— Ей сказали… — Даниэль замялся. — Добрые люди…
— Почему поговаривают, что это была я?
— Ну, возможно, потому что это была ты… или почти ты.
— Я так и думала. — Кейтлин замолчала, стараясь точнее сформулировать следующий вопрос. — Скажи мне, ведь Меган не уехала к отцу?
— Нет, — опустил глаза молодой человек.
— Я так и думала. Ты мне рассказывал старинную легенду об Адель… Помнишь?
— Конечно, ты так завороженно ее слушала.
— Адель — это Меган?
— А ты сообразительная, — усмехнулся Даниэль, пытаясь скрыть горечь в голосе.
— После того как тебя арестовали, я ушла спать, а потом ко мне в комнату пришла Меган, сначала накричала, потом извинилась, и я ее больше никогда не видела. Ни ее, ни кулона, принадлежащего маме, — от него остались лишь крошки. Но зато на днях я услышала, что к графине Дорсет приезжала я. Это как-то связано?
— Я не знаю, в кого Меган превратилась после смерти. Она не призрак, скорее дух, — ответил Даниэль. — Она, в отличие от Мэлори, привязана не к месту, а к объектам — лунным камням.
— К тем, которые после ее смерти обнаружили в беседке?
— Да, к ним. Их было пять. Иногда, когда Меган совершает что-то… неправильное или то, что влияет на чью-то жизнь слишком сильно, один из камней разрушается.
— У меня был последний?
— Нет, — улыбнулся Даниэль. — Есть еще один, и возможно, когда-нибудь, когда она будет нужна, Меган вернется снова. Так уже случалось, и не раз.
— Что она сделала сейчас? Из-за чего распался камень?
— Одолжила твое тело, чтобы сказать леди Кларисс о том, что я в опасности.
— Я даже не знаю, могу ли на нее злиться, — потрясенно пробормотала девушка. — Почему она просто не попросила меня о помощи? Теперь я чувствую себя виноватой!
— Возможно, не верила, что ты пойдешь на это ради меня, — грустно усмехнулся Даниэль.
Кейтлин была благодарна, что он не стал задавать вопрос, на который ей не хотелось бы отвечать.
— Чтобы успеть к тебе, мне нужно было разобраться в случившемся. После того как Гарри арестовал меня под глупейшим предлогом, у меня появилось несколько часов свободного времени для того, чтобы подумать обо всем. Мистер Дэвис и сам не верил, что его заявления имеют под собой какую-либо почву…
— Значит, на них купилась только я? — прошептала Кейтлин и опустила глаза, не зная, куда деться от стыда.
— Это не важно. Ты верила в то, что на тот момент считала правильным. Так вот, после ареста я понял, что наш сыщик просто стремится меня убрать на какое-то время. Сначала я предположил, что причина всему ты и Дэвисом движет банальная ревность, но потом сопоставил факты и понял: все намного серьезнее.
— Ты вышел на Блаватскую?
— Да. Это в ее духе. Она медиум и управляет умершими людьми. Она общается с духами, и для нее ничего не стоит нейтрализовать призрака-дворецкого.
— Но как? Зачем ей все это?
— Я не знал до последнего. Чтобы понять, что к чему, пришлось полностью воссоздать картину произошедшего с самого начала, заглянув в прошлое. Элен Блаватская, урожденная Елена Петровна Ган, узнала об артефакте, приносящем удачу, от своей родственницы, на попечение которой была отдана после смерти матери. Родственница в то время была немолода, но начитанна и очень любила рассказывать страшные истории про колдунов, нечистую силу и амулеты, приносящие удачу. История о жуке-скарабее, якобы принадлежащем Наполеону, произвела на впечатлительную, склонную к истерии шестнадцатилетнюю Елену очень сильное впечатление. Она буквально помешалась на идее найти и присвоить амулет. Когда ей было шестнадцать или семнадцать, Елена неожиданно для всех заявила, что собирается выйти замуж за генерала Никифора Васильевича Блаватского, уже тогда бывшего в солидном возрасте. Получив достаточно свободы, Блаватская попыталась разузнать о жуке-скарабее и, заявив, что устала от мужа и хочет уехать, отправилась в путешествие. Никифор Васильевич, будучи человеком мягким, не только не возражал, но даже обеспечил жену материально.
