глиной и замурована в стену».
Получив обратно расписку, причину всех зол, король издал вздох облегчения.
Через несколько дней он приказал арестовать графа Овернского, а сам глаз не спускал с маркизы де Верней, чей особняк находился в предместье Сен-Жермен, что доставило огромное удовольствие королеве.
— С маркизой покончено, — сказал король своим близким.
И в подтверждение этого вдруг обзавелся новой любовницей…
Ею оказалась блондинка, чье платье «нисколько не скрывало соблазнительную линию плеч и груди». Ее звали Жаклин де Бюэй.
Особа расчетливая, она согласилась уступить королю лишь за кругленькую сумму. Тальман де Рео пишет, что «Генрих IV, который всегда искал себе только хорошеньких женщин и, несмотря на старость, увлекался ими и безумствовал еще больше, чем в молодости, сторговался с нею за тридцать тысяч экю».
Сюлли, ворча, выложил деньги, и Беарнец обрел свою красотку.
Потом королю вздумалось подыскать ей мужа, и выбор его пал на Филиппа де Арлея, графа де Сези. Свадебная церемония состоялась 5 октября 1604 года и сопровождалась весьма любопытной сценой. Видя, как молодой человек входит с его любовницей в приготовленную для молодоженов спальню, король испытал приступ ревности. Одним прыжком подскочив к двери, он резко отворил ее, выгнал из комнаты Филиппа де Арлея, лег рядом с Жаклин де Бюэй и «стал наслаждаться ее прелестями» до наступления следующего дня, в то время как несчастный новобрачный кусал себе локти в соседней комнате…
Несмотря на новую любовницу, которую он вскоре сделал графиней де Море, Генрих IV очень быстро затосковал по своей драгоценной маркизе. Он присутствовал на процессе, который слушался в конце 1604 года: когда суд приговорил к смертной казни Франсуа д`Антрага и графа Овернского, а также «высказался» за то, чтобы маркизу де Верней отправили в монастырь, король вмешался и своею властью всех помиловал. В результате обоим заговорщикам заменили смертную казнь пожизненным заключением, а фаворитка была помилована… [80]
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
