Читаем без скачивания Мятежный Процион - Андрей Ливадный

– Внимание! Нас заметили! На сканерах неопознанные механоформы! – Энтони успел лишь сообщить об опасности, даже его реакции не хватило, чтобы уклониться от стремительно пикирующих механизмов, использующих для полета миниатюрные турбореактивные двигатели.

Они выглядели словно уменьшенные в десятки раз копии вооруженных флайботов.

Дрейк сделал все, что мог: он резко присел, открывая Мари и Яну сектор обстрела.

Вооружение вездехода оказалось бесполезным – машина не могла вести огонь в направлении людей, а летающие механоформы словно чувствовали это… либо отрабатывали уже апробированный на практике маневр – они неслись прямо на Дрейка, двигаясь всего в полутора метрах от земли, поднимая за собой вихрящиеся облака вулканической пыли…

Две короткие очереди разорвали мрачную тишину, пули пронеслись над головой Энтони, ударив в атакующие механизмы.

В следующий миг сканеры Дрейка зафиксировали, как среди разлетающихся во все стороны обломков сверкнул злой стробоскопический язычок статики, и удар электромагнитного импульса внезапно парализовал сервоприводы, оставив андроида стоять на коленях, словно изваяние.

Вокруг вихрилась поднятая падением уничтоженных механизмов пыль, но Дрейк уже не воспринимал реальность, его сканеры отключились, отказали не только сервосистемы, но и видеодатчики, обмен данными был полностью нарушен, работали только нейромодули – он продолжал мыслить в полном всепоглощающем мраке…

Ян и Мари, сбив передовые машины, не сговариваясь, рухнули на землю.

В следующий миг по выходящим из стремительного пике механоформам заработали орудия вездехода.

Над головой что-то взрывалось, разлетаясь горячей шрапнелью осколков, а они лишь вжимались в податливый грунт, понимая, что опасно даже приподнять голову…

Несколькими секундами позже все стихло.

Ян первым поднялся на ноги, помог встать Мари и, только осмотрев ее скафандр, сделал шаг к неподвижно застывшему Дрейку.

– Энтони!.. – Голос Мари прозвучал глухо и тревожно. Не обращая внимания на дымящиеся обломки механизмов, она вслед за Яном бросилась к неподвижной, коленопреклоненной фигуре.

– Спокойно… Повреждений скафандра нет. Похоже, его достали электромагнитным импульсом!..

– Что делать, Ян?

– Ищи вход в сегмент.

– Хорошо. Я поняла. – Мари обернулась, осматриваясь по сторонам, но новых противников не обнаружила – вокруг по-прежнему клубилась смешанная с дымом пыль, однако орудия вездехода смолкли, да и сканеры скафандра указывали, что бесноватая атака пяти механизмов оказалась для последних гибельной.

Ян обернулся, оценивая расстояние до вездехода.

Без усилителей мускулатуры ему не дотащить Дрейка.

Нет. Машину нельзя трогать с места, иначе, приблизившись к сегменту «Европы», вездеход заблокирует себе секторы обстрела. Неизвестно, с какой стороны клубящаяся мгла вытолкнет очередную опасность.

Положение еще не отчаянное, но неприятное. С Дрейка необходимо снять скафандр, чтобы добраться до миниатюрной панели, с которой можно произвести перезапуск системы. Сколько продержатся его нейромодули при остановившихся системах питания? Четыре минуты, если не изменяет память…

– Ян, есть вход! Я нашла его!

– Ключ подходит? Проверь механизм шлюза.

– Сейчас.

Это открытие принадлежало Дрейку. Еще год назад, исследуя очередной сегмент колониального транспорта, он обратил внимание на то, что каждый шлюз любого из аварийных модулей имеет не только электропривод, но и механическую систему отпирания с одинаковым гнездом для универсального ключа, при помощи которого разблокировался привод обыкновенного штурвала.

Теперь этот ключ, изготовленный Энтони, мог спасти ему жизнь.

– Есть. Я открыла! Механика работает. Внутренний люк заперт.

– Мари, возвращайся. Мне одному не дотащить Дрейка.

Она появилась из мглы спустя несколько секунд. К счастью, шлюз отделяемого модуля располагался неподалеку.

С трудом приподняв Энтони, они вдвоем потащили его к шлюзу.

Хорошо все то, что хорошо кончается.

Когда внешний люк встал на место, в шлюз начал автоматически нагнетаться воздух. Это означало, что внутренние системы модуля находятся в рабочем состоянии.

