Репортер подошел к двери, откуда мог все видеть. Румяный мужчина был нетерпелив. Его шофер с каменным лицом ждал, пока хозяин дрожащими пальцами вскроет пакет.
— Не уверен, что нуждаюсь в рекламе, мистер Кармайкл, сказал за спиной Телли. — У меня тщательно подобранная клиентура.
— Может, вас заинтересуют наши еженедельные экономические бюллетени?
Телли с трудом удержался от смеха.
— Нет, не думаю. Поверьте, я далек от всего этого.
Тем временем румяный мужчина развернул пакет и вынул из него яйцо. Насколько Кармайкл мог заметить со своего места у двери, это было совершенно обычное яйцо. Однако владелец отнесся к нему необычайно уважительно. Пожалуй, его восхищение не могло быть больше, если бы последняя на Земле курица сдохла десять лет назад. Лицо его выражало огромное облегчение. Он что-то сказал шоферу, и машина мягко тронулась с места.
— Ваш бизнес — продукты? — неожиданно спросил Кармайкл.
— Нет.
— А можете вы сказать, что именно?
— Боюсь, что нет, — ответил Телли.
Репортерский нюх Кармайкла учуял что-то интересное.
— Разумеется, я мог бы выяснить и сам через Бюро Содействия Бизнесу…
— Сомневаюсь.
— В самом деле? Их наверняка заинтересовало бы, что для одного из ваших клиентов яйцо обошлось в пять тысяч долларов.
— Моя клиентура настолько немногочисленна, что высокие цены просто неизбежны, — объяснил Телли. — Возможно, вы слышали о некоем мандарине, который платил сказочные деньги за яйца с доказанной древностью.
— Этот тип не мандарин, — заметил Кармайкл.
— Действительно. Одним словом, как я уже говорил, мне не нужна реклама…
— Я в этом не уверен. Одно время я работал в рекламе и скажу, что ваша вывеска наоборот — классическая приманка.
— Видно, что вы не психолог, — ответил Телли. — Я просто осуществил свою мечту. Пять лет я ежедневно смотрел на стекло и читал эту надпись задом-наперед — изнутри магазина. Это приводило меня в бешенство. Знаете, слово становится странным, если разглядывать его долгое время. Любое слово. Оно перестает принадлежать к людскому языку. Из-за этой надписи у меня даже начался невроз. Если читать надпись наизнанку, она не имеет никакого смысла, но я все время пытался его найти. Когда я начал говорить: «Онжун мав отч, от ьтсе сан у» и искать в этом философский смысл, то вызвал художника. Люди все равно приходят, если их это заинтересует.
— Но не очень много, — сказал Кармайкл. — Здесь Парк-авеню, и вы разместились на слишком дорогом месте. Никто с низкими или средними доходами сюда не придет. Значит, вы работаете для богатых.
— Ну-у… — протянул Телли. — Вы, пожалуй, правы.
— И вы не скажете, в чем тут дело?
— Пожалуй, нет.
— Но вы же понимаете, что я могу докопаться. Это могут быть наркотики, порнография, скупка краденого в особо крупных размерах…
— Очень правдоподобно, — вежливо согласился Телли. — Я скупаю краденую бижутерию, запихиваю ее в яйца и продаю. А может быть, яйцо набито микроскопическими французскими открытками. До свидания, мистер Кармайкл.
— До свидания, — ответил тот и вышел. Ему уже давно следовало быть в редакции, но эта загадка слишком сильно дразнила его. Какое-то время он изображал детектива и наблюдал за магазином, добившись неплохих результатов — в каком-то смысле. Он узнал почти все, за одним исключением — к чему все это?
Вечером он вновь вошел в магазин.
— Минуточку, — сказал Кармайкл, заметив недовольство на лице хозяина магазина. — Что бы вы ни думали, но ведь я тоже могу быть клиентом.
Телли рассмеялся.
— А почему бы и нет? — Кармайкл поджал губы. — Вы же не знаете, сколько у меня на счету. Или вы обслуживаете только избранных клиентов?
— Нет. Но…
— Я понаблюдал, — быстро сказал репортер, — и видел этих людей. Честно говоря, я даже следил за ними, и знаю, что они у вас покупают.
— Правда? — Телли изменился в лице.
— Правда. Все они очень спешат развернуть свои покупки, и это облегчило мне задачу. Несколько покупок я проглядел, но видел достаточно, чтобы можно было применить логику. Прежде всего: ваши клиенты не знают, что покупают. Это как лотерея. Несколько раз они бывали здорово удивлены. Какой-то парень вскрыл пакет и нашел пачку вырезок из старых газет. А что вы скажете о темных очках? Или револьвере, наверняка нелегальном и уж точно без разрешения? Или алмазе… явно искусственном, потому что он был слишком большой.
— Гмм… — загадочно буркнул Телли.
— Я не полный кретин и чувствую, когда что-то не так. Большинство этих людей — большие шишки в том или ином смысле. Почему ни один из них не заплатил вам наличными, как сделал тот первый, что приходил утром, когда я был здесь?
— Вообще-то я продаю в кредит, — объяснил Телли. — У меня свои принципы. Я должен поступать так, чтобы иметь спокойную совесть, ведь на мне лежит большая ответственность. Видите ли, я продаю эти вещи с некоторого рода… гарантией. Мне платят, когда предмет докажет свою необходимость.
— Ага. Яйцо. Темные очки. Асбестовые рукавицы — кажется, это были они? Вырезки из газет. Револьвер. И алмаз. Как вы это придумываете?
Телли молчал.
— У вас есть посыльный. Вы отправляете его, и он возвращается с покупками. Возможно, он идет в продовольственный на Медисон-авеню и покупает яйцо, а может, в ломбард на Шестую за револьвером. Или… ну что ж, я говорил вам, что рано или поздно сам узнаю, чем вы торгуете.
— И вам удалось? — вежливо спросил Кармайкл.
— «У нас есть то, что вам нужно», — ответил Кармайкл. Но откуда вы знаете?
— Я вижу, вы близки к окончательным выводам.
— Я не верю в магию. Мне известно много странных магазинчиков, продающих необычные предметы. Я знаю о них, потому что писал о таком. Идет человек по улице и вдруг видит странный ларек, но хозяин не обслужит его, потому что торгует только с гномами… Или только ему продаст чудесный амулет с особыми свойствами. Так или иначе — все это чепуха!
— Гмм… — сказал Телли.
— Можете хмыкать сколько угодно, но от логики вам не уйти. Или все это какое-то надувательство, или это один из этих смешных магических магазинчиков. А в них я не верю, потому что это нелогично.
— Почему?
— По экономическим причинам, — объяснил Кармайкл.
— Предположим на секунду, что вы владеете какими-то таинственными силами — скажем, можете создавать устройства для телепатии. Пусть так, но зачем, черт возьми, вам открывать магазин? Чтобы продавать эти устройства и зарабатывать деньги? Чтобы жить этим? Да вы бы просто включили эту штуку, прочли мысли какого-нибудь маклера и купили нужные акции. В этом и заключается внутреннее противоречие таких предприятий — если ты чем-то владеешь и можешь открыть подобный магазин, то он оказывается вовсе не нужен. Зачем играть в Робин Гуда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
