Скрывшись за поворотом горной дороги, Ги приказал воинам спешиваться, перезаряжать арбалеты и следить за горами. Вскоре их нагнали жалкие остатки арбалетчиков, ведомые перепуганным насмерть Раулем де Матаплана. Их перекошенные от страха и боли лица, кровь и стоны раненых красноречиво говорили сами за себя.
– Какие потери, мой юный друг? – Ги крепко придавил своей рукой его дрожащее плечо.
– Н-н-не з-зн-наю… – стучащим от ужаса зубами ответил Рауль. По его лицу струились большие дорожки пота. Его стошнило на колени, забрызгав седло и попону своего коня.
– Ну так идите и посчитайте! И перестаньте стучать зубами, вы же командир!.. – Суровый взгляд де Леви отрезвил молодого рыцаря, который суматошно развернул своего коня и поскакал к арбалетчикам. Ги поморщился и произнес. – Слава Богу, что, хотя бы, не обделался под себя…
Вскоре Рауль возвратился, бледный, как смерть и едва держащийся в седле. Его зеленое от страха и слабости лицо мелко дрожало.
– С-семь убито и од-д-дин-нн-надцать ранено… – заикаясь от волнения и страха, произнес рыцарь и попытался, было, зарыдать, но Ги отвесил ему увесистую пощечину и крикнул:
– Держите себя в руках! Не будьте бабой, Рауль! Иначе, клянусь Господом, я отрублю вам собственными руками голову и привезу ее графу, чтобы он увидел вашу зеленую от страха рожу! Вы – рыцарь и офицер его светлости!.. – Ги неожиданно сменил свой резкий тон на более спокойные и несколько ласковые нотки. – Сколько коней потеряли?..
– Двадцать два строевых коня, мессир. – Из-за спины Рауля показалось лицо Пьера, который уже успел оценить потери отряда. – Придется пересаживать ребят на мулов и ронкинов…
– Так и поступай, Пьер. – Ги приказал ему. – Дон Рауль поедет со мной. Так и мне, да и всем будет спокойнее… – Рауль, на губах которого от мощной пощечины выступила кровь, а из носа потекли кровавые сопли, молча закивал головой, но ничего не произнес, лишь всхлипнул. Де Леви снова повернулся к нему и, глядя в упор, спросил. – Дон де Матаплана, вам не надоело хныкать, как девка? Может, мне еще разочек приложиться к вам самым надежным и отрезвляющим способом? А?..
Рауль испуганно вытер кровь со своего бледного лица, потупил глаза и произнес:
– Простите меня, дон де Леви, и… – он поднял голову и посмотрел на рыцаря, – спасибо вам за мужскую науку. Я сам виноват, поделом…
Ги вынул из седельной сумки бурдюк с вином, зубами откупорил пробку и протянул молодому рыцарю:
– На-ка, прими, да отхлебни добрый глоток вина. Пусть хотя бы оно немного отрезвит тебя. – Рауль схватил бурдюк и жадно припал к нему губами, проливая вино себе за ворот кольчуги. Ги улыбнулся, вспомнив, как и сам в молодости побаивался, и произнес. – Господи! Да не торопись ты так! Подавишься еще, чего доброго! Что мне графу-то говорить?..
– Правду… – грустно ответил Рауль, возвращая бурдюк.
– Ага! Я не такой дурак, чтобы взять, да и опозорить твой род до седьмого колена! Ничего-ничего, с кем не бывало. Слава Богу, что ты не обделался с перепуга, вот смеху-то было…
Рауль улыбнулся, представив себя в таком непотребном для рыцаря виде.
– Простите меня, дон де Леви… – извиняющимся голосом произнес он.
– Наплюй, Рауль. – Ги похлопал его по плечу. – Ты, наоборот, радоваться должен!
– Чему, простите?.. – Снова удивился юноша. – Моему позору?..
– Нет! Тому, что мы на правильной дороге! – Ги снова покосился назад, проверяя, как его воины готовятся к отражению возможной атаки, убедился, что все нормально, развернулся к Раулю и произнес. – Засада, мой друг, вот так просто, можно сказать на ровном месте, не устраивается. Значит?.. – он вопросительно посмотрел на рыцаря, подталкивая того к размышлению и продолжению своих слов.
– Значит, дон Ги, сокровища действительно существуют! – Закричал, обрадовавшись, Рауль де Матаплана. – С какой тогда нужды было устраивать нам засаду?..