В путешествии Блаватская увлеклась оккультными учениями и направилась сначала в Константинополь, потом на Восток, в Индию, Египет, Северную Америку. Везде она искала подтверждения услышанной легенды. Именно в стремлении узнать больше она занялась спиритизмом и пыталась связаться с духом Наполеона. Наконец в Саксонии от князя Шварценберга Блаватская узнала, что жук и правда существует. Но сейчас принадлежит не князю. Шварценберг изначально боялся этого артефакта и недолюбливал его, поэтому при первом удобном случае продал жука-скарабея путешественнику и собирателю древностей — эксцентричному Джону Маккензи. Тогда Блаватская отправилась в Лондон в поисках барона.
К этому времени Джон уже не путешествовал и начал вести уединенный образ жизни в своем доме, похожем на склад древностей. Блаватская несколько раз пыталась наладить с ним контакт, но потерпела неудачу. Она начала разрабатывать свой план. Завела знакомство со мной, но тоже не преуспела, тогда обратила внимание на молодого, амбициозного и влюбленного в нее Гарри Дэвиса. Думаю, Гарри знал о планах Блаватской лишь частично, ей не нужно было убеждать его, он и так был готов на все ради одного ее взгляда. Гарри начинает действовать решительно. Он берет у Блаватской порошок, который на несколько часов нейтрализует Мэлори и нашего незаменимого охранника Нуненхотепа, потом проникает в дом и убивает барона и его слугу. Все это не составило труда для хорошо подготовленного человека, недурно владеющего оружием. Дальше все было просто. Работа Гарри давала лучшее прикрытие. Расследуя убийство, которое сам же и совершил, он мог безнаказанно обшаривать оставшийся без хозяина дом в поисках скарабея. Это был идеальный план.
— Но тут появилась я и все испортила?
— Именно. Думаю, когда на горизонте появилась ты, Гарри и Элен сильно запаниковали, но Блаватская быстро поняла, как можно использовать сложившуюся ситуацию с выгодой. Гарри заставляет тебя увлечься расследованием, а Элен с помощью Вестницы, которую вызвала из мира мертвых, направляет расследование в нужное русло.
— Но как она заставила Вестницу рассказать мне о скарабее? — поразилась Кейтлин.
— Вестница ничего тебе не рассказывала, она была просто отвлекающим маневром. Все, что ты видела во сне, это не послание Джона, а работа Элен. Они обвели нас вокруг пальца. Удивительно, что ни ты, ни я серьезно не пострадали.
— Но как же быть? И что со скарабеем?
— Элен получила все, что хотела. Теперь, я думаю, она надолго здесь не задержится. Пойдет покорять новые вершины. Подозреваю, мы о ней еще услышим.
— А артефакт?
— Он не приносит удачу. Рано или поздно Блаватская поплатится за обладание им, а у нас в наличии еще очень много опасных безделушек. К чему нам скарабей?
— Не нам, — печально покачала головой девушка. — Тебе.
— Ты так сильно хочешь домой? — печально улыбнулся Даниэль, заглядывая Кейтлин в глаза и пытаясь прочитать в них ответ.
— Не знаю. Мое положение здесь очень шаткое. Люди и так судачат. Скоро меня никто не сможет назвать честной девушкой.
— Это глупости. — Даниэль склонился и, поцеловав Кейтлин в губы, произнес: — Оставайся со мной. У меня есть замечательная идея, как раз и навсегда прекратить кривотолки. Нам только нужно написать твоему отцу письмо. Он, конечно, не будет рад отдать твою руку и сердце одному родовитому лондонскому бездельнику, но из-за океана его протесты нам не страшны.
— Ты предлагаешь это серьезно? — с замиранием сердца поинтересовалась девушка.
— Как никогда, — шепнул молодой человек и сжал ее в объятиях.
— А как же твоя графиня?
— Больше никаких графинь. — Даниэль отстранился и, повернув Кейтлин лицом к себе, твердо сказал: — Я обещаю. С этого мгновения — только ты.
Ноябрь, 2012
Примечания
1
Почему бы и нет? (фр.)
