общался с Багратионом. Как он и предсказывал, ни одна девушка больше не посмела ко мне подойти, а вот его подругам с огромным трудом удалось отбить кавалера от претенденток. Но, к моему огромному удивлению, подходили парни. В основном — выразить свое уважение и представиться.
— Чуют кошки, кто мясо съел. — усмехнувшись заметил на это Константин, а мне подумалось, что дело в резко изменившемся статусе. Это я в высшем свете полный профан, а остальные резко сообразили, что если уж дочка императора хочет выйти за меня замуж, то быть мне как минимум его зятем. А это уже очень неплохие перспективы в политической жизни и местничестве.
Знали бы они, что, скорее всего, узнав о моей настоящей личности тот самый император или прикажет меня казнить, или запрет в самую глубокую темницу — не лезли бы на рожон. К их великому несчастью я эту тайну раскрывать не собирался. В добрые чувства «дядюшки» я не верил ни на секунду. Если уж он свою родную-любимую сестрицу чуть со свету не сжил, то меня и подавно не пощадит.
В результате разошлись мы чуть за полночь, а на утро ситуация в корне поменялась еще раз. Полк Юдашкина, вероятно выполнивший свою миссию, снялся с позиций, и эскадрилья ушла на место постоянной дислокации, но без охраны наши высокие персоны никто не оставил, и вместо одних гвардейцев у нас появились другие.
Роты Суворовых, Долгоруких и Морозовых заняли всю территорию, расквартировавшись прямо в палатках у шлюпов, стоящих на равном удалении от главного корпуса академии. А около десяти утра, после завтрака, нас посетила высокая делегация из князей, руководивших войсками. Хорошо хоть речь толкать не стали, лишь проверили общую готовность к соревнованиям и заняли три кабинета.
— Его сиятельство Роман Мирославович требует вас к себе. — застыв по стойке смирно сказал гонец, когда после негромкого стука ему открыл дверь Василий.
— Доложите дяде, что я буду через пять минут. — ответил я, как раз заканчивая легкую зарядку. Увы, вчерашние события хоть и оказались весьма насыщенными, но ни одну из чакр к раскрытию не подтолкнули. Разве что третий глаз оказался наполнен и завис в пограничном состоянии раскрытия первого из девяноста шести лепестков.
В результате у меня были открыты все лепестки души, с прошлого перерождения, а это девятьсот семьдесят две штуки, на фоне чего достижения в этом мире в виде раскрытия всех четырех лепестков земли казалось сущей мелочью. Три лепестка воды — половина. Один лепесток огня, позволивший мне существенно поднять насыщенность тела гормонами и укрепить нервные клетки. Почти заполнен воздух, и эфир, хотя ни там, ни там ни одного лепестка не раскрыто. В любом случае, сейчас я находился на стадии пограничного прогресса, который обычный человек проходит да девять-двенадцать лет.
А я, благодаря раскрытой с самого начала душе, сумел пройти эту дорогу за восемь месяцев. Не знаю, кто из посвященных сумел достигнуть таких результатов за столь короткий срок. Возможно Будда? Хотя его история была совершенно иной, но не менее насыщенной на события и испытания.
— Ваше сиятельство, вы хотели меня видеть? — спросил я, входя во временный кабинет дяди Романа. Надо сказать выглядел он, не слишком хорошо, как человек, который очень давно полноценно не высыпался. — Все в порядке?
— И тебе доброе утро, племянничек. Садись. — махнул на кресло Роман. — Остальные свободны, как только поручения будут исполнены — сообщите.
— Есть! — щелкнув каблуками ответила пара офицеров, лет на десять старше Романа, и тут же удалилась.
— Ну так? Помощь нужна? — спросил я, откинувшись в кресле. — Как здоровье деда? А то уже четыре дня прошло, пора бы его проверить.
— Он на удивление бодр и весел. Что в его положении конечно похвально, но я за него беспокоюсь больше, чем за себя. — поморщившись ответил Роман. — К слову, нет, твоя помощь мне не требуется. Хорошенько выспаться, пару дней, и все будет в полном порядке. А вот о твоих подвигах мне все уши уже прожужжали. Верно ли, что это из-за твоих действий искаженный сбежал и раскрыл врата?
— Ну если так смотреть на ситуацию. — я поджал губы. — Мне удалось выявить предателя, во многом случайно. Но уж то, что он обернется искаженным я не предполагал. А о том, что они в состоянии раскрывать врата резонанса и что за этим следует — меня почему-то никто не предупредил.
— Да уж, секретность. — развел руками Роман. — Но ты справился лучше, чем можно было ожидать, ты жив, а твои враги — мертвы или бежали. Может это и не достижение, но хорошая тенденция. В следующий раз — постарайся их прикончить.
— Да уж постараюсь, теперь у меня есть хоть намеку в какую сторону двигаться. — усмехнулся я, расслабившись. — Князь Багратион продемонстрировал как на них действуют светошумовые гранаты, так что я обязательно обзаведусь парочкой. А как доберусь до училища, попрошу Краснова модифицировать их для меня.
— Уже что-то надумал? — удивленно спросил Роман.
— Да, пусть попробует совместить светошумовой эффект с направленным взрывом картечи. — ответил я. — Вдруг противник растеряется и удастся пробиться через его щиты? Будет не лишним.
— В самом деле, будет. — кивнул Роман. — Хотя такое уже пробовали. Да что только не делали, и пену горючую, и распылители, и гранаты объемного взрыва. К сожалению, у тварей круговая защита. Да еще и на уровне инстинктов. Ты не забывай, резонанс он не останавливает только материю, он вытаскивает к нам божественную материю. В прямом смысле. Пусть невидимую на ранних рангах, но осязаемую.
— Это я уже усвоил. Как и то, что в зависимости от мощности резонанса ее можно пробить другой материей. — просто ответил я. — Но не думаю, что ты позвал меня для того, чтобы проверить знания.
— Что, я уже не могу проверить как дела у моего дорогого племянника? — усмехнулся Роман, откинувшись на спинку кресла. — Да нет, я и в самом деле без особых задних мыслей позвал тебя поговорить. Заодно посмотреть, как ты. К слову, до меня дошли слухи что вчера у тебя был небольшой конфликт с Михаилом. Тот отчитывался отцу о твоем вызове на дуэль… Ничего не хочешь сказать?
— Только то, что я его никуда не звал. Это он попробовал вызвать меня, но после моего предупреждения струсил и отступился. — пожал я плечами, подозрительно взглянув на чересчур спокойного Романа. — А больше тебе ни о чем не докладывали?
— Хм, даже странно, но нет. А о чем должны были? — нахмурился дядя.
— Вчера некая Мария Холодец заявила, что собирается выйти за меня замуж, а после отказа взбесилась
