нас за приятным занятием, мы все прошли в огромный кабинет, где нас, точнее, Мура, уже все давно с нетерпением ждали. Заметив среди собравшихся знакомое лицо Салима, я улыбнулась. Этому мужчине всегда хотелось улыбаться, потому что он всегда излучал дружелюбие и заботу. Быстро осмотрев незнакомых мне людей, я проследовала за своим мужчиной в зону отдыха. Мур попросил меня немного подождать, пока он будет решать проблемы своей страны и ее граждан.
Быстро чмокнув его в щеку, я отпустила его, наблюдая, как он нехотя идет к овальному черному столу. Я ужасно гордилась им в этот момент. Его жене будет очень тяжело делить его со своим народом. Хотя, судя по тому, что я успела о нем узнать, думаю, он и с этим бы справился.
Около часа Намурон со своими министрами обсуждали импорт и строительство нового завода по производству цветного металла и алюминия для дорогих машин, которые будут, как всегда, мне не по карману. Заметив, что я скучаю, Намурон распорядился, чтобы мне принесли уже полюбившийся мне жасминовый чай с апельсином и всевозможные сладости. Послав своему мужчине благодарную улыбку, я отпила из кружки и, блаженно прикрыв глаза, откинулась на мягкую спинку дивана.
Я чувствовала на себе взгляды присутствующих в комнате мужчин. Они будто бы липли к телу и лицу, и это было неприятно. Меня ощупывали глазами, за мной наблюдали и, скорей всего, гадали, кем я являюсь будущему главе их государства. Но также на себе я чувствовала и обжигающий взгляд Намурона. Он, как луч в этом темном царстве, согревал меня и оберегал от неуютной темноты, в которой среди других скрывались и осуждающие и злые взгляда Алекса.
Меня очень напрягали чувства Алекса ко мне, которым я не могла найти достойного объяснения. Я ощущала себя неблагодарной обманщицей и распутной женщиной. У меня создалось такое впечатление, что я перед ним в чем-то виновата, и это чувство скреблось в душе, как загнанный в ловушку зверек. Нам стоило давно поговорить о прошлом и о нас. Возможно, если бы в моей жизни не было Намурона, мы могли бы быть вместе. С другой стороны, если судить по тому, как Алекс открывался передо мной в эти дни, это стало вызывать у меня очень большие сомнения.
– На сегодня, пожалуй, все, – сказал вставший из своего кресла Намурон. – Все вопросы и предложения по строительству присылайте моему брату Нэмру. Теперь он будет курировать этот проект. И еще. После недавнего покушения на меня я вынужден пройти курс реабилитации, так что беспокоить меня можно только в случае крайней необходимости.
После его слов все за столом загалдели, как сороки. Кто-то возмущался, кто-то искренне беспокоился и был рад, что у убийцы ничего не вышло, а кто-то вообще не выражал по этому случаю никаких эмоций. Я заметила, что таких было человек пять, и среди них был Алекс.
Заверив всех, что с ним все в порядке, Намурон подошел ко мне. Его глаза горели, как два ярких огонька, заманивая в свои волшебные глубины. Нежно взяв меня за руку, он помог мне встать с дивана. Быстро перехватив меня за талию, Намурон потянул меня к выходу. Пока мы шли до двери, все провожали нас взглядами.
– На сегодня все? – спросила я его тихо, чтобы нас никто не услышал.
– Да, теперь я весь твой, – целуя меня в макушку, ответил Мур.
– Это правда, что тебе требуется реабилитация? – я обеспокоенно посмотрела ему в глаза.
– Нет, неправда, – хитро улыбнулся он. – Пусть они так думают, а правду им знать не положено.
– Как продвигаются дела с расследованием покушения? Еще не нашли убийцу?
– Нет. В обоих случаях он не оставил следов. Либо ему везет, либо убийца намного ближе, чем мы думаем, – недовольно рыкнул мой мужчина, теснее прижимая меня к себе.
– Ты всех уже проверил в доме?
– Да. И у всех есть алиби, что подтверждают свидетели и обслуга. Давай пока не будем омрачать наш выходной и ломать над этим голову. Для этого у меня есть Абдул и еще куча народу.
– Кстати об Абдуле. Я кое-куда позвонила, и мне нужно кое-кого встретить в аэропорту через… – Я быстро посмотрела на его дорогие наручные часы. – Через три часа. Этот человек мне очень дорог, и я прошу у тебя разрешения его приютить, пока я буду у тебя… гостить, – быстро сказала я, отводя глаза в сторону.
Честно, мне было очень стыдно просить его о таком, потому что…
– Посмотри на меня, – тихо приказал мне Намурон.
Если бы мне кто другой это сказал, я бы этого не сделала. Но этот мужчина вызывал во мне непреодолимую тягу к послушанию. Глубоко вздохнув, я повернула к нему голову и утонула в его нежности. Намурон смотрел на меня, как на женщину, ради которой готов на все. Сердце быстро забилось от сладкого чувства. Пусть он еще не готов сказать тех слов, что обычно требуются нам, глупым женщинам. Но именно эти слова отражают наше стремление к прекрасному и вечному.
– Ты можешь приглашать в мой дом кого хочешь. Мы сейчас поедим, а после заберем из аэропорта твою подругу Вику.
– Откуда ты узнал?
– Я многое знаю, как и то, что скоро у кого-то день рождения, – прошептал мне на ушко Намурон.
Господи, мужчина моей мечты все-таки существует!
* * *
Мы вышли из здания с Намуроном, крепко держась за руки. Я все еще пребывала в легкой эйфории, когда перед нами плавно остановился белый лимузин и из него вышел мужчина. Лицо этого человека показалось мне смутно знакомым, так как в нем прослеживалось небольшое сходство с Салимом. Вот только если у отца Намурона лицо было открытым и добродушным, то у этого мужчины оно было замкнутым и жестоким.
– Кто это? – тихо спросила я у резко остановившегося Мура.
– Илан, родной брат отца, – так же тихо ответили мне.
– Дедушка Лисы?
– Да, он самый.
Так вот ты какой, северный олень! Я сразу же почувствовала неприязнь к этому человеку. Илан словно излучал недоброжелательность и арктический холод, – хоть на улице и было около сорока градусов тепла, но по моей спине пробежал мороз. Его взгляд буквально пронизывал меня насквозь. Я нахмурилась. Если на других людей это и действовало, то только не на меня. Я открыто и холодно посмотрела