– Молодец! – Ги с силой ударил рыцаря по спине. – Наконец-то начал мозгами шевелить. Я думаю, что мой информатор не соврал – сокровища здесь, они поблизости, надо только протянуть руку и забрать их…
– Все у вас, дон де Леви, уж больно просто выходит… – вздохнул рыцарь, скептически оглядывая свою грязную амуницию и перепуганных воинов. «– Катары, тьфу, – он трижды плюнул через левое плечо», – говорят, такие кровожадные и страшные!..
– Ага! Ты еще скажи, что у них по три головы, хвосты и дьявольские копыта вместо ног! – Снова не удержался и рассмеялся Ги, поражаясь неопытности и наивности молодого фуасского рыцаря. – Где вас только берут таких…
– Вы, прямо, меня в краску вгоняете… – смущенно покраснел и пробормотал в ответ Рауль.
ГЛАВА VI. Сокровища Монсегюра. (Продолжение).
Монсегюр. 16 февраля 1243г. – Все мы в руках Божьих, сын мой… – ответил епископ, и его глухое эхо пронеслось по подземелью. – Для этого я и спрашивал вас о сыне…
Пьер-Рожэ ошалело уставился на епископа. Он часто заморгал глазами, но ничего не смог произнести в ответ.
Бертран де Марти потер руки, словно согревая их, подумал немного и снова заговорил:
– Каждому созданию Божию уготована судьба, сын мой. Ваш сын, как это высокопарно не прозвучит, был изначально уготован для исполнения одной важной миссии… – он посмотрел в глаза рыцарю, – можно сказать, он даже не родился, а для него было уготовано что-то очень важное и ответственное.
– Не понимаю вас, отче. – Пьер-Рожэ де Мирпуа подошел к епископу, тот жестом позволил рыцарю присесть рядом с ним.
– Помните, мой друг, – он посмотрел на Пьера-Рожэ, – я вам разрешил отказаться от обета безбрачия и позволил взойти на ложе с одной из Просветленных дев?..
– Ну, да… – ответил ему рыцарь. – Только один раз и было…
– Сейчас это неважно, сколько было… – улыбнулся епископ. – Самое главное, что Совет так решил, а дева покорно согласилась зачать от вас воина…
– Ой, только не надо говорить, что вы настолько всемогущи, что способны шептать на ухо господу о том, кто должен появиться на свет! – Мирпуа с недоверием посмотрел на епископа.
– Ладно-ладно, не стану тебя переубеждать. – Марти развел руками, давая понять, что не намерен спорить и доказывать правоту своих слов. – Кто родился, тот и родился. Юный Рожэ воспитывался нами по всем канонам церкви, он предан и верен ей до последнего вздоха, но при этом, тебе есть чем гордиться, Рожэ стал превосходнейшим воином. Не зря же мои гвардейцы так долго учили его военным премудростям…
В это время раздался глухой удар, и с потолка посыпалась пыль, засевшая между камнями много лет назад.
– Ничего себе… – удивился де Мирпуа. – Ну и катапульта у них!
– Да, сын мой, – епископ грустно вздохнул и опустил голову. – Такой штуковиной они скоро разнесут весь замок…
– Не должны, отче. – С сомнением ответил ему рыцарь. – Если они станут швырять такие огромные камни, их катапульта попросту расколется, не выдержав нагрузки…
– Дай-то Бог… – он сложил ладони и молча помолился. – Так! О чем это я? А. Завтра ночью твой сын уйдет из замка и унесет сокровища и реликвии, навсегда скрыв их от глаз врагов.
– Как же он это сделает, отче? У него, прости меня Господи, нет крыльев… – Пьер-Рожэ усмехнулся, подозревая, что епископ тронулся умом.
– Подробности тебе, сын мой, знать нет нужды. Заверю тебя, что к утру третьего дня ты не увидишь ни сына, ни вот этих… – он провел рукой по мешку, – сокровищ.
– Но как, отче?..
– Какой же ты, право… – улыбнулся в ответ епископ.
– Неужели, отче, слухи о тайном ходе – правда, а не досужие домыслы?.. – догадался де Мирпуа.
– Вот, еще одна легенда появилась на свет. Молодец, сын мой. Правильно, так и поступай. Чем больше легенд и слухов обрастет вокруг всего этого, – он окинул взглядом подвал, – тем труднее и, одновременно, вожделеннее станут сокровища для наших врагов. Пусть они сводят их с ума… – Он встал и отряхнул пыль, попавшую на его черную одежду. – Пошли к свету.
