это почувствовал. И ее пламя… оно пурпурное. Такого не бывает.
Надо бы вернуться на Касадраль и улететь отсюда, но мне почему-то не хочется. Пройдусь по городу. Возможно, в голову придут свежие мысли.
************
Улицы уничтоженных городов всегда кажутся пустыми, но никогда таковыми не бывают. Чувство, что за тобой следят, не оставляет ни на секунду. Однако здесь оно чересчур навязчивое.
Мои способности позволяют оглядеться по сторонам, не обращая внимания на стены.Однако сегодня мне не хватает концентрации. Да и смысла тратить энергию нет. Я слишком силен для любого, кто может прятаться в руинах.
Некоторые дома стоят нетронутыми. Даже щиты все еще функционируют. Должно быть, в подвале стоит целая энергостанция, а это означает, что хозяин был весьма богатым смертным.
Хм…коттедж… Значит, я уже в старом районе. Не помню, как преодолел все Кольца. Здесь недалеко дом принцессы. Наведаюсь-ка в гости.
И вот я на месте. Я не иду, а лечу. Отсюда и чувство слежки: насколько бы невнимательным ты ни был, но сгусток тьмы, парящий над городом,заметишь.
Подсознание сразу привело меня в старый город. Вопрос: зачем?
Дом Талы разрушен. В него угодил истребитель, а затем взорвался. Судя по всему, Анариот спас принцессу, когда она убегала. Интересно, что им движет. В последний раз мы встречались, когда пропал его единственный друг Майран. Впрочем, мне их не жаль. Ненавижу предателей.
Некоторые строения уцелели, но были подчистую разграблены. На стенах красуются граффити с оскорблениями принцессы и ее семьи. У кого настолько отсутствует чувство самосохранения? Им нужно спасаться, но вместо этого они разукрашивают стены надписями, которые она никогда не прочтет. Никчемные создания.
Внутри мне делать нечего. Бросив взгляд по сторонам, я замечаю шпиль храма на холме. Единственный уцелевший из шестнадцати.
Вмиг я оказался на этом шпиле и осмотрелся.
Ничего интересного. Пожалуй, я увидел все, что мог. Кроме.... Сильтора.
Секундный полет в сгустке тьмы – и вот ворота прямо передо мной. Позади разрушенный мост, а в глаза бросается оскорбление Сирига. Эти рисунки показались мне недопустимыми еще при первом моем проходе здесь, но тогда я был стеснен обстоятельствами, теперь – нет. С тяжелым скрипом обе створки по моей прихоти полетели в океан. Пусть гниют на дне!
**********
В башне кто-то есть. Он в тронном зале. Я быстро поднимаюсь по лестнице и встаю перед полуоткрытой дверью. Здесь мы стояли с принцессой, за пару мгновений до того, как я обезглавил ее отца.
Посреди зала горит костер. Рядом с ним сидит посол. Курт. Я думал, он давно сбежал с планеты. Заметив меня, посол, потянулся за спину. Там был пистолет.
– Он Вам не поможет.
На удивление, посол мне поверил. И вернулся в изначальное положение. Курт молча пялился на разлагающийсятруп Кайнара. Тел командующего стражей и четырех гвардейцев уже не было. В помещении сильно воняло.
– Пришли добить наш триумвират?
– Боюсь, даже мне не понятен смысл Ваших слов.
– Нас было трое. Все из знатных семей. Дружили с самого детства. Прозвали себя триумвиратом. И вот я здесь один. Ты пришел убить меня?
– Вы переоцениваете собственную важность.
– Надежда не грех.
– Безусловно. Но она слабость.
– Так и есть. Хотя без нее еще хуже.
– Хм… Почему Вы все еще здесь, посол?
– В Вашем вопросе уже есть ответ. Я посол Манарифа и должен здесь быть.
– Должны сидеть здесь в одиночестве и развлекаться, разглядывая труп своего правителя и бывшего друга? При условии, что, судя по остаткам погребальных костров у пробоины в стене, остальным телам Вы оказали большее почтение. Так что же все-таки подтолкнуло Вас к такому времяпрепровождению?
– Надежда… Меня подтолкнула надежда. Когда моя семья перестала отвечать на те короткие звонки во время снятия барьера… я надеялся, что это просто связь барахлит. Надеялся, что это мне не везет и энергия барьера не пропускает именно мой звонок. Надеялся, что их нет дома потому, что они постоянно заняты… чем-то хорошим… полезным… Ведь не могло же что-то случиться с семьей приближенного к Кайнару?.. Но дни складывались в недели, а недели в месяцы, и терпеть неизвестность стало невыносимо. Я просто хотел увидеть свою семью… и вот что из этого вышло…
– Не будь этой возможности, я бы воспользовался другой. Вы никак не могли этому помешать.
– Слава Богам, что я не смог этому помешать. Этот ублюдок заслуживал смерти.
– Вот как? Так что же случилось с Вашей семьей?
– Их убили за то, что я приближенный Кайнара. Кучка пьяных в стельку отморозков вломилась в наш дом. Они кричали, что моя семья служит предателю. Кричали, что с моего согласия Кайнар отправляет лучших на смерть. Служанка рассказала, что их главарь рыдал, забивая голыми руками мою жену. А когда душил дочку, то рассказывал ей, какой у него хороший сын. Как он им гордится. Гордится тем, что он служит в Легионе Чести. … Служанку убийцы не тронули. Даже связывать не стали. Она сказала, что к ней приходили следователи. Они нашли убийцу… в петле. Все, что они ей передали, она отправила мне. Но я ничего не получал. Бедняжке незачем врать. Наверняка он оставил их у себя. Чтобы я с горя не выступил против него! Чтобы спасти СВОЮ шкуру! Зачем ты пришел сюда, убийца!?
– Не знаю… – я сделал несколько шагов к трупу. В нем на пир собрались сотни мух и червей. – Значит, Вы пришли сюда, чтобы отомстить его…ммм… трупу?
– Я ведь уже сказал! Посол Манарифа должен быть в Сильторе! Вот почему я здесь.
– Посол Манарифа должен быть в распоряжении Кайнара, а не просто сидеть на руинах.
– Кайнар мертв!
– Да здравствует новый Кайнар! По закону титул перешел к принцессе.
– Девочка наверняка присоединилась к отцу.
– Несколько месяцев назад она отбыла на межпланетарном транспортном крейсере "Божественное провидение" с тренировочной базы на Сингур – 1. Их маршрут пролегает через границу Империи в нейтральные территории. Принцесса действует по заданию корпорации Натурел. Мне неизвестно, какова их цель.
– Откуда ты зна.... – его слова провалились. Казалось, он говорит далеко и очень давно. Это чувство знакомо магам.
Тело Кайнара взывало ко мне с неистовой волей и желанием. И я пошел у него наповоду – коснулся останков. Все мухи тут же разлетелись, и даже черви поползли прочь. Они не имели ни единого шанса выжить без гниющего мяса, но смерть, очевидно, казалась им лучшим решением. И боялись они не меня, а трупа, который еще мгновение назад с таким аппетитом поедали.
Мой разум пронзила иллюзия. Я никогда не позволяю делать этого, но неожиданность
