терпким мужским запахом, который исходил от кожи Егора (а это был именно его собственный запах, потому что после душа он сохранился, став только ярче и свежее), Ромкин одеколон казался чересчур приторным и ненатуральным. Я непроизвольно отодвинулась.
— Я тоже думала, что мы друзья, — сухо сказала я, — пока ты меня не предал.
— Не слишком ли громкое слово для одного косяка?
Ромка понемногу обретал свою прежнюю наглость. С одной стороны, я была рада — виноватый бегающий взгляд в его исполнении уже изрядно надоел, но с другой стороны, мои розовые очки влюбленности разбились вдребезги, и я уже не собиралась терпеть то, на что раньше закрыла бы глаза. Например, на вот такое обесценивание моих переживаний.
— Какой поступок, такое и слово, — жестко сказала я. — И если мы продолжим разговаривать в таком тоне, я встану и уйду. И будешь сам доделывать игру.
— Все, молчу, молчу! — поспешно поднял руки Ромка, сообразив, что перегнул палку. — Только не злись!
Коды на локациях мы в этот день так и не написали. Сашка был занят, а без машины туда очень неудобно было добираться. Но тут и без кодов дел хватало: мы делали реквизит, прописывали задания в движке, сочиняли бонусы. Пытались привлечь к процессу Локи, но он заявил, что слишком стар для всего этого дерьма, и максимум готов поагентить. В десять вечера мне позвонила мама, удостоверилась, что я жива, и отключилась. В одиннадцать написал Дарк. «что там у тебя?»
«пиздец. Это если коротко. Надеюсь, успеем доделать» «сегодня не приедешь?»
Ох! Меня обожгло волной жара при одной мысли, как это было бы здорово — поехать сейчас к Егору! Мы могли бы долго целоваться в прихожей, затем опробовать его большую кровать, а потом диван, а потом еще тот самый душ, где я когда-то фантазировала о Дарке…
Без ложной скромности надо сказать, что секс у нас вчера получился фееричный.
И, что удивительно, даже с первого раза! Может, кстати, именно потому, что я не была безумно влюблена в своего партнера.
Пусть идут лесом все эти влюбленности. Надоело! Устала! Какой толк, что я полтора года выматывала себе душу этим чувством? Какой толк от душевной, интеллектуальной и эмоциональной близости с человеком, если все это рушится по щелчку пальцев? Раз — и предал. И уже не имеет значения, что было между нами до этого.
Нет, спасибо, больше не нужно. Пусть лучше будет здоровый классный секс, это хотя бы понятно. Я хочу тебя, ты хочешь меня, вот и замечательно — пошли в кровать!
Без всяких недомолвок и обид.
А ведь с Егором оказалось действительно хорошо. Я всегда подсознательно ощущала, что с ним было бы отлично переспать. Такая от него шла мощная самцовая энергетика, что на глубинном уровне все мои женские природные инстинкты орали «да!», хотя их никто особо не спрашивал. Немного боялась, что он слишком грубо поведет себя в постели, но зря — Егор был идеальным. Ровно таким, каким мне надо.
Незакомплексованным, чувственным, умеющим и дарить, и получать удовольствие.
Сколько раз он довел меня до оргазма? Раза три точно. Тело приятно ныло, благодарило за проявленное внимание и требовало продолжения банкета.
Так что приехать сегодня к Егору мне хотелось очень и очень, но возни с игрой еще оставалось много, а завтра к тому же надо было на работу к восьми. Учитывая, что сегодня я практически не спала, это просто нереально: я не вывезу.
Черт… как это все не вовремя! «прости, нет. И завтра скорее всего тоже» «понял».
Этот сухой и короткий ответ неприятно меня резанул. Было похоже, что Егор обиделся. Но мы же договорились: у нас не отношения, а только секс. Там же нет никаких особых обязательств? Ну разве что не спать ни с кем другим, но это и так понятно. По идее, у него нет никакого права обижаться, тем более он и сам знает, что такое подготовка к игре. И все же…
«Я скучаю», — написала я прежде, чем успела подумать, надо ли ему об этом знать. И вписывается ли такая фраза в концепцию «мы просто спим друг с другом». «я тоже», — прилетел через несколько секунд ответ, и мне вдруг стало так тепло и хорошо, будто внутри включили солнышко. Я восторженно заулыбалась, но тут же наткнулась на раздраженный Ромкин взгляд.
— Вик, ну и так времени мало, а ты еще на телефон отвлекаешься. Сама же сказала, что в двенадцать домой уйдешь, всего час остался. Ну, или заночуй у меня, если хочешь — тогда больше успеем.
Я отрицательно качнула головой, молча отложила мобильник и вернулась к проверке кодов. Даже после мерзкого Ромкиного поступка мне не было неприятно его общество, но вот спать с ним в одной кровати мне расхотелось совершенно.
В понедельник после работы мы поехали писать коды по локациям. Во вторник после работы мы тоже поехали писать коды. Спала я в эти дни часов по пять от силы.
В среду я оставила Ромку доделывать реквизит, раз уж он отпросился с работы, а сама провела в садике две консультации, потом поехала к Владу — посидеть, как и обещала, с его малышом, — а вечером помчалась на лекции в университет. После лекций была встреча с научным руководителем, где из меня добрых два часа вынимали душу на предмет того, что из всей диссертации у меня готова только первая глава теории и наброски экспериментальной части…
В общем, когда в восемь вечера я выползла из универа, то чувствовала себя так, будто меня долго и тщательно жевали, а потом выплюнули. Еле переставляя ноги, я брела к остановке и не знала, чего мне хочется больше: то ли есть, то ли спать, то ли помереть. Возможно, третье — ведь это сразу решило бы все проблемы разом.
— Вика! — Дарк махал мне рукой из своей «Ауди», которую он припарковал прямо напротив универа.
Надо же, приехал. И как только меня нашел? Я почувствовала укол совести: во всей этой беготне даже не написала ему. Приятно, конечно, что он решил меня встретить, но ведь зря… абсолютно зря!
— Привет, — я подошла и
