параллелограммчиков. Ссыпав все это глютеновое исчадие в огромную миску и прихватив бутылку сладкой газировки, студентка Института Прекрасных Принцесс, пританцовывая, направилась к письменному столу. Какого́ же было ее возмущение, когда она обнаружила, что ее кресло нагло оккупировали!
— Моё! — прошипел Диодор. — Поищи себе другое место!
— Ну, Диодорчик, миленький, уступи даме… — начала заискивать студентка. — Ведь меня ждёт очень трудное и крайне насыщенное домашнее задание.
— Домашнее задание по чревоугодию? — усмехнулся кот, указывая на миску. — Перебьёшься! Стройнее будешь.
— Но ведь без вкусняшек делать домашку скучно, грустно и невкусно, — захныкала Тули́нэ. — Ну, уступи…
— Нет, это мое место, я его занял первым! — отрезал Диодор.
Тули́нэ в сердцах поставила миску со снеками на стол.
— Ладно, — пробурчала девушка, — попросишь у меня еще чего-нибудь…
Она пошла на кухню за табуретом, заодно решив прихватить пачку ирисок, так сказать, в качестве моральной компенсации. К сожалению, ирисок она не нашла, зато, к своему удивлению, она неожиданно обнаружила на табурете свернувшегося в клубок Диодора.
— Ага! — победно ухмыльнулась Тули́нэ. — Значит, кресло свободно?
— Нет, — отозвался кот, — кресло тоже занято.
— Кем? — удивилась девушка.
— Конечно, мной! — невозмутимо фыркнул пушистый ассистент.
— Но ты же сейчас здесь, — возразила Тули́нэ. — Значит, на кресле тебя нет.
— Тот факт, что я нахожусь здесь, совершенно не влияет на степень свободы кресла, — возразил Диодор.
— Потому что любое место, которое ты хочешь занять, уже занято мной!
— Жадина! — воскликнула Тули́нэ и побежала к креслу.
Но, добежав до него, она обнаружила на нем Диодора, который нагло улыбался своей кошачьей улыбкой.
— Видишь? — мурлыкнул кот.
— Вижу, — пробурчала девушка.
Она попятилась назад, стараясь не упускать из вида наглое животное.
— Осторожно! — неожиданно откуда-то сзади раздался предупреждающий мяв Диодора. — А то на меня наступишь!
Тули́нэ вздрогнула и обернулась. На полу, прямо возле её пяток, обнаружился вальяжно расположившийся черный кот. Девушка молча встала на цыпочки, чтобы получше разглядеть кресло, на котором теперь, по идее, не должно было быть кота. Но пушистый негодник, нарушая все мыслимые законы физики, уже умудрился занять его и, ехидно щурясь, помахивал лапой оторопевшей студентке.
— Чертовщина какая-то, — растерянно произнесла Тули́нэ.
Она зажмурилась, а потом, медленно открыв глаза, посмотрела себе под ноги. На полу всё еще лежал Диодор!
— Как тебе удается быть сразу везде? — недоуменно поинтересовалась студентка.
Кот ничего не ответил. Он явно наслаждался произведенным эффектом и, как настоящий фокусник, хранил свои секреты за хитрой, усатой улыбкой.
— Он не везде, — отозвался кудесник, наблюдая со своего рабочего места за странными перемещениями студентки и своего пушистого ассистента. — А только в той точке пространства, на которое направлено твое внимание.
— Не понимаю… — всплеснула руками Тули́нэ.
— Твое внимание, как солнечный зайчик, — пояснил кудесник. — Оно подсвечивает и подогревает ту часть пространства, на которое ты смотришь. Коты — животные теплолюбивые, поэтому просто обожают занимать такие подсвеченные места. Но этот проныра каким-то образом умудрился захватить всё твое внимание, и поэтому, куда бы ты сейчас ни посмотрела, ты будешь замечать его и сосредоточенно подогревать.
— И как мне домашку теперь делать? — обиженно спросила девушка.
— Просто не обращай внимание на кота, — посоветовал кудесник. — Попробуй не думать о нём и не замечать…
— Легко сказать: «Не обращай внимание»! — недовольно пробурчала Тули́нэ. — Как вообще можно не замечать такого вредного кота?
