Читаем без скачивания Мужики что надо - Александр Колин

Двух высоких, одетых в черное, двоюродных братьев отца. Рядом с отцами стояли их старшие сыновья, такие же высокие и широкоплечие.

Один из них позднее стал вертолетчиком и погиб все в том же проклятом Афгане. Его, Омара, двоюродные дяди и троюродные братья так же, как и другие родственники, приехали из Азербайджана.

Отец был высоким и сильным человеком, таким стал впоследствии и старший из его сыновей, Артур. Вообще все мужчины в их семье были высокими и широкоплечими, изяществом форм отличался только один он, младший из сыновей Марата Хафизова - Омар.

Когда-то отец приехал сюда на Волгу вместе со своим неразлучным другом Сиявушем Ганджиевым - дядей Сиявушем. Они вместе работали инженерами на нефтеперерабатывающем заводе. Потом пути друзей разошлись, да так, что Марат даже обменял свою просторную квартиру в районе, где располагался завод, на "хрущобу", в которой и по сей день обитал его младший сын.

С завода, где главным инженером стал уверенно набиравший обороты друг, отец тоже, разумеется, ушел. Произошло это незадолго до рождения Омара. Отец устроился на другое предприятие, где, получая гроши, честно отсиживал свое, а в свободное время подрабатывал, давал частные уроки - он превосходно играл на скрипке - и, говорят, проявил себя как прекрасный педагог.

Наверное, в тот день он размышлял, как заставить очередное гениальное чадо, которому на ухо наступил слон, играть немного лучше. Только он, переходя покрытую наледью улицу - стояла весна, - слишком рано вышел на дорогу.

Водитель грузовика не сумел остановиться и раздавил отцу грудную клетку.

Старый друг Сиявуш Ганджиев позаботился о том, чтобы невольный убийца получил на полную катушку, но что толку, если погибшего уже не вернуть?

Отец, наверное, казался многим странным человеком. Он с детства увлекался историей, а легенда о мифическом короле Англии Артуре больше других не давала покоя его пылкому воображению. Очевидно, поэтому старшего брата Омара и назвали Артуром. За свое же имя Маркизу следовало благодарить Омара Хайяма, поэзия которого восхищала отца.

Мать... Вот она.

Под другой плитой, расположенной рядом с первой, покоился прах маленькой русоволосой женщины - Галины Ивановны Петровой, мудрой, тихой и немногословной. Омару, когда он думал о матери, всегда прежде всего вспоминались её очень мягкие руки и негромкий ласковый голос. Ростом и сложением он, наверное, в неё и пошел, а лицом, когда вырос, стал похож на отца, даже гораздо больше, чем Артур.

И характер у него тоже был отцовский. Омар иногда думал, как повернулась бы его судьба, унаследуй он от матери не только рост, но и характер? Если бы отец не погиб так нелепо, Омар, наверное, сделался бы музыкантом. Тогда, так почему-то думалось Маркизу, ему не встретился бы сосед, обрусевший старик японец, которого сама судьба, наверное, заставила выйти на балкон и увидеть его, Омара, десятилетнего, в одиночку сражавшегося против двоих старших мальчишек... Это обстоятельство и определило его судьбу.

* * *

Он договорился о свидании с Аксельбантом и, когда они встретились, спросил прямо, что известно адвокату про гибель брата. Алексей Григорьевич не хотел отвечать на поставленный вопрос, но в конце концов сдался и рассказал все, что ему было известно. Конечно же, никаких письменных свидетельств, изобличающих Ганджиева, не существовало, их попросту и быть не могло, тем не менее Аксельбант подтвердил, что месяца три спустя после смерти Артура ему пришлось устраивать досрочное освобождение двум типам, отбывавшим срок за поножовщину в той же самой зоне, где находился Артур. Один из них вскоре погиб в пьяной драке, а другой, возможнб, проживал где-то в городе.

Адвокат подсказал Омару, как найти этого человека - Михаила Черепанова, которого больше знали в определенных кругах как Черепа. К своему огромному удивлению, Маркиз спустя какихто два часа, не разбив ни одной рожи и не сломав ни единой кости, даже пальца никому не выкрутив, а, наоборот, действуя очень политично, при посредстве "зеленых" бумажек, вкрадчивого голоса и располагающей внешности, сумел отыскать нужного ему человека в такой вонючей дыре.

Череп жил в доме, где располагались бюро ритуальных услуг и нотариальная контора В старом особнячке-развалюхе, который, судя по всему, шел под снос, имелись ещё и забытые всеми жильцы. Омар взглянул на полупровалившийся балкончик на втором этаже и подумал, что окно, лишенное стекол и закрытое где фанеркой, а где отвратительного вида подушкой, наверняка и находится в комнатухе Черепа. Он не ошибся.

