class="p1">Кирби запустил на компьютере государственную поисковую систему утверждения завещаний и ввел данные Хелен Лайнхен. Она умерла 17 декабря, завещание было утверждено 3 февраля. Две недели назад. Он записал номер завещания и взял телефон.
– Диана? Это Лью Кирби. Как дела? – на его губах заиграла слабая улыбка.
– Кого я слышу, сам Лью Кирби. Давно не виделись, – произнес хрипловатый голос на другом конце провода. – У меня все в порядке. А у тебя? Все еще живешь на той чертовой лодке?
– Да. Удивлен, что ты помнишь.
– Вряд ли я забуду то трехногое чучело лисы, – заметила она, негромко рассмеявшись. – Да и ночь была жаркой.
– Да, это точно, – согласился Кирби, помня все в подробностях. Диана Хэллоран работала в службе регистрации завещаний, они познакомились на вечеринке около года назад. Она сидела в углу с бутылкой «Шабли» и читала книгу о фокусах, которую взяла с полки хозяев дома. Он помог ей расправиться с «Шабли» – вино, кстати, было весьма неплохим, – а потом предложил куда-нибудь уйти. Побывав в нескольких пабах, они оказались на его лодке.
– Чем я могу тебе помочь? – спросила она. Кирби не понимал, был ли скрытый смысл в ее вопросе или нет, потому что все сказанное Дианой звучало двусмысленно. Все дело было в ее голосе.
– Мне нужно, чтобы ты пробила для меня номер официального подтверждения завещания. Я ищу само завещание. На него только недавно было выдано подтверждение, так что информация может быть еще недоступна, хотя формально она уже должна находиться в открытом доступе.
– Продиктуй мне номер, – ответила Диана. – Медленно.
Он сосредоточился на чтении номера. И почему они не стали парой?
– Тебе повезло, – произнесла она спустя минуту или около того. – Только что появилось в интернете. Отослать тебе?
– Спасибо, – он продиктовал ей адрес своей электронной почты.
– Хочешь как-нибудь сходить выпить, вспомнить старые времена? – спросила она. – Никаких обязательств.
– Спасибо, но я сейчас немного связан – пожалуйста, без подколок.
– Что ж, тогда в следующий раз, – ответила Диана. – Когда ты будешь не так сильно связан.
Казалось, от ее голоса телефон готов был расплавиться, ее соблазнительный тон заставлял Кирби волноваться.
– Не думаю, что моя девушка это одобрит, – сказал он.
– Хочешь сказать, что не доверяешь мне? – судя по ее голосу, она улыбалась.
На его почту пришли подробности о завещании Хелен, поэтому Кирби закончил разговор, прежде чем успел согласиться на то, о чем мог пожалеть. Он положил телефон на место и уже собирался уделить все свое внимание «Последней воле и завещанию Хелен Лайнхен», когда зазвонил его мобильный. Номер был ему незнаком.
– Детектив Кирби? – произнес женский голос. На линии были помехи.
– Да, слушаю.
– Это Маргарет Холидей.
Кирби слышал музыку на заднем фоне – «Радио 3», скорее всего.
– Мисс Холидей, чем я могу помочь?
– Я кое-что вспомнила. Готовы записать? – резко спросила она.
Кирби улыбнулся.
– Готов к действиям, мисс Холидей.
– Я вспомнила название сиротского приюта, в который Эна отправила бедного ребенка. Дом «Назорей».
– Вы знаете, где он находился? – спросил детектив, записывая название.
– Митчэм. Уверена, вы найдете его в списках, а вот существует ли он до сих пор – это вопрос.
– Спасибо, мисс Холидей, это очень полезная информация. Вы хотели сообщить что-то еще?
– Ну, возможно, это не важно, – произнесла она. – Но те письма, которые вы мне показывали…
– Да? – он ждал.
– То, что адресовано Рути… Я знала, что что-то в нем не то, но не могла понять, что именно.
Он вспомнил, как она обратила внимание на имя и едва не вспомнила что-то.
– Что с ним?
– Может, я и ошибаюсь, но если это та, о ком я думаю, то она была не пациенткой, а медсестрой.
– Откуда у Эны письмо, адресованное медсестре? – спросил Кирби вслух.
– Понятия не имею. Если только…
– Если только что? – спросил детектив.
– Ну, если только оно не пришло после ее смерти.
– Вам придется пояснить.
– Она убила себя. Взяла лекарства из пункта выдачи медикаментов и переборщила с дозой. Якобы.
Мужчина сглотнул, ощущая, как в животе зарождается неприятное чувство.
– Что вы имеете в виду под «якобы»?
На мгновение Маргарет замолчала.
– Ее нашла Эна.
– Что именно вы пытаетесь сказать, мисс Холидей?
– Родные Рути утверждали, что она никогда бы не покончила с жизнью. Выводы можете сделать сами.
– Вы помните, где ее нашли и что она приняла?
– Нет, простите. Надеюсь, я чем-то помогла.
– Помогли. Спасибо, мисс Холидей. Берегите себя.
Он завершил звонок и тут же набрал Кобрака. Чувство, что они наконец-то напали на след, усиливалось.
– Взглянешь снова на письма, которые мы нашли в спальне Эны, хорошо? – попросил он, когда Кобрак поднял трубку. – В особенности на то, что адресовано Рути. Судя по всему, Рути была не пациентом, а медсестрой, и совершила самоубийство. Найди что сможешь.
– Понял, сделаю, – ответил Кобрак. Его голос был полон энтузиазма.
Беглый поиск в Google показал, что сиротский приют «Назорей» теперь превратился в дом престарелых… боже, он уже достаточно насмотрелся на дома престарелых и больницы, хватит на всю жизнь. Детектив записал адрес и позвонил на номер для звонков по общим вопросам. Девушка, ответившая на звонок, разговаривала так, словно ее смена закончилась и ей на все наплевать, но тем не менее поведала, что управляющий домом престарелых, Дэн Кристи, приедет в 8:30. И что у них действительно есть некоторые записи из «прошлого», но она точно не знала какие. Кирби отложил телефон и на несколько минут задумался. Сегодня вечером он мало что мог сделать, поэтому решил вернуться на лодку и попытаться все разложить по полочкам у себя в голове. Нужно было также поговорить с отцом, до которого все еще не удалось дозвониться.
Перед отъездом он открыл завещание Хелен Лайнхен, присланное Дианой, и пробежался глазами по тексту, насыщенному юридической лексикой, пока не дошел до раздела «Бенефициар». Он прочитал раздел несколько раз, чтобы убедиться: Хелен Лайнхен оставила Чарльзу Палмеру не только дом Марш, но еще и внушительную сумму денег. Вообще-то, она оставила ему буквально все. За исключением разве что планов дома, которые она завещала хранилищу, где работала Конни. Не то чтобы Палмеру было дело до рисунков, потому что кем бы он ни являлся – сыном Хелен или Яном Карсвеллом – теперь он был очень, очень богатым человеком.
Глава 36
Стояло утро понедельника, и на дорогах царила напряженная атмосфера: все, в том числе и Кирби, были сыты по горло этой непогодой и просто хотели, чтобы все вернулось в норму. Прошлым вечером детективу в конце концов
