— Не трогал я мистера Алана! — крикнул Джозеф.
— В этом не было необходимости. Он протянул руку к Сокровищу, и оно убило его, как делало это прежде и может сделать снова.
Джозеф повысил голос:
— А кто показал ему дорогу к Сокровищу? Уж конечно не мисс Кара! А кому еще был известен секрет двери? Только вам, мадам, только вам! Вы показали ему, как открыть дверь, и, если бы Сокровище не убило его, он бы умер так, как должна была умереть мисс Сейл! Без съестного, без воды, и никакой возможности выбраться — долго бы он не протянул!
В гостиной воцарилось молчание, которое первой нарушила мисс Оливия:
— Если бы вы не пошли за мной той ночью, вы ничего бы не узнали и ничего не смогли бы сделать. Вы служите мне уже давно. Не так долго, как Анна, но достаточно долго. Я думаю, что вы убили мою сестру. Как, по-вашему, я должна вознаградить вас за это?
Джозеф уставился на свою хозяйку, которая продолжала говорить все тем же лишенным выражения голосом:
— Если бы мой план удался, я вознаградила бы вас и отослала прочь, но теперь, если Кандида жива, нам обоим не достанется ничего. Она зацапает Андерхилл, выйдет замуж и родит детей, которые станут ее наследниками. Она должна была умереть, но я думаю, что она жива и больше я ничего не могу сделать. Поэтому вы должны получить достойную награду за убийство моей сестры.
В тот момент, когда Джозеф крикнул, что он не убивал Алана Томпсона, из-за спин мисс Силвер и мистера Тамплинга бесшумно появился инспектор Рок. Когда мисс Оливия произнесла заключительную фразу своего монолога, он обошел ширму и шагнул в комнату.
Глава 42
Кандида лежала в своей постели, а Стивен стоял на коленях рядом — ее пальцы вцепилась в его ладонь. Только бы не закрыть глаза, а то она снова уснет… Стивен сказал:
«Я не отпущу тебя», и поэтому Кандида изо всех сил держалась за его руку.
Вошла Анна с чайным подносом. Она принесла самый изысканный и великолепный напиток — горячий чай с молоком. Кандида жадно глотнула, чтобы смягчить резь в пересохшем горле и утолить жажду. Анна плакала — она старалась этого не делать, но слезы упрямо текли по щекам.
Она взяла руку Кандиды, поцеловала ее и ушла на кухню варить яйцо и делать тосты. Когда она ушла, Кандида схватила Стивена за локоть.
— Ты можешь забрать меня отсюда? Я не могу оставаться в этом доме. Я не желаю видеть его снова — никогда!
— Ты и не увидишь — я об этом позабочусь. Луиза Арнольд заберет тебя к себе. Я увезу тебя, только сначала тебе нужно поесть.
Кандида села на постели, и Стивен обнял ее за плечи.
— Все нормально, я… я просто хочу уехать отсюда, — Кандида прижалась к Стивену и понизила голос до шепота:
— Это был Алан Томпсон, там, в подземелье, — это он?
Стивен кивнул.
— Я думаю, да. Там была пружина, которая срабатывала каждый раз, когда кто-нибудь прикасался к Сокровищу: крышка сундука сразу падала. Томпсон протянул к нему руку, и оно его убило.
— Как… ужасно! Но это… не убийство…
— Ну, не знаю… — с сомнением в голосе отозвался Стивен.
— Что ты имеешь в виду?
— Вряд ли, конечно, кто-то его трогал. Но неужели ты думаешь, что мисс Оливия позволила бы ему жить и жениться на ее сестре? Откуда, по-твоему, он узнал, как открывается эта потайная дверь? Мы узнали об этом лишь благодаря счастливой случайности, но, согласись, подобные случайности происходят редко, очень редко.
— Дорогу к сундуку ему могла показать мисс Кара.
— Она обязательно предупредила бы его, запретила бы прикасаться к Сокровищу. Ведь было даже стихотворение на эту тему, что-то вроде:
Не отдавай и не бери,
Коли охота жить.
— Да… Да, было.
Стивен заметил мрачно:
— Я думаю, что мисс Оливия самолично показала ему потайную дверь в расчете на то, что он конечно же прикоснется к Сокровищу — и последует то, что за этим и последовало.
