Читаем без скачивания Тайный фарватер - Иван Стрельцов

Несмотря на ярко светящее высоко в небе солнце, мороз с каждым часом крепчал. Слушая, как похрустывает снег под ногами, подполковник Афанасьев неожиданно задумался, хватит ли продуктов бойцам. В рейд взяли сухого пайка из расчета на трое суток, тогда казалось, они управятся. Сейчас командир группы уже не был в этом уверен. Но и особо расстраиваться подполковник не видел причины.

«Если потребуется, вызовем вертолеты, подбросят еды», – успокаивал себя Афанасьев. О нелетной погоде, что довольно часто бывает в это время года, опытный спецназовец старался не думать. Потому что еще с афганской войны усвоил главное правило диверсантов: «Главное – выполнение поставленной задачи, а все второстепенное неважно. Шелуха».

Спустя почти пять часов карабканья в горы группа серьезно устала, и, чтобы окончательно не изматывать бойцов, командир подал команду:

– Привал. Выставить боевое охранение. Полчаса отдыха.

Бойцы, с облегчением сбросив неподъемные рюкзаки, без сил повалились в глубокий снег. Но уже через минуту-другую стали оборудовать для себя индивидуальные лежбища, утаптывая снег и укладывая спальники. Еще через несколько минут к морозному треску добавилось шипение горящих спиртовок, на которых спецназовцы разогревали консервы. Рисовая каша с мясом – это именно то, что нужно на таком далеко не мирном пикнике среди заснеженных вершин. Горячее варево обжигало рот и приятно согревало внутренности. После сытного обеда можно было и отдохнуть, набраться сил.

Подполковник Афанасьев, убрав в рюкзак следы пиршества, блаженно зевнул, помечтав о послеобеденной сигарете…

Глухой хлопок взрыва прогремел совершенно неожиданно, и сразу же раздались трескучие очереди нескольких автоматов. И этот гвалт с каждой секундой все нарастал, где-то неподалеку закипал серьезный бой.

Подполковник вскочил на ноги. Он уставился на север, именно оттуда должна была двигаться вторая группа «Сигмы» «Егерь-2» под командованием майора Рудчика. «Где-то недалеко, километрах в трех», – Афанасьев определил расстояние до точки боестолкновения.

– Радист, живо связь с «Егерем-2», – рявкнул он, рывком распахивая планшет с картой района предстоящего рейда.

Здешние края подполковник знал, как свой собственный сад на дачном участке. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы определить место боя.

– Заячья Губа, – произнес командир группы. Причудливой формы пологая гора, у подножья которой пересекаются несколько троп. Афанасьев понял, что произошло – встречный бой. Спецназовцы и боевики Пророка схлестнулись, что называется, нос к носу. И сейчас преимущество на стороне тех, кто первыми среагировал.

– Товарищ командир, «Егерь-2» не отвечает, – не по-военному доложил радист.

– Блядь! – выругался подполковник, теперь уже ждать чего-либо было нельзя. Все выходило по-ленински: промедление смерти подобно. – Хлопцы, за мной! – срывающимся голосом закричал Афанасьев. Бойцам пограничного спецназа дважды приказывать не пришлось. Едва услышав первые взрывы, они уже были готовы идти на помощь товарищам.

Ни снег, ни скользкая тропа не могли остановить бойцов рейдовой группы. На подобную «шелуху» они не обращали внимания, только одна мысль стучала в висках: «Только бы успеть, только бы успеть».

Выстрелы звучали все громче и громче. Значит, бой все ближе. А бойцы рейдовой группы бегут не останавливаясь, знай себе прут вперед, как бульдозеры по целине, только пар поднимается от взмокших лиц.

Вот и южная оконечность Заячьей Губы, небольшая балочка, покрытая снегом. По ней боевики могут легко зайти в тыл группе «Егерь-2», боевой опыт подсказывал Афанасьеву, что так оно вскорости и будет.

– Стой, – выдохнул подполковник, спецназовцы замерли на месте. – Пулеметчики остаются здесь. Замаскироваться и держать под прицелом эту балку. В случае чего бить кинжальным огнем в упор. Ясно?

– Ясно, – кивнули первые номера двух пулеметов «ПКМ».

– Остальным приготовить гранатометы. Тут же совсем рядом осталось. Ходу, мужики, ходу.

«Егерь-1» подошел к месту боя, когда огневая дуэль с форсированного режима перешла к позиционной фазе. Боевики, забившись в горные расщелины, поливали шквальным огнем залегших на тропе спецназовцев.

Атака группы Афанасьева особого успеха не принесла. Реактивными гранатами не удалось выковырять бандитов из укрытий, но это позволило сбить прицельную стрельбу. Воспользовавшись этой передышкой, бойцы «Егеря-2» отошли за небольшую гряду в сотне метров от тропы, утаскивая за собой раненых.