* * *
— Тули́нэ, — вздохнула усталая фрейлина, — что это такое?
Она показала на раскрытую тетрадь студентки.
— Домашнее задание, — ответила девушка и, сделав реверанс, вежливо добавила: — Сударыня.
— Но почему в нём черный кот? — недовольно поинтересовалась женщина, тыча пальцем в изображение Диодора.
— Ах, сударыня, это долгая история… — витиевато отозвалась Тули́нэ. — Не обращайте внимания, попробуйте просто не замечать этого кота…
Иерихонский камин
Тули́нэ было скучно. Она пыталась себя занять и поэтому ожесточенно ковыряла ногтем непонятный узор на поверхности торговой стойки. От этого безобидного движения внешний облик лавки «Залейся зельем» постоянно искажался. Стены, пол и потолок не только меняли свою окраску, но и менялись местами. Мебель забывала свое расположение и подобно жидкости перетекала из одного угла комнаты в другой. Товары тоже не отставали: диковинки то проявлялись в неожиданных местах, то растворялись без следа. Взгляд девушки хищно скользил по тягучему торговому помещению, выискивая магические сокровища или, на худой конец, незнакомые артефакты. Неожиданно ее привлек появившийся черный зев старого камина.
Девушка оставила в покое маскировочные руны и вгляделась в вязкую тьму очага.
Как известно, если долго всматриваться во тьму, то тьма в конце концов посмотрит на тебя. Вот и Тули́нэ показалось, что камин загадочно смотрит на нее, а его кованая решетка пытается ей что-то сказать.
— Камин! — хмыкнула будущая принцесса. — Как же это я тебя раньше-то не замечала?
Диодор, услышав слово «камин», насторожился.
— У-у-у-у… Самое магическое место в магическом магазине магии, — шепотом произнесла девушка, — ками-и-и-н…
Она решила восполнить пробелы в сложной топологии магазина и направилась к почерневшему от времени камину.
— Стой! — воскликнул кот. — Замри!
— Стою.
Тули́нэ замерла в неудобной позе, с занесенной для шага ногой. Кот спрыгнул на пол и поспешил к девушке.
— Это мы сейчас играем? — с воодушевлением спросила Тули́нэ.
— Нет! — возмущённо мяукнул Диодор. — Пытаемся не натворить глупостей! Девушка еще немного покачалась на одной ноге и потом скомандовала себе:
— Отомри!
Тули́нэ решила, что раз кот с ней не играет, а всего лишь пытается уберечь от глупостей, то можно на его «Замри!» внимания не обращать.
Ещё бы, ведь, для столь юной особы, словосочетание «пытаемся не натворить глупостей» было равнозначно тому, что ей банально пытаются помешать веселиться. А Тули́нэ любила веселиться, поэтому, она хитро улыбнулась Диодору и сделала маленький шажок к камину.
— Замри! — громко фыркнул кот.
Тули́нэ замерла.
— Мы всё-таки играем… — расплылась в улыбке девушка.
— Нет! — раздраженно мяукнул кот и с осуждением добавил: — У тебя только игры на уме!
— И танцы! — воскликнула Тули́нэ, опустив руки в первую балетную позицию. — И принцы, и балы, и драконы…
Произнося всё это, руки будущей принцессы грациозно прошлись по всем изученным балетным позициям, с первой по четвертую.
— И нудные коты! — резко закончила девушка, сурово глядя на Диодора. Ее руки приняли идеальную пятую позицию.
Потом Тули́нэ сказала себе: «Отомри!», и, неряшливо изобразив книксен, подняла ногу для следующего шага.
— Замри! — вздыбился кот.
— Это уже не смешно, — огрызнулась Тули́нэ. — Это больше, чем не смешно. Это скучно!
— А я тебя не собирался веселить! — возмутился кот. — Иди делай уроки!
— Сейчас каникулы! — театрально вздохнула Тули́нэ. — Мне скучно, и я иду смотреть камин!
— Но этого нельзя делать!
— Почему?
— Потому что ты не ограничишься только разглядыванием!
