— Да, — кивнул Ингвар, — еще один и при этом крайне деликатный вопрос. Насколько неуместным будет мой поединок с одним из ваших гостей?
— Дуэль? — нахмурился кронпринц, а его сестра едва ли не вздрогнула, уставившись на Ингвара совершенно ошарашенным взглядом.
— Скорее, судебный поединок, — объяснил Бармин, бросив искоса взгляд на Марию, но та ничем не выразила своего отношения к сказанному. Чертовски хорошо держала лицо.
«Железная женщина!»
Видят боги, Бармин этого не хотел. Совершенно не его стиль и к тому же в таком поединке никто не застрахован. Он это понимал и, честно сказать, боялся не справиться. Жить ему сейчас хотелось даже больше, чем в другие дни. Однако и оставлять все, как есть, тоже нельзя. Съедят!
— Судебный поединок… — задумчиво повторил за ним Карл Густав. — С кем и по какому поводу?
— С генералом-адмиралом князем Акселем Юль аф Верринге, — назвал Ингвар имя выбранной им жертвы. — Эта семейка, Ваше Высочество, совершила на меня и моих близких уже четыре покушения и, если их не остановить сейчас, потом может быть поздно…
То, что кто-то из датчан, — то ли Браге, то ли Юли, а может быть, и обе семейки вместе, — хотят сжить их с Варварой со свету, Бармин знал еще с того, самого первого покушения. Но буквально недавно он узнал больше. Во-первых, перекупленный Ходоками письмоводитель из PET[132] вынес в клювике некий секретный документ, из которого следовало, что семья Юль находится в состоянии войны с имперским родом Менгден. В принципе, трансграничный конфликт был возможен, хотя в последние полтораста лет практиковались такие экзотические выверты крайне редко. Забавно, однако, было то, что Менгденов о причине конфликта, как и о начале военных действий предупредить «забыли». Это многое объясняло, но было, в принципе, приемлемо. Однако, когда Ингвар находился в состоянии своей магической псевдокомы, подоспело «во-вторых». Выяснилось, что в ходе боевых действий в Союзной рати находились датские офицеры. Но и это было все еще нестрашно, хотя и неприятно. Все изменилось, когда безопасники Менгдена начали подводить итоги боев. Тогда и всплыли уже совершенно вопиющие факты. Оказывается, большие кошки перехватили и уничтожили шедшую через тайгу группу вражеского спецназа. Заметили, выследили, перехватили, уничтожили и по первости оставили покойников валяться там, где те «упали». Но потом начались разговоры о выдаче тел, и тут выяснилось, что погибшие боевики никакие не ростовчане, а самые, что ни на есть чистокровные датчане. Но не это главное. Среди их оружия нашелся противотанковый наплечный комплекс, вот только вместо тандемного боеприпаса в боеголовке ракеты находился артефакт мощностью 10 килотонн. Это было не просто запрещенное оружие массового поражения, применение таких артефактов согласно международному праву считалось военным преступлением. Однако и это не все. Когда безопасники изучали ракетную установку, кто-то из них вспомнил, что уже видел точно такой же девайс. Тоже разведгруппа. Только ее перехватили люди из таежного патруля. Такая же наплечная ракетная установка, и точно так же вместо тандемного боеприпаса артефакт огромной разрушительной силы.
— Оба артефакта сделаны в Дании, как и тот, между прочим, который пытался использовать против меня священник на моей собственной свадьбе, — закончил свой рассказ Ингвар.
— Уверены, князь, что это именно Юли? — спросил напоследок кронпринц.
— У них есть повод и причина, — пожал плечами Бармин. — И они известны своей крайней нетерпимостью к язычникам. Вот вам и мотивация.
— До свадьбы или после? — Это был уже вполне деловой вопрос.
— Хотелось бы сделать невесте достойный подарок… — улыбнулся Ингвар, коротко взглянув на построжавшую лицом Ульрику Катерину.
«Беспокоится за меня или волнуется о своем будущем?» — вопрос интересный, но сейчас Бармин не взялся бы отвергать ни один из двух вариантов, не говоря уже о третьем — «всего понемножку».
Конец третьей книги
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Февраль-апрель 2022
* * *
