В дальнейших рассуждениях мы будем основываться на том выводе, который сделал сам В.Н.Емельянов: масонство едино во всём мире, хотя масонские низы об этом и не подозревают. Автор «Десионизации», освещая времена образования первых рыцарских церковных орденов, считает, что уничтожение Филиппом IV тамплиеров было неожиданностью для «мировой закулисы» и явилось доброй инициативой для многих королевских верхушек Европы:
«ВПЕРВЫЕ И, К СОЖАЛЕНИЮ, ЕДИНСТВЕННЫЙ РАЗ ЗА 3000 ЛЕТ АДМИНИСТРАТИВНЫЙ АППАРАТ ГОЕВ ОКАЗАЛСЯ НА ВЫСОТЕ и не только во Франции [cccxiii]. В этот же день по просьбе дружественного им Филиппа Красивого многие монархи Европы поступили так же».
Это не вяжется с тезисом о единстве масонства и не укладывается в логику дальнейших рассуждений автора, а также не ложится и в историческую целесообразность, которую поддерживала «мировая закулиса», делая “историю” согласно своему глобальному сценарию. Конечно, тамплиеры могли в какой-то мере выйти из-под контроля «закулисы» (и папской церкви), но они не обладали властностью (ни один масонский орден и ложа не обладают самостоятельностью — самовластностью — в силу многих причин, которые мы опишем далее, и первая из причин это несовершенство психики для какой-либо самостоятельности) и не могли свободно диктовать свои условия своим же хозяевам: иерархия по посвящению исключает любое своеволие. Выйти же из толпо-“элитарной” иерархии целым орденом, конечно, можно было (ненадолго) — но существовали и другие ордена, тайные организации, а в силу внутриодренской иерархии достаточно было физически устранить его руководство (которое вледеет секретами), и весь орден “завянет” как растение без воды. Но сделать это может лишь тот, кто сам обладает информацией о структуре верхушки тайного общества. Учитывая строгую иерархическую структуру масонских орденов (где нижестоящие не знают своих вышестоящих хозяев и так далее), кроме высшего надорденского руководства никто не мог дать распоряжение на прикрытие ордена тамплиеров, раскрыв исполнителю (им стал Филипп IV) ключевые фигуры “заговора”.
Ещё одним вариантом причины уничтожения тамплеров мог быть раскол в самой «мировой закулисе». Однако, причина раскола должна была быть очень веская — даже глобальная. И она в общем-то имеется: это — кризис католичества, начавшийся после распада Римской империи и раскола церквей.[cccxiv] Часть «мировой закулисы» могла ратовать за поддержку католичества, другая часть стала предлагать свёртывание “христианского” проекта идеологического прикрытия толпо-“элитарного” библейского сценария для постепенного перехода к его светскому варианту.
Но всё же первая причина наиболее уместна: «мировая закулиса», ощущая кризис библейского христианства (в первую очередь католичества), решила начать изменять систему тайного управления и взаимоподчинения друг другу своих кадров в Европе. Административный аппарат римских пап себя не оправдал в её глазах. От него отняли часть власти (упразднив и целенаправленно созданный для поддержки папы орден тамплиеров) [cccxv] и передали эту часть власти другим рыцарским орденам, а также и иудейским диаспорам.
Действительно, верхушки ряда европейских государств не хотели подчиняться единому католическому порядку — что и явилось причиной невозможности установления единого католического порядка в Европе после раскола церквей. Но самим католичеством и рыцарскими орденами руководили не короли и императоры поэтому: упразднение тамплиеров — следствие объективного кризиса чисто католического прикрытия общего толпо-“элитарного” сценария, а не одна из причин кризиса католицизма. То есть, сперва католицизм вошёл в кризис, а затем было в «закулисе» принято решение об упразднении одного из главных воинствующих орденов, поддерживающих католическую церковь и папу, чтобы отнять у папы часть полномочий. Исполнителя же на роль инквизитора было нетрудно найти в среде враждующих с папой королей европейских государств.