– Где Рудник? – бросился Афанасьев к первому ворвавшемуся в укрытие бойцу.

– Их одной очередью скосило вместе с радистом, – мрачно ответил боец, кивнув в направлении тропы, где мелькали неясные тени убитых спецназовцев в белых комбинезонах.

В этот раз моджахедам удалось переиграть группу майора Рудчика. То ли они первыми увидели спецназовцев и успели занять более удобную позицию, то ли Таймураз Хадышев действительно обладает даром предвидения. На войне всякое случается, история знает немало примеров, когда элитные, вышколенные в боях воинские подразделения терпели поражение от совершенно никчемного противника, хотя в данном случае боевиков Пророка не назовешь никчемным или слабым врагом.

Бойцы из «Егеря-2» уже перебрались в укрытие, и перестрелка закипела с новой силой. К стонам раненых, дополнявшим какофонию боя, неожиданно добавились длинные очереди ручных пулеметов.

– Таки духи пошли в обход, – улыбнулся Афанасьев, понимая, что теперь боевики оказались в положении «Егеря-1», когда тебя расстреливают из укрытия. – И получили по соплям.

– А нам что, снова лбом на стену переть? – внезапно поинтересовался один из бойцов, первый перебравшийся к рейдовой группе «Егеря».

– Плетью обуха не перешибешь, – буркнул командир «Егеря-1», подумав про себя: «Авиацию вызывать нельзя. Бомбардировщик или штурмовик по доброте душевной накроет огнем и металлом и чужих, и своих. Вертолетам тоже негде развернуться. Остается только уповать на артиллерию».

Афанасьев бесцеремонно ткнул лежащего рядом радиста в плечо:

– Ну, пианист, давай мне живей связь с «Алтаем».

Владимир Христофоров пил зеленый чай из большой пиалы, расписанной паутинкой золотой арабской вязи. Несмотря на то что в помещении работал кондиционер, на лбу чекиста выступили капли пота.

Смахнув пот рукавом банного халата, Владимир спросил у сидящего напротив Лялькина:

– Ну, и что ты скажешь?

– А что тут говорить? – пожал плечами Кирилл, недовольно сморщившись, и приложился к своей пиале. Не привык капитан после бани вместо водки пить зеленый чай, оттого и настроение у него было скверное. – Сдается мне, что наш хлебосольный хозяин зачастил в посольство потому, что безбожно стучит на нас своему начальству.

– Стучит, ну и пусть себе стучит, – благодушно произнес Христофоров. – В конце концов, каждый должен делать то, что у него лучше всего получается. А многоуважаемый Илья Сергеевич кроме художественного стука никогда и ничего не умел. Да бог с ним. Меня сейчас интересует совершенно другое. Что ты скажешь насчет нашего плана? Может, свежим молодым глазом увидел какие недочеты, чего я по-стариковски пропустил?

– Честно говоря, Владимир Николаевич, – издалека начал Лялькин, – похитить Аббаса и принудить его самого вскрыть тайник или, на крайний случай, прикрываясь им как щитом, захватить яхту – это, конечно, супер. Я бы до этого никогда не додумался.

– Не льсти мне, лесть любят генералы и политики, – с шумом отпивая чай, насмешливо произнес Христофоров. – А я всего-навсего беспартийный полковник.

– Вы молодой, и все у вас впереди, – попытался съерничать Кирилл, но полковник прервал его:

– По делу давай.

– В общем, если честно говорить, Владимир Николаевич, вчера весь вечер и полночи я пытался отыскать уязвимые места. Для похищения Махмуда Аббаса я не отыскал ни единой лазейки. Недаром говорится: «Все гениальное достаточно просто». – Уловив сердитый взгляд начальника, Лялькин тут же поправился: – Все, перехожу к сути. Имея в охране ливийца своего человека, похищение можно провести быстро и качественно. Стрелок нейтрализует второго охранника, потом поможет повязать своего нынешнего шефа, затем можно будет использовать достижения современной химии. Сломав волю полковника, мы получим необходимые данные о тайнике. Нейтрализовать оставшихся на яхте охранников – это, как говорится, дело техники. Потом мы изымаем «бабло», и наша партнерша вывозит его в точку эвакуации. Мы делаем ручкой этой жаркой стране – и адью, к родным российским березам.

– Какие могут возникнуть осложнения по ходу проведения операции? – Христофоров каждый раз экзаменовал своего помощника, заставляя его учиться думать оперативно.

– Думаю, возникнуть могут две наиболее вероятные сложности. Первая – если нам не удастся связаться со Стрелком и во время появления группы захвата он может отреагировать не совсем адекватно. Тогда нашим бойцам мало не покажется, поверьте, я знаю, о чем говорю. Вторая – незаметная переправка денег на «Варшаву», слишком большая сумма. Да и в круизе черт знает что может приключиться.