Читаем без скачивания Не дать воде пролиться из опрокинутого кувшина - Чингиз Гусейнов

И повторено в начале и в конце: Одна община, разные религии!

78.

Девятый оазис:

Пятничный сбор.

Мухаммед учредил азан - призыв на молитву, и Билал, у кого был сильный, мягкий и сочный голос, стал первым азанчи; читая на память суры Корана, он их как бы выпевал.

(65) Человека, призывающего на молитву, называют муэдзином. В тюркском мире - персами тоже - принят титул азанчи. К сожалению, изложено скупо [не к самому ли себе адресует упрёк Ибн Гасан? Проявить самокритицизм?]: прежде сзывали на молитву, трубя в рог, стуча в деревянную трещотку. Но Джафару, брату Али, однажды приснился сон: "Скажи человеку, - молвил мужчина в зелёном, - чьё имя не назову, знаешь, кто он, о наилучшем способе сбора на молитву. Пусть слуга с сильным голосом, чуткий к слову и звуку, взбирается на высокое место и созывает людей, трижды возглашая: "Аллах велик, Он превыше любого добра! Свидетельствую: Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк Его!"" Мухаммед глашатаем-муэдзином выбрал слугу Абу-Бакра Билала. Тот с крыши дома вздымая к небу руки, произносил с первыми лучами солнца вышесказанное и добавлял, как велел Мухаммед: "О Аллах, да образумятся курайши, признав Тебя Единого!"*

______________

* Ибн Гасан не рассказал, как в кругах неба Муса похвалил Мухаммеда: "Ты замечательно придумал, как народ собрать на молитву, мной был трубный глас избран!" Омар, кстати, это и предлагал. Но кто возьмётся играть на трубе? Осман предложил сзывать людей струнным инструментом рубаб, ласкающим слух. Но зов струн, сказал Мухаммед, - знак чувственности! Абу-Бакр предложил звонить в колокол: наполнен-де небом его звон. Но колокол, как бубенцы на шее верблюда - свирели шайтана! Али предложил: "Зажжём факел!" Но разве виден, сказал Мухаммед, огонь при свете солнца? К тому же это знак огнепоклонников! А тут сон: пусть голос человеческий - он тёпл, дыханием согрет - сзывает на молитву.

Далее - аяты, отличные от общеизвестных, из суры Пятничный сбор (принятый коранический заголовок Сбор): О вы, кто уверовал! Когда на молитву возглашено, ибо пробил час, немедля устремляйтесь к поминанию Бога, оставьте торговлю! Но что вы делаете? Что делаете вы? Кто вас на то подвигнул? Увидали бойкую торговлю, можно поживиться, тотчас обо всём запамятовали! Забавами вас развлечь призвали, ринулись к шутам, точно стадо баранов, тигром гонимое, оставили призывающего к молитве стоять в недоумении и растерянности! Что есть забава? Что есть торговля? То, что у Бога, не лучше ль забавы, не богаче ль торговли? Он наилучший из удел дающих! *

______________ * На полях приписано: Как свидетельствуют очевидцы, - и длинная цепочка имен: от кого пошла весть, через кого и кому передавалась и как дошла до нас, - упрёк адресован некоему ал-Калби, который во время пятничной молитвы втянул йатрибцев в оживлённую куплю-продажу в связи с прибывшим туда большим караваном. И бойкая шла сделка, подогреваемая зазывалами - шутами, фокусниками, жонглёрами.

79. Десятый оазис:

Нет принуждения в вере!

Однажды отряд в дюжину сторонников Мухаммеда, возглавляемый сыном Абу-Бакра Абдуллой - избалован отцом, энергия кипит в нём, - вышел к узловому пункту на караванном пути меж Меккой и Таифом местечку Нахлейе, чтобы наказать мекканцев, которые недавно напали на караван Абу-Бакра. Именно здесь должны были пройти идущие в Сирию верблюды их родича курайша Ибн Надрама, благословившего грабителей. Но, неожиданно напав, Абдулла не ввязался в бой, угнав навьюченных изюмом и кожей двух верблюдов. И поспешили на базар при въезде в Йатриб, чтобы продать захваченное. В те же дни... случилось недавно: явился ночью с новым откровением Джебраил, Мухаммед проснулся. Тут же, почувствовав, что муж вышел на веранду, где обычно произносил суры, выскочила из своей комнаты Севда, разбудив прежде Шюкраллу.

(66) Опять это малоизвестное имя!

Сон отрока был чуток, и по первому зову готов к главной своей работе запомнить, что скажет Пророк. И Зейд (он недавно женился, но красавицу жену прячет от всех) это запишет:

Нет божества, кроме Него, Живого, Сущего, не овладевает Им ни дремота, ни сон. Он знает, что было до всех и будет после всех. И никто не постигнет из Его знания ничего, кроме того, что Он пожелает.

И принуждения нет в вере!

Молит Всевышнего, да прислушается Он к нему, если избрал его пророком: объединить в исламе враждующие арабские племена, и символ веры - мечеть. Но все равны: многобожники, арабы-иудеи, иудеи-евреи, христиане.

