Когда французы и англичане ещё между собой воевали, а не строили туннель под Ла-Маншем, то в ходе позиционных боев одна из сторон иногда предпринимала тактическое отступление, проще говоря — драпала без предупреждения. Другая сторона обнаруживала, что враг вместо сражения бежал, так сказать — не попрощавшись. Французы говорили (ох уж мне этот средневековый юмор) — мол, «ушли по-английски», англичане говорили: «ушли по-французски». В целом, ничего общего с этикетом это не имеет, а до нас дошёл вариант от любителей лягушек, винца и вонючего сыра. Сейчас я очень понимал убегающих с поля боя, ибо мой инстинкт самосохранения вопил о необходимость сделать что-то более существенное, чем блинк.
Дёрнул рулем, огибая редкую, но увесистую дырку в асфальте, техника мне напомнила, что является броневиком и управлять следует со всем почтением. Кстати, у меня где-то там есть и свой пулемёт?
В описании «Ключ Питуры» нет ничего про недоступность этой локации для посторонних. Ну, то есть, может оно в той части описания, которая «недоступна», но пока следует считать, что эта опция — отсутствует. То есть, если я свалю в своё личное подземелье, то никаких гарантий, что подлая богиня не пошлёт команду неуловимых мстителей, причем после предыдущего провала это будет не пять-десять головорезов, а штук эдак, сто. И всё, пишите письма мелким почерком.
Выходит, мне некуда бежать. А что следует делать? Правильно, нападать.
Чистое поле, ни посадки, ни неровности, ни камушка. Притормаживаю свой бронированный тарантас, приоткрываю дверь, встаю, опираясь на подножку. Вообще-то, это никаких гарантий не даёт, хорошая невидимость позволяет скрыть засаду, но на первый взгляд никого. Впрочем, по ощущениям, орда конструктов уже должна была перебить зомби и со свистом и гиканьем устремится за моей головой.
Открываю карту, смотрю. Километра три по прямой. Двигаться будут быстро, но время есть. Извлекаю из карт портальщика и полководца.
— Как вы, в целом?
Рожи у них покоцанные, безрадостные, но сравнительно целые. Многозначительно кивают. Ситуация, когда их командир, то есть — я, просрал сражение, несколько роняет авторитет и оптимизм «в рядах».
— Из пулемёта стрелять умеете?
Мычат, отрицательно мотают головами. Ну, что я ожидал, один с ближнего востока и всё ещё однорукий, второй недавно был зомби и даже своего имени не помнит. Загоняю их внутрь броневика, походя применяю лечащую руку на портальщике, соображаю. На ум приходит только злобный гоблин. Нахожу его волшебную лампу, призываю своего джинна.
В этот раз он в чём-то ковырялся. Обнаружив себя на дороге, нахмурился, достал из своих многочисленных карманов пачку сигарет Camel с верблюдом, достает сигаретку, вальяжно раздвигает мизинец и безымянный палец на правой руке, между ними вспыхивает огонёк, прикуривает.
— Созрел заказать изысканный артефакт из таинственного мира технологий, говорящий мертвец?
— Ты пулемётом пользоваться умеешь? Так-то тоже технически сложный прибор. Есть вариант забесплатно пострелять по человекам, думал, тебе будет интересно.
Техногоблин, не вынимая сигаретку изо рта, полез по внешней части бронетранспортёра, тем более та кишела разными нашивками, выступающими деталями и прочими сомнительными украшениями, которыми была обязана моему низкорослому приятелю.
Пока вредный гуманоид осматривал изделие человеческих инженеров (в нём он ничего не менял, я проверил), посреди дороги зажёгся портал.
Хорошие были ребята из «Дюжины Рорха», жаль быстро умерли. Оставили мне кучу огнестрельного оружия, базуку целую, гранаты…
Прежде чем я получил какое-либо сообщение о том, что враг (отчего-то мне не показалось что из портала появится красна девица с хлебом-солью и будет приветствовать на въезде в какой-то там сельский округ) применит запрет пространственной магии, совершил блинк, извлёк в одну руку гранату, разогнул усы, откинул, перекинул в левую, в правую бердыш аки стрелец времён Ивана Грозного.
Из портала на меня отважно шагнула рослая фигура.
