— А, это ты, — произнесла девушка хмуро, завидев мою рожу.
— Я тут тебе варенья принес ягодного со своего острова. Не пробовала поди еще?
— Варенье? — приподняла она бровку. — Варенье хорошо подойдет к чаю с печеньками…
— Я вчера ляпнул, не подумав. Конечно, на сурикатов охотиться не стоит. Но против охоты на гиен ты же ничего не имеешь?
— Гиены — мерзкие звери, — кивнула она, все еще выглядя настороженной.
— Кстати, бамбука привез. Сделаю тебе бумаги для карты.
— Буду признательна, — кивнула она.
— Я тут еще костей тебе немного привез…
— Кости! — воскликнула она радостно. — Конечно, давай сюда! Удобрения мне всегда нужны для огорода, но воины очень редко мне их приносят. Приходится с компостом возиться, а ил на дне реки восстанавливается медленно…
Как я и думал, кости оказались шикарным подарком для огородницы. Что ж, радует, что девушка не стала долго на меня дуться. Терять такое шикарное место по добыче еды было бы глупо. С Изабель я смогу сосредоточиться на крафте, и, возможно, наконец построю свой первый настоящий корабль, а не это плавучее недоразумение.
Глава 27
Следующие несколько дней я занимался изготовлением станков, расширением ограды поселения, а также строил свою новую хижину. После обращения к старосте Ралквисту, я получил в свое распоряжение пару помощников-лесорубов, так что дело спорилось. Древесина, палки и волокна легко находились в густых тропических зарослях недалеко от моего нового места жительства. Южнее меня через одну хижину находилось русло речки, берущей начало из озера и впадающей в море. Так что с водой проблем не было. Изабель пересадила все кусты в округе себе, поэтому собирательством особо не займешься. Только за тем дальним кустом топать на противоположную сторону острова. Поскольку вопрос еды с такой замечательной подругой как Изабель не стоял, я отложил мысли о фермерстве в дальний ящик.
Девушка даже для Пумбы давала финики, поэтому периодически, не каждый день, я использовал питомца для вылазки в сторону медного карьера. Находились шахты на юго-востоке от деревни, у западного подножия вулкана. Меж обсидиановых потоков находились каменные породы, в которых встречался халькопирит — материал с низким содержанием меди, всего 5 %. Также повсюду были разбросаны осколки камней и самородная медь, за которую требовалось конкурировать с ботами. Изредка на склоне попадались и кремниевые осколки. Поход до карьера сопровождался иногда встречами с гиенами, но в компании Пумбы даже трех псин можно было особо не опасаться.
Утро мое обычно начиналось с завтрака с Изабель и получением от нее сухпайка. Если я планировал поход с Пумбой, то просил побольше фиников. Затем направлялся либо на сбор ресурсов, либо на лесозаготовку, либо занимался крафтом, что тоже отнимало время и силы.
Добытое с гиен мясо после жарки отдавал Ралквисту, постепенно закрывая полученное задание. Не уверен, на кой черт в подобной песочнице мне париться насчет квестов, но пусть будет. Параллельно копились и шкуры с гиен. Поскольку класс твердости собачьей кожи равен твердости меди, а штраф значительно меньше, я решил использовать медь для других проектов. Вот насчет бронзовых доспехов можно подумать, но в принципе бронзу в броне можно заменить чешуей морлоков.
Бамбук я вымочил в бочках, предварительно добыв известь на морском дне. Процесс сбора осложнялся нападением акул, но если слишком далеко не заплывать, то можно таскать по одной штуке. Я использовал плот, чтобы проводить с него разведку побережья и быстро уходить от клыкастой погони.
Из бумаги я изготовил Изабель журнал, которому она очень обрадовалась. Журнал огороднице требовался больше, чем карта. Девушка записывала в него рецепты блюд, которые она уже пробовала, и которые не дали никакой выгоды. Встроенные же игровые рецепты по типу пирога с финиками или мясного рагу по мере открытия появлялись в справке, так что их записывать не требовалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Остальную бумагу, сверившись предварительно с ценами, я использовал для изготовления карт, которые затем продал местному торговцу-неписи. У меня появились первые пиастры! Пока немного, но все миллиардеры с чего-то начинают.
