В это время Рагх открыл глаза и зарычал, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, куда делись Дамон и Мэлдред.
— Дамон Грозный Волк, — начал командующий Лолор, — Ты приговариваешься к смерти за поджог целого города, кражу и нанесение увечий в госпитале, за преступления, совершенные против Рыцарей Легиона Стали, а также за различные нападения на мирных обывателей в Кхуре и, без сомнения, в других краях.
— Пусть его душа попадет прямо в Бездну! — закричали в толпе, когда Дамона возвели на эшафот и набросили на шею петлю.
— Сжечь их! — раздались другие вопли. — Виселица слишком мягкое наказание для таких, как они!
— Мэлдред, людоед, — продолжал рыцарь, перекрикивая насмешки и издевательства толпы, — ты также виновен в тех преступлениях, которые я перечислил, и будешь повешен.
Неожиданно один из рыцарей побежал к виселице, пробиваясь сквозь толпу и крича:
— Подождите! Остановитесь!
Палач не обратил на него никакого внимания и, по знаку командующего, потянул за рычаг. Помост виселицы обвалился.
В то же мгновение случилось следующее.
Мэлдред снял заклинание, создающее человеческий облик. Великанское тело оказалось слишком тяжелым. Веревка растянулась и лопнула.
Для Грозного Волка мгновения превратились в часы. Он почувствовал, что задыхается, и непроизвольно дернулся, но, в конце концов, решив принять уготованную судьбу, оборвать жалкое существование и муки с драконьей отметиной, успокоился.
Но тут рыцарь прорвался сквозь скопище любопытных и метнул нож, перерубая веревку.
— Прекратите! — кричал он хрипло.
Командующему Лолору, наслаждавшемуся процедурой казни, совсем не понравилось подобное вмешательство. Он выхватил меч, последними словами ругая рыцаря, освободившего Дамона и помогавшего преступнику встать на ноги.
— Прекратить немедленно! Неподчинение! — взревел раскрасневшийся Арун и повернулся к группе стражников, стоявших позади. — Взять! Всех троих!
Охрана бросилась выполнять приказ, но замерла, услышав истошные вопли. Тюрьма была объята пламенем, сквозь крышу валил черный дым. Народ кинулся к выходу, стремясь покинуть дворик, окружаемый огнем.
Лолор направил часть отряда к тюрьме тушить пожар, а остальным приказал схватить Мэлдреда, Дамона и незнакомого рыцаря, которые в образовавшейся суматохе убегали прочь. Пламя перекинулось на дерево, служившее виселицей, заставив рыцарей отступить. Пожар разрастался, подгоняемый ветром, весело заполыхали конюшни и казармы.
— Догнать их! — надрывался командующий, пытаясь организовать погоню.
Мэлдред на бегу продолжал творить заклинание. Он задействовал все оставшиеся магические силы для поджога Пшеничников, так же как несколько месяцев назад, когда спалил город в Кхуре. Людоед безудержно радовался происходящему:
— Каково, друг мой! Прямо как в старые добрые времена!
Дамон не отвечал, с удивлением рассматривая, как бегущий рядом рыцарь принимает форму сивака Рагха.
— Прямо как в старые времена! — повторил Мэлдред.
Прошло около часа, прежде чем они остановились и перевели дыхание, спрятавшись в земляной пещере, которую маг сотворил в невысоком пригорке. Сквозь крохотный лаз было видно, как с десяток рыцарей прочесывают местность.
Закат начал окрашивать небо в розовый цвет, когда Мэлдред достаточно восстановил силы.
— Все как раньше, — в который раз повторил людоед и зашептал, вращая пальцами в воздухе, чтобы вернуть себе человеческий облик.
— Да, — протянул Дамон. — Истории старые, да не такие уж добрые. Опять спасаемся от Рыцарей Легиона Стали.
— Скрываемся и грабим.
Сивак кинул Грозному Волку кошелек с монетами, который забрал у убитого рыцаря, и воткнул меч в землю.
— И живете… интересно, — закончил он.
Дамон отряхнул грязь с разорванной одежды и почувствовал, что чешуйки дают о себе знать.
— Безнадежно все. Нет у нас больше волшебной карты, а с ней и возможности найти целительницу.
Мэлдред потянулся и начал наклоняться то в одну, то в другую сторону, разминая спину.
— Надежда всегда есть. Я клянусь, что помогу отыскать чародейку. Ты мне ближе родного брата, и я тебя не брошу в беде. Нам больше не нужна карта. Думаю, я знаю, куда нужно идти. Оставаться дольше в этих краях опасно. Я полагаю, скоро они все увешают здесь нашими портретами, а может, пошлют целую армию на поиски.
Грозный Волк грустно улыбнулся, представив себе такую картину.
— Ну и куда направимся?
Силач указал на северо-запад и быстрыми шагами пошел в том направлении, оглянувшись лишь однажды, чтобы удостовериться, что Дамон идет следом.
— Очень интересно, — бубнил позади Рагх.
Глава 19
Обитель колдуньи
Город, расстилавшийся внизу, представлял собою руины. Относительно сохранившимися можно было назвать только недостроенные каменные башни, почерневшие по бокам, как после большого пожара. В промежутках между ними проходила, по-видимому, главная улица. Каменные шпили поднимались среди груд валунов, как заостренные зубы, угрожающе вытянувшиеся в небо. Мраморные статуи, разбитые и оплавленные, походили скорее на фигуры чудовищ, но никак не людей, которые когда-то являлись важными лицами в городе. Над развалинами парили какие-то тени. Присмотревшись, Грозный Волк понял, что это — потомки черной драконицы. Некоторые из них разместились на обломках самых высоких зданий, другие бродили по грязным улицам, распугивая прохожих. Над потомком владыки, летевшим выше всех, нависал серебристый силуэт — сивак. Дамон заметил, что Рагх смотрит на собрата с завистью.
У подножия башен раскинулись шатры. Ряд навесов протянулся вдоль западной окраины города. Люди прятались там, ища убежища от дождя, лившего без перерыва.
— Будь у нас карта, мы бы точно знали, что это именно то место, которое нам нужно, — вздохнул Грозный Волк.
Он стоял на возвышенности, окружавшей город, расположившийся в центре долины, напоминавшей по форме чашу. По окрестным холмам раскинулась густая кипарисовая роща, обильно населенная змеями.
Мэлдред задумчиво почесал подбородок:
— Это тот город. Я запомнил карту настолько подробно, насколько смог. Это единственный город, который может быть.
Дамон опять тяжело вздохнул:
— Может, ты и прав, но карта показывала, что целительница живет в Пыльных Равнинах, а мы явно опять возвращаемся на болото Сабл.
Друзья немного постояли в задумчивости, глядя, как ливень превращает улицы в потоки грязи, придающие городу совсем непривлекательный вид.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