Ян, дождавшись, пока давление достигнет половины установленной нормы, начал расстегивать скафандр Дрейка.

Спустив рукав с плеча андроида, он рывком разорвал шов одежды, обнажая смонтированную в районе «ключицы» миниатюрную панель ручного ввода команд.

– Мари!

Она уже протянула руку, касаясь пальцем в толстой, неудобной гермоперчатке нужного сочетания сенсоров.

Внутренний люк с шипением уполз в сторону, открывая доступ к отсекам аварийного сегмента «Европы», но ни Мари, ни Ян даже не посмотрели в ту сторону – их взгляды были прикованы к индикаторам крохотной панели управления.

Шли томительные секунды ожидания.

Наконец один за другим вспыхнули три желтых точечных индикатора.

Система реактивировалась.

Желтый цвет означал начало процесса загрузки данных. Не факт, что она пройдет успешно, но первыми должны включиться системы питания нейромодулей.

– Заходим. Внутрь.

Они опять приподняли Энтони, переместив его в коридор, начинающийся сразу за люком, который, как только шлюзовая камера освободилась, автоматически встал на место.

Наконец на крохотной панели один из индикаторов сменил свой цвет на зеленый.

– Есть питание… – облегченно вздохнула Мари.

– Странный модуль… – Ян шел по коридору, сканируя расположенные за переборками помещения. Мари оставалась подле шлюза, ожидая, когда заработают сервоприводы Энтони.

– Что ты видишь?

– Похоже на склад. За переборками расположены емкости с химическими веществами.

– Досадно.

– Не знаю… В этом должен быть какой-то смысл. Иначе к чему транспортировать через бездну пространства химические элементы, которые вполне можно добыть на колонизируемом мире?

– Возможно, ты прав. – Мари на секунду умолкла и вдруг радостно сообщила: – Порядок! Энтони очнулся!

– Отлично. Я двигаюсь дальше по коридору. Ищу отсек управления. Как только сможете – присоединяйтесь.

Отсек управления откровенно удивил Ковальского.

Во-первых, его стены оказались неровными, они выступали внутрь поста непонятными полусферическими вздутиями. Во-вторых, тут, кроме автономной системы навигации, располагались мощные терминалы, соединенные в локальную сеть.

И, наконец, в-третьих, на панели управления, между сиротливыми сигналами резервного питания, был закреплен бросающийся в глаза блок памяти, соединенный со сложным устройством голографического воспроизведения.

Как будто его нарочно оставили на виду, – подумал Ян.

В коридоре за дверью раздались шаги, и в отсек управления вошли Мари с Дрейком.

– Ты как?

– В порядке… – Энтони слабо улыбнулся и тут же спросил: – Нашел что-нибудь?

– Сейчас посмотрим. – Ковальский многозначительно указал на терминалы и запоминающее устройство. – Похоже, все это специально оставили на видном месте.

Он протянул руку, коснувшись сенсора воспроизводящего устройства.

Аварийный свет в отсеке мигнул, и вдруг голографическая проекция заполнила собой весь объем помещения, полностью изменив его форму и содержание.

– Мой бог… – выдохнула Мари, – это же…

Сумасшествие.

Бред.

Третий год полета сквозь бездну…

Проснувшись, Андрей лежал, уставившись в низкий потолок тесной каюты, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить Беат.

Вот и она вздрогнула во сне, застонала, потом вдруг затихла, но ее дыхание не стало ровным.

– Уже не спишь?

Вместо ответа она встала.

Два шага вдоль откидной койки, шелест отодвигаемой двери, и в смежном помещении, больше похожем на встроенный шкаф, раздался шум воды.

Они постепенно сходили с ума, переставали понимать друг друга…

Сон окончательно ушел. Посмотрев на монитор кибернетической системы, Андрей встал, машинально отметив, что проспал всего пару часов.

Болела голова.

Помещение казалось душным, хотя это являлось иллюзией – регенератор исправно шелестел, подавая в тесную каюту свежий воздух.

Он заказал бытавтомату кофе, натянул одежду и сел за терминал, привычно положив пальцы на раскладку сенсорной клавиатуры.

За тонкой перегородкой тихо шелестела вода.

Пальцы сами пробежали по сенсорам, и вслед за этим движением на экране появилась строка текста.

Диктовать не хотелось, он размышлял, делился сокровенным с незримым собеседником.

Я, Андрей Дибров, капитан Российского национального агентства астронавтики…

Выстрел грянул оглушительно, неожиданно.

Дибров даже не вздрогнул, лишь повернул голову. Так и есть: интерком включен на прием громкой связи.