Вскоре, не без помощи местных жителей на краю деревни выросла и моя скромная хижина. С полом я извращаться не стал, оставив блоки земли. На стены лачуги высотой в три блока я положил перекрытие из полудосок, которые прихватил меж собой медными гвоздями. Ушло всего три медных слитка, так что не критично. Крышу также сделал примитивную из палок и волокна в виде лесенки, поэтому мой дом почти не отличался от остальных строений. Чердак я отвел под кровать, стол со стулом, полку с посудой и прочими бытовыми мелочами.
Изабель мой дом не одобрила. Удивительно, как различаются подходы к игре у разных людей. Изабель построила красивый обжитый домик, а производственные станки вынесла наружу под навес. Я же организовал свой ночлег на чердаке, а первый этаж отдал под хранилище, инструменты, верстаки и станки.
— У тебя получилась какая-то землянка, скрещенная с кузней, Макс! Уж деревянный пол на первом этаже мог бы положить!
— Это сколько материалов придется пилить и таскать. Лучше уж я на корабль начну заготавливать. Да и риск возгорания в таком случае возрастает.
— Значит, ты действительно хочешь покинуть Черный Лотос? — вопросила девушка с толикой грусти.
— Я уже говорил: мне хочется посмотреть мир, показать себя, найти тех, кто знает что-либо о нашей ситуации. Возможно, некоторым игрокам или небесным посланникам, как их тут называют, удалось сохранить крупицы воспоминаний.
— Ясно, — вздохнула Изабель. — Что ж, мне иногда тоже хочется бросить все к чертям и куда-нибудь уехать…
— Так за чем же дело встало? На моем корабле всегда есть для тебя место.
— Нет, — помотала она головой. — Море страшное. Такие авантюры не для меня…
— Но ведь есть алтари воскрешения.
— Меня один раз укусила гиена. Это очень больно! Боюсь представить, какого это — умирать.
— Страшно только первый раз, — произнес я бывалым тоном.
— Ну уж нет, не уговаривай. Меня устраивает моя спокойная размеренная жизнь в Черном Лотосе!
“Ты ведь только что сама говорила о том, чтобы все бросить к чертям и свалить?” — подумалось мне. Но вслух говорить ничего не стал.
— Как пожелаешь, Изабель… Хм, можно мне обращаться к тебе по короткой форме. Белла, например?
— Нет! Только не Белла! — отшатнулась девушка.
— Хе, неприятные ассоциации с героиней одного фильма?
— И не говори! Меня еще в старшей школе принялись дразнить одноклассницы. Идиотки, — передернула она плечами.
— Тогда просто Бель? Или Бельчонок?
— Мне кажется, мы не настолько близки, чтобы использовать второй вариант. Но насчет Бель я не имею ничего против. Жаль, что твое имя уже никак не сократить. Уж я бы придумала тебе прозвище, — пригрозила девушка. — Кстати, Макс Желудь звучало лучше, чем Макс Укротитель.
— Вынужден с тобой не согласиться… Кстати, я активировал наконец свой алтарь жизни, и для Пумбы свой личный выковал.
— Молодец! Питомцев следует беречь!
— Пойдем настроим твой алтарь обратно на тебя.
— Конечно.
Мы вышли из моей хижины и направились к церкви. В подвале Изабель поискала новые алтари в свободных зонах, но не смогла их обнаружить.
— А где твои с Пумбой алтари?
— Я поставил их в надежном бункере, о котором никто не знает.
— Ты не веришь жителям деревни? — удивилась Бель.
— Я верю только своему топору, — усмехнулся я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вот поэтому ты неотесанный чурбан, — хмыкнула девушка. — Который только и может, что лес валить. Ты и на гиен с топором охотишься?
— Так я не говорил разве? Мой первый талант — это Дровосек, благодаря которому топор в моих руках обретает мощь, не снившуюся тебе.
— Макс Дровосек — это бы тебе подошло больше в качестве титула. А остальные таланты какие? — полюбопытствовала ехидная Бель.
