Накладывая перед отправкой заклинание избирательной невидимости и неслышимости, маг заодно наложил на себя и чары левитации, благоразумно умолчав об этом маленьком дополнении, когда давал характеристику заклинанию. Лукас рассудил, что Фину левитация не понадобится, поэтому лучше не рисковать, наделяя азартного и склонного увлекаться вора возможностью пользоваться тремя заклинаниями одновременно. У Лукаса еще свежи были воспоминания о полетах, устроенных Рэндом и Элькой в королевской библиотеке Ильтирии, не говоря уж о погроме в Рошхе.
Выбрав по каким-то признакам показавшееся ему подходящим место, на взгляд вора ничем от прочих мест у неприступного забора не отличающееся, маг легко оттолкнулся от мостовой и в самом деле взмыл ввысь как прыгучий зеленый кузнечик, разлетелись только полы камзола. На несколько секунд зависнув в полутора метрах над угрожающе-острыми пиками забора, маг внимательно осмотрелся, благо, что с такой высоты вид открывался весьма удачный, и мягко спланировал назад к непрыгучему напарнику, брошенному на земле.
— Что, плоховато оттолкнулся? — ехидно хмыкнул Рэнд, прикрывая скепсисом легкую зависть к подобного рода прыжкам.
— Нет, мосье, напротив, вполне достаточно, — отозвался довольный маг, складывая руки на груди и поглаживая свой волшебный перстень. — Я выбрал место переноса.
— Тогда чего мы ждем? — удивился вор, уж больно ему не терпелось приступить к делу.
Вместо ответа Лукас положил руку на плечо более низкорослого Рэнда и нажал на камень перстня. Как всегда, заклинание телепортации сработало безупречно. Мужчины оказались в ярко освещенном фонарями тюремном дворе, довольно далеко от ограды, вдоль которой шла широкая, метра в три, полоса странного мелкого песка, светящегося призрачным нежно-голубым, как сердитый дух Рогиро, цветом.
— Какой красивый песок и в таком мрачном месте! Зачем? — удивилась Мирей.
— Да уж не заключенных радовать. Красивый? Это, подруга, песок-прилипала, — мрачно хмыкнул Рэнд, не испытывая никакого восторга от созерцания удивительного зрелища. — Во многих тюрьмах имеется. Стоит на него ступить кому-нибудь тяжелее мелкой птицы — прилипнешь так, что втроем не отдерут, да он, зараза, еще звенеть и стонать начнет на все лады и в себя затягивать. Звук дикий, даже мертвого из земли подымет, вся стража вмиг примчится.
— Теперь ясно, почему не охраняется стена, — заметил Лукас, не столь детально, как Рэнд, знакомый с внутренним устройством тюрем.
— Да, по такому мягкому песочку далеко не пробежишь, — скривился вор и прибавил, осматриваясь. — Хотя, здесь и до полосы песка вряд ли доберешься, если невидимкой прикинуться не сумеешь. Посты арбалетчиков кругом: вон на крышах, на вышках во дворе, а внизу караулы с мечами расставлены.
— Но, как вы уже заметили, мосье Рэнд, нас это ни в коей мере не должно беспокоить, потому что сейчас наша задача — не сбежать из тюрьмы, а войти в нее, — резонно возразил маг коллеге, несколько увлекшемуся процессом рекогносцировки с привычно-воровской точки зрения.
Сейчас мужчины стояли как раз между Домом Стражи — аккуратным двухэтажным зданием, сложенным из того же серого камня, что ограда, с бытовыми постройками, притулившимися рядом — казармами и хозяйственными помещениями, рядом с которыми были даже разбиты ровные газоны, поросшие жесткой щеткой травы и мелкими голубыми цветами. Наверное, начальнику тюрьмы, или как его там называли в Дориме, было не чуждо чувство прекрасного и художественный вкус. Оттенок цветочков в точности повторял окраску песка-прилипалы у ограды. С другой стороны находилась собственно тюрьма — огромное мрачное сооружение с единственной дверью в торце. Здание узилища, как успел объяснить посланцам богов лорд Дрэй, имело форму колодца, то есть обладало собственным внутренним двором, не имевшим сообщения с двором тюрьмы, в котором сейчас находились дерзкие пришельцы. Коридоры внутри шли по всему периметру здания. На Дом Стражи и площадь Костров выходили только окна караулок, где отдыхали стражники, и коридоров, по которым они передвигались. Сами камеры, если и имели узкие щели оконцев, то лишь во внутренний двор тюрьмы. Посланцам богов предстояло проникнуть в тюрьму и спуститься по лестнице из коридора вниз, на третий подземный этаж, где содержали несчастных драконов. Выше в подземелье располагались камеры с менее опасными узниками: убийцами и насильниками. Мелких воришек и жуликов, а так же знатных узников, содержали на наземных этажах.
Войти в здание тюрьмы со двора можно было только через относительно широкую — смогли бы спокойно разминуться два человека — дверь, у которой, как и перед оградой, скучала пара стражников с копьями, грезя об окончании смены, кажущейся бесконечной, как всякое относительно бездельное времяпрепровождение на работе.
— Ну что, опять прыгать будешь? — поинтересовался Рэнд. — Дверь-то в тюрьму хоть и не заперта, а мимо этих амбалов не пройдешь, если ты только сквозь них просочиться не побрезгуешь в какое-нибудь желе обратившись. Но я на такое в жизни не пойду, они, небось, мыться-то строем в общественную баню хорошо если раз в полгода ходят!
Дюжие стражники, настолько заросшие бородами, что по их лицам сложно было сказать, как часто они моются, стояли так, что своими массивными телами загораживали обе створки двери. В столь поздний час окна светились только на третьем этаже, скорее всего, там располагалась одна из караулок тюремщиков.
— М-м-м, — Лукас задумчиво покосился на охранников, дремавших вполглаза, намертво вцепившись в копья. Миновать их действительно не было никакой возможности, а прыгать ему больше не хотелось, мосье вообще не любил повторяться, творя заклинания. Он считал это вульгарным и не достойным своих талантов.
Значит, следовало придумать что-нибудь новенькое! Магу в голову пришла отличная идея, лукаво заблестели глаза. Он настроился слегка поразвлечься, мотивируя свой поступок тем, что его задумка внесет в ряды доблестной сонной стражи сильную суматоху, во время которой они с Рэндом без проблем навестят тюрьму как и полагается цивилизованным посетителям — через дверь. А пока во дворе будет царить хаос, посланцы богов спокойно обтяпают свое дельце.
— Мадемуазель Мири, как по-вашему, из какого дерева изготовлены копья стражи? — вежливо поинтересовался Лукас, подходя поближе к двери.
— Ясень, — сходу, но несколько неуверенно ответила жрица и тут же повторила, уже не сомневаясь в своих словах. — Да, ясень.
— Отлично, это нас устраивает, — разулыбался маг и, подумав несколько секунд, зашевелил пальцами, бормоча, или как выражался Рэнд, "шарманя", себе под нос:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
