протянул руку к Мельхалин, укутывая девушку в теплую воду под деревом.
Вот только полоска здоровья почти не дрогнула, так и оставаясь в желтой зоне.
У него был приятный глубокий голос, в котором было странное сочетание извинений с какой-то странной ноткой гордости. Как испортивший мебель котик, гордящийся остротой своих когтей, помня при этом о последующем наказании.
На Дрима особого эффекта это не произвело — ученик паладина лишь хмуро приставил к горлу пленника свой полуторный меч.
— Я все объясню, — вампир снова попытался улыбнуться. — Только дайте мне минуту прийти в себя. И отпустите уже, наконец!
Судя по взгляду, светлый решил, что незнакомец над ним издевается, и многозначительно кольнул концом клинка. Проступили капельки алой крови. Пусть у нашего пленника уровень и скрыт, выглядел он как-то не очень готовым к драке.
— Ты нас совсем идиотами считаешь?
Единый в своем порыве с Дримом, хаосит скручивающим жестом рук приказал призванным щупальцам обнять незнакомца покрепче. Вампир закашлялся и на его самодовольном лице проступила гримаса боли.
— Нельзя убивать всех подряд! — вдруг вмешалась Лита, и хватка Хеора сразу же прекратила пытку. На лице хаосита промелькнуло замешательство. Он-то как раз очень даже разделял сейчас решения своего соперника за лидерство в группе.
Вот уж странное дело. Как будто бы это не её лучшую подругу только что чуть не убили.
— Ладно, смерть откладывается на пару минут, — Дрим попытался сделать вид, что ему плевать, но было видно, что он в праведном гневе.
Какие вообще могут быть споры внутри группы перед лицом врага неопределенной силы?
Наконец, здоровье Мельхи принялось восстанавливаться. Намного медленнее, чем полагалось под моими заклинаниями, но солнечная эльфийка определенно шла на поправку. Уже спокойнее, я вздохнул и обновил на нас обоих «снежный оберег» — себе для удачи, а раненой — в дополнение к «восстановлению».
— Какого хрена ты напал на Мельхи? — начал Дрим свой допрос. Вернее, опрос, если учесть, что пока рядом Лита с её странным понятием справедливости, пытать его никто не собирается.
— Я не специально, — снова извиняющимся, но с плохо скрываемой гордостью, произнес незнакомец. — Видите-ли, я тут уже черт знает сколько, может, больше года, а может, и несколько. И когда ваша милая спутница решила осмотреть мои вещи, сработал мой талант возрождения.
— Кто-нибудь что-то понял? — неуверенно спросил ученик паладина у нас.
— Что за талант? — к расспросам добавился Хеор. — Ты бессмертный, что-ли?
— Разумеется, хехе, я же вампир! — Чужак насмешливо покачал головой, явно нарочно переигрывая с неуместным пафосом. Но все же следом снисходительно пояснил. — Просто от голода я впал в нечто вроде анабиоза. А когда рядом оказалась еда, инстинкты сработали за меня. В себя я пришел уже во время боя с этой милашкой.
Ласка все еще стояла у него за спиной, но не проявляла никаких эмоций. Если ее и задела издевка недавнего противника, виду она не подала. Хотя, подобная ситуация ведь уже была со Стерхом, а он у неё вызывал куда больше ненависти, чем неизвестный.
— То есть теперь ты не будешь на нас нападать? — настала очередь Литы спрашивать пленника.
— Разумеется! Я хороший вампир. Кстати, я Алиот.
Вампир вновь засиял улыбкой, демонстрируя клыки.
— А какого черта ты тут забыл, хороший? Чего сам не вернулся в город, если ты оттуда?
Кровосос пожал плечами, насколько это позволяли сковывающие щупальца Хеора. Но видя, что такой ответ никто не приемлет, пояснил:
— Потому же, почему и вы сюда зашли, очевидно же.
— Правда? — приподнял бровь де Мелвил. — И почему же здесь мы? Я вот, например, сам очень хотел бы это знать.
При этом он взглядом охватил нас, словно подозревал заговор с целью заманить всех именно в это место. Но все мы, как и он, понятия не имели, где находимся.
— Имена искали с товарищами, разве нет? — искренне удивился нашей непонятливости кровопийца. — Разве вы здесь не за этим забрели в ловушку?
— Ловушку? — Хеор тут же отметил главное.
— Да. Это храм какого-то старого бога, — Алиот поморщился, явно злясь на себя за излишнюю открытость, или же делая вид, что жалеет о сорвавшемся слове. — Вернее, был храм. Сейчас даже имени этого бога никто не вспомнит. Да и от самого помещения уже ничего не осталось, так что сейчас это сложно понять. Но легенды о Дочерях Смерти-то вы слышали?
Тишина ему была ответом.
— Понятно, — тяжело вздохнул вампир. — В общем, опуская нудную лирику, это одно из трех мест, где можно найти одну очень крутую штуку, решающую очень много проблем, включая получение звериного имени.
Хм, а если присмотреться, вся эта пещера и впрямь похожа на нечто рукотворное. Здесь, у дерева, это особенно заметно — левитирующий камень, на котором мы все находились, был слишком ровным, да и камни-ступени, парящие в пространстве, явно не были природным явлением.
У самых корней древа даже сохранились остатки каменных фонариков с давно осыпавшейся черепицей. Но, судя по запустению, этому месту тысяча лет, а то и больше — много тысяч. По сути, это даже не руины, а едва заметные следы чего-то ушедшего так давно, что мы и вообразить себе не можем такие цифры.
Древность просто не укладывалась в голове. И главное, сложно представить, какая магия могла сотворить подобное место, в котором и по сей день левитируют остатки древних ступеней и целый остров, с огромным древом и бассейном у его корня.
Ласка выразительно посмотрела на меня, а затем и сама принялась рассматривать стены пещеры. Я невольно вспомнил её слова о том, что она так же, как и я, ловит обрывки чувств. Могла ли она читать мои мысли? Или мы с ней просто думаем схожим образом?
— Собственно, затем здесь был бой с тварями. Долгий, кровопролитный и закончившийся гибелью всего отряда.
— А ты, стало быть, перешел на сторону врага? — выразил свою догадку де Мелвил. — иначе почему ты один тут остался в живых?
Хм, а об этом варианте я не подумал. Хотя вряд ли это действительно так. Смысл предавать своих товарищей, чтобы потом в виде бескровного трупа годами лежать черт знает где?
— Эй, я не предатель! Я честный вампир! — возмутился Алиот, повторяясь.
Хеор хохотнул:
— Хватит тратить наше время, кровосос. Просто расскажи по порядку как здесь оказался.