Маркиз постучал в дверь и, услышав в ответ, как кто-то пробормотал хриплым голосом несколько ругательств, саданул каблуком ботинка чуть-чуть выше полуоторванной дверной ручки и решительно вошел в открывшуюся дверь.

Обитатель жалкого жилища принял полусидячее положение и захлопал глазами, не столько испугавшись нежданного гостя, сколько пытаясь понять, не грезится ли ему тот с похмелья, столь не соответствовала внешность полуденного визитера убранству жилища хозяина.

Удивляться появлению гостя Черепу долго не пришлось - тот оказался существом вполне материальным и даже слишком материальным, потому что, преодолев брезгливость, он присел на край грязной кровати и негромким голосом произнес:

- Мне нужна от тебя кое-какая информация.

Я могу дать тебе за неё немного денег, а могу просто искалечить тебя, выбирай. Только помни:

все равно ты мне скажешь все, что я хочу.

- Ты кто? - прохрипел в ответ Черепанов, пытаясь сообразить, куда он вчера засунул нож.

- Ты Черепанов Михаил Станиславович, он же Череп? - спросил он так, как будто бы сомневался в этом.

- Ну, - отозвался хозяин, которому редко доводилось слышать разом свое полное имя, фамилию да ещё и отчество Все это не могло не наводить на мысль о профессиональной принадлежности неизвестного - Ты мусор? - спросил Череп и немедленно подумал, что скорее всего нет.

Так оно и оказалось.

- Куда хуже, - покачал головой незваный гость и, сжав запястье Черепанова, приказал: - На мои вопросы отвечать коротко и внятно!

- Да пошел ты... - начал было Череп, но прилизанный тип в дорогом костюме, свалившийся так неожиданно на Мишину голову, резко повернул его запястье.

- Эй, ты сломаешь мне руку! - завопил Черепанов.

- И не только эту... Я искалечу тебя, если вздумаешь вилять со мной. Однако есть и другой выход. Ты можешь заработать.

- А сколько я получу, если скажу, что ты хочешь, не доставляя тебе лишних хлопот с моими конечностями? - спросил Черепанов, всегда отличавшийся чувством юмора. Похмельная смурь мало способствовала проявлению остроумия, однако инстинкт самосохранения у Миши всегда наличествовал. Понимая, что лишние вопросы могут послужить причиной лишней боли, он все же спросил: - Ты - мафия?

- Можешь думать все, что хочешь. Если не будешь мне врать, получишь сотню, если...

- Тысяч? - прервал гостя Череп, округляя загоревшиеся огнем глаза.

- Сотню "зеленых".

- Да ты... Что нужно-то?.. Что ж ты сразуто... А то руки ломать... Спрашивайте, мы отвечаем!

- Ты сидел в тюрьме двенадцать лет назад? - спросил Омар.

- Эй, приятель, а нельзя ли поконкретнее? А то ведь я там бывал довольно часто, назови год...

- Восемьдесят второй, тебя ещё потом досрочно освободили.

- А-а... - ответил Миша, мрачнея лицом. - Я знал, что меня когда-нибудь спросят об этом.

- С тобой вместе там был ещё один мужик, Мармышка, или как его там, и вместе с ним вы обделали одно дельце, - произнес гость, и Черепанов, как ни застилало мутью его глаза, увидел, что последние слова дались посетителю с некоторым трудом.

- Было дело... - выдавил из себя Михаил.

- Я спрашиваю тебя об Артуре Хафизове.

- Чернявый, как ты, но только высокий. Он что, твой родственник? - спросил Череп, в тяжелой голове которого вдруг мелькнула догадка.

- Не имеет значения. Ты знал Артура?

- Его все звали Турком... Да знал, знал, - быстро добавил он, чувствуя, как тяжелеет взгляд гостя.

- Вы его убили?

- Это Мармышка, это все он... я...

- Мне нужна только правдивая информация, я не собираюсь тебя убивать.

- Но это точно Жорик! Один раз он мне говорит: надо, мол, пришить фраера, только так, чтобы выглядело как несчастный случай, - Череп опасливо покосился на гостя, который слушал молча, и продолжал: - Я говорю: это ведь мокруха. Если докопаются, нам с тобой - крышка, а он говорит, что если чисто сделать, то никто не догадается, что, мол, я ему для этого и нужен. А просто пришить кого-нибудь он и сам может... Он и правда мог, здоровый был. Зарезали его полгода спустя после того дела.

- Я знаю. Меня интересует, кто вас нанял.

- Парень один. Жорик с ним договаривался.

- А ты его не видел?

- Нет, но Мармышка сказал, что он работает на кого-то очень крутого в нашем городе, может быть, на самого крутого, на этого, как его...

- На кого?