Кандида вся задрожала.
— Стивен, давай уедем отсюда — и как можно быстрее!
Луиза Арнольд теперь постоянно пребывала в волнении.
Не только оттого, что у нее было очень чуткое, доброе сердце. Но и оттого, что дом ее был овеян любовью, разгадкой тайны трехлетней давности и наэлектризован невероятным скандалом. Роман явно должен был завершиться скорой свадьбой, и поскольку Стивен был ее родственником, а Кандида — сиротой, то из какого же еще дома им идти под венец? Мисс Луиза хранила свадебную фату своей матери, пересыпав лавандой, — а разве на свете играли свадьбу более счастливую, чем свадьба ее матери с ее обожаемым папочкой? Что касается разгадки тайны, то, похоже, не было сомнений в том, что скелет, обнаруженный в Андерхилле — все, что осталось от бедного Алана Томпсона, ну а скандал затмил собою все скандалы, хранящиеся в памяти горожан. Сенсация! Мисс Оливию Беневент подозревают в убийстве сестры. Мог ли кто-нибудь вообразить нечто подобное? Тут мнения разделились. Одни считали, что она виновна, но осуждать ее нельзя — бедняжка сошла с ума. Другие утверждали, что убийство совершил Джозеф и многие, оказывается, всегда чувствовали в нем что-то зловещее.
Когда стало известно, что мисс Силвер сопровождала полицейских во время обыска в Андерхилле, Луиза Арнольд обрела почетный титул Кладезя Информации (и то и другое — с большой буквы!). Это доставляло ей ни с чем не сравнимое удовольствие, но мисс Арнольд чувствовала, что милая Мод рассказала далеко не обо всем. Осмотрительность — дело, конечно, очень хорошее, но не доверять собственной кузине… И самый убедительный аргумент был таков: «Дорогой папочка всегда мне обо всем рассказывал».
Услышав, что расследование приостановлено, мисс Луиза больше не могла сдерживаться:
— Вы хотите сказать, что никто даже не был арестован?
Мисс Силвер только что начала вязать джемпер очень приятного голубого цвета для своей племянницы Этель Бэркетт. Со спиц свисало чуть больше дюйма голубой чуть присборенной полоски. Шерсть была особенно мягкой и мисс Силвер решила опробовать новый узор. Взглянув на Луизу, она спокойно заметила:
— Джозеф Росси задержан, его допрашивает полиция.
— Задержан! Только и всего?! Вы хотите сказать, что он не убивал бедняжку Кару, что она ухитрилась насмерть разбиться, упав с лестницы?
— Полиция должна решить, стоит ли передавать это дело в суд.
Мисс Луиза возмущенно покачала головой.
— Возможно, он убил и бедного Алана Томпсона!
— Я так не думаю.
Луиза Арнольд наклонилась вперед. — Знаете, я видела в музее один из этих сундуков. Я так от злости разнервничалась, что не могу вспомнить, где именно это было, но точно во время того нашего с папочкой путешествия через год после смерти матушки. За эти две недели мы посетили так много разных мест, что все они перепутались у меня в голове. Не помню, где я видела сундук, но помню, что он был в точности такой же, какой, говорят, нашли в Андерхилле. К крышке крепилась особая пружина, и если вы трогали что-нибудь из того, что лежало в сундуке, ужасно тяжелая крышка обрушивалась на вас. Говорят, нечто подобное произошло и с Аланом Томпсоном.
Или вы считаете, что его убил все-таки Джозеф?
Мисс Силвер не ответила, и через минуту Луиза продолжала строить предположения:
— Но чего уж я совсем не могу взять в толк, так это то, что говорят о бедняжке Каре. Не могу поверить, что она ночью решилась пойти в темный подвал — разве что во сне. Как вы думаете, может, она действительно забрела туда во сне?
— Я думаю, что она просто искала Алана Томпсона, но во сне или не во сне — этого я сказать не могу. Может статься, она давно подозревала, что он мертв. Она могла быть очень напугана и внезапно почувствовала, что не может больше жить в неизвестности.
Возникла небольшая пауза. Голос Луизы понизился почти до шепота:
— Вы думаете… что ее убила Оливия?
