— Митараши изогнула бровь. — Эро-тайчо что-то задумал? Может, капитан желает вновь посмотреть на мои прелести при свете дня?
— Анко, как думаешь, я достаточно проницательный? — Не обратив внимания на пошлые шуточки, Какаши спокойно задал вопрос, холодным взглядом смотря в лицо собеседнице.
— Ам… — подобный вопрос мгновенно заставил девушку растеряться. — Ну… не знаю, а к чему такой вопрос? — Столь неожиданная смена темы застала девушку врасплох; она возжелала узнать, что снова взбрело в голову эро-капитана.
— Во время нашей первой встречи, я заметил, что ты была настроена ко мне несколько негативно. Хотя я уверен, что до этого момента мы не встречались и фактически являлись незнакомцами. И я хотел бы прояснить этот момент, чтобы между нами не возникло непонимания и скрытой вражды. Затаённые обиды могут повлиять на успех миссии. Да и нам будет сложно работать в команде без доверия. — Приоткрыл карты Хатаке, рассказав о замеченных им странностях.
От слов капитана, девушка растерялась ещё больше: её щёчки покраснели, глазки забегали, а сама она робко переминалась с ноги на ногу, явно не зная, что ответить. В этот момент, Митараши выглядела подобно ребёнку, которого поймали за шалостью и он не знает, как оправдываться перед взрослыми. Поглядев на растерянную девушку, Какаши подумал, что сейчас она выглядела очень мило.
— А… это. Ну… знаешь… как бы это сказать…
— Говори прямо, я не обижусь. Или мне воспользоваться своим положением? Или лучше шаринганом дабы докопаться до истины? — Не смотря на положительные чувства от вида Митараши, Хатаке не желал терять время попусту и немного пригрозил иными, более жёсткими вариантами выхода из этой ситуации.
— Пф! — возмущённо фыркнула девица, оскорблённая до глубины души подобным отношением. — Хочешь прямо? Ладно! Ты обидел мою подругу!
— М-м-ма… — растерянно, — что? — от такого ответа, Какаши окончательно перестал что-либо понимать.
— Ты обидел Куренай! — Девушка ткнула пальцем в капитана, неизвестно зачем упомянув их, как оказалось, общую знакомую.
— Когда это? — только и смог переспросить юнец, не понимая, когда он кого-то обидел и даже не заметил, как обидел.
— Бесчувственный чурбан, — продолжила злиться Митараши, перейдя на оскорбления. — Она всю ночь рыдала в подушке, а ты даже ничего и не понял⁉ — И только на этих словах общая картина стала вырисовываться в голове капитана, из-за чего он наконец-то всё понял и осознал. И то до чего он додумался, ему сильно не понравилось.
— Это когда я отказал ей? — холодно уточнил юноша, догадавшись обо всех причинах гнева собеседницы.
— Да! Знаешь ли ты как девушкам больно принимать отказы⁉ Мы не вы, у нас нежные сердца, а у вас их вообще нет. И это я ещё молчу о твоих страшных Гендзюцу! — Всё продолжала свирепствовать Митараши, не замечая ничего вокруг.
И это стало последней каплей.
«Надоело…» — с раздражением подумал Хатаке, впервые за долгое время серьёзно разозлившись на всю эту глупость из-за женщин и их «логики».
— Не ори, — холодно приказал Какаши, придавив жаждой крови; птицы из-за страха тут же взлетели в небо. — Уже забыла, что я говорил про внезапное нападение врагов?
Почувствовав на себе гнев капитана, девушка мгновенно замолкла и немного съёжилась под его взглядом.
— А касательно Куренай, я ей объяснил причины отказа: у меня недавно погибла невеста, и я не собирался заводить отношения спустя неделю после её кончины. — От этих слов юноши, Анко мгновенно ещё больше поникла и опустила плечи.
— Прости, я не знала.
— Молчи. Не нужно больше слов. Мы и так задержались и показали всем наше местоположение, — юноша взглядом указал на летающих по небу птиц. — Лучшим решением будет вернуться к миссии. А об этом мы сможем поговорить и в другой обстановке. Следуй за мной, Анко.
Сказав все нужные слова, Какаши прыгнул на верхние пути и продолжил движение к границе.
— Есть… — робко ответила девушка, прыгнув вслед за своим капитаном.
Глава 29
Собака и змей
Глава 29: Собака и змей
Весь последующий путь для Какаши и Анко прошёл в молчании. Девушка чувствовала вину за сказанные на эмоциях слова, в то время как Какаши по большей части давно уж справился со своими чувствами и сосредоточил всё внимание исключительно на миссии. Весь день пролетел на одном дыхании, погода больше не затрудняла движение отряда и вот, преодолев ещё пару сотен километров по верхним путям, капитан отдал команду остановиться.
— Достаточно. Мы проделали большой путь, впереди только граница. Ищем место для лагеря, время пополнить силы. — Остановившись на одной из веток, Какаши отдал новые приказы для приземлившийся рядом с ним Анко.
— Хай, капитан, — уставшим голосом ответила Митараши и с радостью принялась исполнять новую задачу; за прошедший день девушка серьёзно устала от постоянного движения на высокой скорости.
Разбив лагерь, Митараши вместе с Хатаке достали из фуин-свитков немного консервированной провизии и чистой воды, затем они пополнили силы подкрепившись едой. После позднего ужина, Какаши уже собирался огласить график дежурств, как внезапно Анко взяла первое слово.
— Капитан… — робко промолвила девица, — простите за те слова. Я, правда, не знала. — Голос девушки был полон раскаяния, а весь вид так и говорил о терзаемом чувстве вины с абсолютным незнанием, как и что нужно сделать, чтобы избавиться от него и извиниться так чтобы простили.
— Это уже в прошлом, нам не стоит забывать о сделанных ошибках, но нельзя на них зацикливаться, нужно жить настоящим и смотреть в будущее. — Спокойным тоном ответил Какаши, сказав удивительно не свойственные слова для человека его возраста, настолько несвойственные, что в этот момент Анко невольно сравнила капитана со своим сенсеем.
Орочимару порой говорил точно также, в его словах частенько чувствовалась мудрость от огромного количества пережитых трудностей, но откуда подобный тон мог взяться у столь молодого ниндзя?
«Может это из-за того что Какаши гений?» — предположила Анко и сразу же поверила собственным доводам.
— … То есть, вы прощаете меня? — робко спросила девица, всё ещё испытывая вину.
— Да, прощаю. Нет смысла держать обиду из-за такой