- Но отчего, - спрашивают Мухаммеда, - не призвать всех в новую веру, если провозглашена Богом истинной?

- Мы призываем, но вы требуете иного: принуждения!

(67) Здесь бы следовать важной фразе, сказанной Мухаммедом в полемике: "Прежде надо для новой религии обеспечить место рядом с другими верами" [но с кем, когда и где была полемика - не сказано].

80. Одиннадцатый оазис:

Нет, не удалось!

Добавлено вроде пояснения: О Адам, что за природа такая у людей? Обыгрывается адам, человек: О Адам, что за природа у адамов?

Вы, иудаисты и христиане, - споры с ними часты, - верящие в единого Бога, отвергаете друг друга!

Молвят иудеи: - Христиане заблуждаются!

И христиане молвят: - Иудеи заблуждаются!

В Мекке говорил, хохотали: Ибрагим - предок иудеев и муслимов?!

Ибрагим жил до Мусы, когда не была ещё ведома людям Тора, и услышал Муса Бога: "Я Бог отца твоего, Ибрагима!" Неужто скажете, что Ибрагим, Исмаил и Исхак, Йакуб, потомки их были иудеями или христианами? Спроси: "Вы больше знаете или Бог?" Нет? Что ж, пусть иудеи живут по Пятикнижию! Пусть христиане следуют Евангелию! И пусть мусульмане, не отвращаясь от Писаний прежних, следуют Корану: на каждое время - своя священная Книга! Да будем состязаться друг с другом в добрых делах, надеясь и веря!

И тут стояваший рядом с Мухаммедом ансар спросил:

- Надеясь? Но на что?!

- Обретёшь в вере достойную жизнь, дар Божий!

Заметив, что тот не удовлетворён, начертал прямоугольник на земле.

- Вот жизнь, - сказал, проведя посередине черту, и вывел её за пределы прямоугольника. - А это надежды, - показал на черту, - в жизнь не вмещаются, она конечна, а надежды нескончаемы. Помехой им - превратности судьбы, вот они, маленькие чёрточки, которые мешают надежде, - прочертил к линии надежды множество мелких чёрточек. - Минует одна напасть, другая впивается зубами, минует она - новая хватает, и так до скончания дней. Их семь, побеждаются праведными делами. Первая напасть - бедность души, далее - развращающее богатство и болезнь, потому бери у здоровь, что пригодится для жизни! Старческая дряхлость делает бессмысленными речи, если за ними нет ничего из добродеяний прожитого; пятая - шайтаньи уловки, шестая - скоропостижная смерть, потому бери из жизни что после смерти пригодится и чаще вспоминай о смерти, прерывающей наслаждения! А седьмая - Судный час, когда предстанешь перед Богом с делами, которые свершил, и можешь навлечь такие муки, пред которыми померкнут все напасти сего мира!

81.

Мостик к новым страницам - предыдущее кораническое, и оно становится заголовком двенадцатого оазиса:

Да будем состязаться в добрых делах!

Тут же, словно пытаясь неведомо для какой надобности выровнять весы, ибо чаша добрых призывов стала перевешивать, через запятую:

Не объясняются ли успехи Мухаммеда чарами волшебства?

(68) Но какие успехи? - восклицает, полемизируя с автором (!) Ибн Гасан. - Он гоним! Преследуем! Изгнан! Лицемеры слева и справа! Родичи враги!

Следом - два пронумерованных дьявольских высказывания, якобы побуждающие к полемике*:

______________

* Почерпнуто из тюркского архива Ибн Гасанa: очевидно, из опаски Гасаноглу (почерк - его!) записал их, как порой практиковалось в тюркском мире, армянскими буквами (знал армянский?), что и предопределило позднее с ними знакомство.

1. Вижу Мухаммеда в облике белого разъярённого быка с красными от гнева глазами, и с острых рогов его свитки с сурами Корана свисают, привязанные пальмовыми волокнами!

2. А что до белого голубя, который клевал на ушах Мухаммеда зёрна, то и это не что иное, как колдовство для простаков: приручил голубя, и тот садился на ухо. И вовсе не дух святой, а шайтан, который в облике голубя приносит Мухаммеду повеления Бога!

Опять кораническое, уводящее в ещё не прожитое Мухаммедом, пока он в кругах неба: никто не верил, что пророк может умереть. Но он такой же смертный, как все! Разве ж, когда умрёт или будет убит, и такое Богом предполагалось, вы обратитесь вспять? Ты смертен, и смертны они все.

(69) Откровения о смертности Мухаммеда не были известны: Зейд скрыл!

А следом... - снова накренились весы! - вкратце изложено (списано из какого-то учёного трактата? Этим повсеместно увлекались книжники, гордясь повторением уже бытующего).

Противостоять засилью в Йатрибе иудеев. Иудеи - евреи и арабы, дабы укрепиться в Йатрибе, сеют вражду между племенами. К тому же вступили перед лицом нового их объединителя Мухаммеда - в тайный сговор с многобожниками, или мекканцами. То есть верующие в Единого Бога - в союзе с многобожниками против мусульман, также верующих в Единого: вам Писанием назначена война с многобожниками, а мекканцы не таковы ли, как вы? Обманутые надежды?