— Защиты на горло нет, — цокнул я зло, держа бердыш почти за самый конец, закинул за спину и шею, оттолкнул от основания шеи и в чудовищном, с учетом «плеча» замаха ударе снёс здоровяку голову. В последний миг он попытался блокировать удар, но не успел, скорей всего, не ожидал, что я окажусь так близко от портала.
Голова — улетела в портал и, кажется, в кого-то попала.
Вытягиваю кольцо, долой предохранитель. Раз гвардеец, два гвардеец, швыряю гранату в середину портала, резко приседаю, рывком поднимаю податливое тело убитого мной воина, прикрываюсь им как щитом.
Звука взрыва не слышу, но портал ощутимо дрогнул и рассыпался фиолетовыми светящимися всполохами. Осколки в меня тоже не полетели.
— Заходят двое, сначала граната, потом я, как учил Чуйков, вашу мать!
Глянул на труп, кровь ещё сочится. Пока никто не видит (так-то не удобно, всё же покойничек человеком был, пусть и плохим) цапнул со среза кусочек мяса. На пробу. Ну а вдруг?
Получен навык — «живой таран 1 ур.»
Живой таран — игрок получает возможность резко разогнать себя на скорость 24 метра в секунду, на прямом участке в 22 метра, после чего внезапно останавливается. Если на прямой разгона будет противник или иное препятствие, игрок бьёт по нему, причиняя ущерб от кинетической энергии своего веса и скорости, однако должен быть готов к тому, что «снаряду» подобный удар так же даётся не безвредно. Навык может быть развит.
Ну, халява — это хорошо. Закидываю труп в инвентарь, потом надо будет сковырять доспех, оружие посмотреть, мародёрство наше всё.
Блинк. Перемещаюсь сразу за руль.
— Все на месте? Джим, ты там как?
— Скучаю, а что? — вижу в зеркале нижнюю половину техногоблина, он уже подставил себе под ноги какой-то коробок, торчит из люка, в чём-то ковыряется. Надеюсь, не в пулемёте?
Трогаюсь, разгоняюсь, бдительно смотря по сторонам, нет ли новых порталов. Сильно сомневаюсь, что гибель одного воина остановит злую богиню.
Через минуту решаюсь погонять рацию.
— Цезаря нет, — бормочет взволнованный скороговоркой Пельштейн. — он пытается вызвать тактическую авиацию, вроде бы нам дадут один бомбовоз, но нужно время. Танкисты ждут тебя, сейчас связываюсь с гражданскими. Нужна эвакуация. Срочно! Мозг активировать навык, он сейчас на откате и словил среднее магическое истощение. И так восстановился не до конца, сейчас над ним медики колдуют.
— Привет ему. Я тоже думал про эвакуацию. Попробую помочь.
— Танкисты гражданских пугали. И нас тоже. Признаться, я опасность от инсектоидов недооценивал.
— Ясен красен, никто не считает трудной проблему, которую предстоит решать не ему. Пока кто-то другом воевал с иномирцами, всем казалось это лёгкой музыкой. Ну ты предупредишь гражданских?
— Да. Конец связи! — икнула мне рация и замолкла.
Достал телефон, запустил навигатор. Топлю уверенно, стоять на месте нельзя.
Хутор Рождественский. Три десятка домов, свой ДК, спортплощадка, детская горка с выцветшим на солнце крокодилом Геной. Пустой, пугающий, со следами пожаров, отсюда всех в первый день спасли охотники во главе местного участкового. Теперь — ни души.
Поворот — в поля. Телефон, в очередной раз поругавшись на севший аккумулятор, пискнул, вырубился. Самодельный, но крепкий бревенчатый мост через ручей. Лента лесопосадки, потом громадное негеометричное поле, ровная, как струна грунтовка, ведёт к хаотично посаженным деревьям. Пахнет дымом, вспаханной землёй, горелым порохом. К горлу подступает комок. Под деревьями старое деревенское кладбище, а там уже сформированные, но беспокойно спящие умертвия, восставшие скелеты, ждут своего часа. Мёртвых в земле никак не меньше, чем живых на поверхности и боги вместе с игроками не смогут их удерживать вечно. Система даёт отсрочку, даёт глобальные задания, система поняла, что скелеты, упрятанные в землю — мощная морковка, которая позволяет манипулировать человечеством.