К тому же алгоритмика подготовки Филиппа IV к решающему ходу операции выглядела весьма странно. Он отпустил всех, кто в иудо-масонской иерархии стоял выше тамплиеров (куда, естественно, попали и посвящённые нерядовые руководители ордена) — как будто желал их вывести в безопасное место от смертельного конфликта:
«Важнейшим подготовительным мероприятием, проведённым Филиппом перед арестом тамплиеров было полное удаление из Франции всей критической массы иудейской пирамиды. Без этого его акция была бы заранее обречена на провал. Он провёл эту хирургическую операцию ещё в 1306 году. Только после этого он принял меры против тамплиеров, в которых видел уже производную после золотой пирамиды опасность. В этом сказалась его величайшая государственная мудрость [cccxvi]. Хозяева иудо-масонской пирамиды учли ошибки 1307 года:
а) единоначалие гойских правителей должно быть ограничено широким советом или парламентом (т. е. своими людьми), без которых ни одно решение не может приниматься; б) духовное единоначалие папы римского должно быть уничтожено созданием в каждой стране “национальных” еретических церквей, за главами которых скрывались бы левиты; в) ни одна важная с точки зрения золотой пирамиды страна не может оставаться без наличия в ней её критической массы, пусть даже формально замаскированных под христиан (как, например, мараны в Испании, ловко скрывавшиеся под личиной христиан с 1492 г. до наших дней, когда после восстановления монархии в Испании вся экономика этой страны вдруг оказалась в руках лиц, которые стали посещать вновь открывавшиеся через пять веков синагоги)».
Конечно, кризис католицизма это «заслуга» не подчинившихся папам верхушек ряда европейских государств, одним из представителей которых был Филипп IV. Ему и было разрешено уничтожение ордена тамплиеров. Но ведь и он и многие другие главы (и целые государства),[cccxvii] не подчинившиеся папам, были незамедлительно наказаны смертью (после совершения ими всей черновой работы) а “богатства” тамплиеров пропали.[cccxviii] А “ошибки” «закулиса» действительно попыталась “исправить” постепенным введением “демократических” основ после 1307 года (выделены жирным в цитате из «Десионизации под буквами а, б, в), ослаблявших «абсолютную» власть монархов и, главное — дававших предшественникам масонов большую «свободу» и скрытость влияния на европейские режимы [cccxix]. Таким образом вначале «закулиса» поменяла “ролями” власть папы и орденские полномочия,[cccxx] а затем постепенно вся власть (в смысле проведения «нужных» серьёзных инициатив) стала переходить к скрытой в “демократизирующемся” европейском мире иудо-масонской пирамиде: “христианским” иерархам же пока оставили роль пастырей для «гоев» и низов “элит”. Рассмотрим предысторию создания первых рыцарских орденов и то, как происходила передача власти от римского папы к орденам. Обратимся к «Десионизации»:
«Внимательное рассмотрение того, как христиане-крестоносцы превратились в сатанистов-служителей левитов имеет для нас далеко не чисто исторический интерес.
Основателями ордена были соратники Готфрида Бульонского французские рыцари Гуго де Пайянс и Готфрид де Сент-Омер, которые в 1118 году вступили в Палестине в союз с семью другими рыцарями и во имя Божьей Матери принесли обет целомудрия, послушания и бессребреничества, четвёртым главным обетом этих девяти рыцарей была защита паломников в Св. Землю против сарацин. Существует мнение, что уже при самом основании ордена стояли левиты. Рыцари — основатели ордена не были монахами, ибо монах не носит меча, тем не менее они повторили перед патриархом иерусалимским вышеназванные три монашеских обета, неисполнение которых служило одним из главных предметов обвинения после ареста храмовников в 1307 году. Основан был орден в иерусалимском странноприимном доме. Вскоре король Балдуин II Иерусалимский отвел им именно ту часть своего дворца, которая была построена на том месте, где находился Храм Соломона. Многие исследователи полагают, что иудейские менторы рыцарей особенно заинтересовались ими как раз после этого и подсказали также выбор орденского знамени, состоявшего из сшитых вместе чёрного и белого квадратов, знаменующих главную идею дуализма [cccxxi] — равнозначность добра и зла, т. е. бога и сатаны [cccxxii].
